?

Log in

Previous 10

Aug. 29th, 2016

Tsar-1998

ХРИСТИАНСТВО ИЛИ ЦЕРКОВЬ – Архиеп. ИЛАРИОН (Троицкий)

Жизнь Христа Спасителя представляет для читающего святое Евангелие много великих моментов. Но может быть то именно была величайшая минута в жизни всего человечест­ва, когда Господь Иисус Христос во мраке южной ночи в Своей первосвященнической молитве воз­гласил: "Отче Святый! Соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты дал Мне, чтобы они были едино, как и Мы”.

Христианство не есть отвлеченное учение, кото­рое принимается умом и содержится каждым по­рознь. Нет, христианство есть жизнь, в которой отдельные личности на­столько объединяются между собой, что их еди­нение можно уподобить единству Лиц святой Тро­ицы.

Христос молился о вос­создании на земле при­родного единства челове­чества. Человечество создано единым. "У лю­дей, - пишет святой Ва­силий Великий, - не было бы ни разделения, ни раздоров, ни войны, если бы грех не рассек ес­тества”. И "главное в Спасителевом домостроении во плоти - привесть человеческое естество в единение с самим собою и со Спасителем и, истре­бив лукавое сечение, восстановить первобытное единство”.

Вот такое-то единение человеческих личностей и образует Церковь. На Земле нет единства, с которым можно было бы сравнить единство цер­ковное. Такое единство нашлось только на небе. Несравненная любовь От­ца, Сына и Духа Святого соединяет три Лица во едино Существо, так что уже не три Лица, но Еди­ный Бог. Люди, вступив­шие в Церковь и возлю­бившие ее, подобны трем Лицам Пресвятой Троицы. Церковь есть как бы еди­носущно многих лиц, создаваемое нравственным ка­налом любви.

Земное дело Христа дол­жно рассматриваться не как одно только учение. Христос приходил не для того только, чтобы сооб­щить людям несколько новых теоретических положений. Он приходил, чтобы создать новую жизнь, то есть Церковь.

Владимир Соловьев так определял право: "Право есть принудительное тре­бование реализации опре­деленного минимального добра или порядка, не допускающего известных проявлений зла". Если принять даже и это опре­деление права, оно, оче­видно, все же никогда не совпадет с христианской нравственностью. Право касается внешности и проходит мимо существа. Общество, созданное на правовых началах, никог­да не может слить людей воедино. Право не уни­чтожает эгоизма, напро­тив, только утверждает его.

Правовому, чисто земно­му обществу и противополагается общество христи­анское - Церковь. В ос­нову церковного единения положена любовь, - нача­ло, противоположное эго­изму. Это начало и соз­дает не механическое объединение внутренне разделенных личностей, а единение органическое. Христос уподоблял цер­ковное единство единству дерева и ветвей. Апостол Павел называет Церковь " телом".

Грех и есть самоутвер­ждение и себялюбие, ко­торые охраняются граж­данским правом. Для че­ловека, пока он будет охранять свое греховное состояние, совершенное единение будет пустой мечтой. Но здесь все и разрешается идеей Церк­ви. Если бы христианство ограничивалось только теоретическим учением о любви, оно было бы бес­полезно, потому что в человеческой природе, искаженной грехом, нет сил для осуществления этого учения.

Но челове­честву даны новые силы. Дано новое начало, новый источник жизни - Дух Святой.


Церковь не только "еди­но тело", но и "един дух". И здесь разумеется не единомыслие или един­ство религиозных убежде­ний, но единый Дух Бо­жий, проникающий все тело Церкви, как и свидетельствуют святые отцы и учители Церкви.

Вся церковная жизнь - проявление святого Духа Божия; всякое проявление любви, всякая доброде­тель есть действие дарования Духа. Любовь - плод Духа. Любовь Божия излита в сердца наши Ду­хом Святым. Живущий в Церкви Дух Святой дает каждому члену Церкви си­лы быть новой тварью. В Церкви живущий Дух Божий даёт силы для осуществления христианского уче­ния в жизни. Вне Церкви и без Церкви невозможна христианская жизнь. Без Церкви остается одно уче­ние, то есть пустой звук.

Христианство имеет в виду не интересы рассуд­ка; оно учит только о спасении человека. В христианстве нет чисто теоретических положений. Истины догматические име­ют нравственное значение, и христианская мораль основана на догматах.

Идея Церкви есть тот пункт, в котором вероу­чение переходит в нраво­учение, христианская дог­матика переходит в эти­ку. Церковь дает жизнь и осуществление христиан­скому учению. Без Церкви нет христианства.

По суждению святого Киприана Карфагенского, быть христианином значит принадлежать к видимой Церкви и подчиняться по­ставленной в ней от Бога иерархии: ”Тот не может уже иметь отцом Бога, кто не имеет матерью Церковь”. Святой Киприан отказывает всем стоящим вне Церкви в названии “христиан”. Мысль Киприана о недействительности всякого крещения вне Церкви и необходимости снова крестить всех обращающихся к Церкви была подтверждена поместным собором Карфагенской Цер­кви в 256 году.

Блаженный Августин при­знает, что учение хри­стианское, понимаемое теоретически, может быть сохранено и вне Церкви.

Истина остается истиной, хотя бы ее высказывал и злой человек. Но отде­лившиеся от Церкви не имеют любви. Самое отде­ление от Церкви есть величайший грех, который и показывает, что у раскольников нет любви. Возрожденный в крещении, но не соединившийся с Церковью, не имеет от крещения никакой пользы, потому что любви не име­ет. Спасительным начина­ет быть для него креще­ние только тогда, когда он соединится с Цер­ковью. По учению блажен­ного Августина, Церковь - понятие более узкое, нежели христианство, по­нимаемое в смысле одних только теоретических положений. Оставаясь вне Церкви, можно быть в со­гласии с этими теорети­ческими положениями; для единения же с Церковью необходимо, кроме того, согласие воли.

Знать систему христиан­ской догматики, согла­шаться с догматами - не­ужели значит это быть истинным христианином? "Христианство не в мол­чаливом убеждении, но в величии дела", говорит святой Игнатий Богоно­сец.

Христос не есть только великий учитель. Он - Спаситель мира, обновив­ший человечество. Не учение только имеем мы от Христа Спасителя на­шего, а жизнь. Если же понять христианство как новую жизнь по Христу, то христианство необхо­димо совершенно совпадет с Церковью. Быть христи­анином - значит принадлежать к Церкви. Христианство есть Церковь. Вне Церкви христианской жиз­ни и нет, и быть не мо­жет.

Христианская жизнь есть жизнь церковная. Только в жизни Церкви может жить и развиваться отдельная личность.

Цель бытия Церкви в нравственном совершенст­вовании человеческой лич­ности. Духовные дарова­ния и все служения существуют в Церкви, по мысли апостола Павла, для совершения святых, то есть для нравственно­го возрождения христиан. Апостол изображает и тот процесс, которым возрож­денное человечество достигает в меру полного возраста Христова. Тело Церкви более и более гармонически объединяется посредством восприя­тия даров Святого Духа, действующих в каждом особым образом. Так тело Церкви достигает совершенства во всех своих членах. Все возрастание церковного организма об­условливается причастием отдельных членов закону любви, потому что только при любви и при союзе с Церковью возможно самое восприятие даров Духа.

Совершенствование лично­сти обусловлено ее при­надлежностью к Церкви, как живому, возрастающему при воздействий Свя­того Духа организму.

Жизнь духовная может быть только при органической связи со вселенской Церковью. Порвется эта связь, - иссякнет и жизнь христианская.

Архиепископ Иларион /Троицкий/ был профессором Московской духовной академии. Один из ближайших со­трудников святейшего патриарха Тихона. Рукоположен в сан епископа в 1920 году. В декабре 1923 года до­ставлен в Соловки. После окончания срока отправлен на поселение в Казахстан, но на этапе заболел и 15 декабря 1929 года в ленинградской тюрьме на 45-ом году жизни скончался.

*

Aug. 28th, 2016

Tsar-1998

Успеніе Пресвятыя Богородицы

Когда Божія Матерь открыла своимъ родственникамъ и знакомымъ, что она скоро умретъ, и когда тѣ стали плакать, то Она въ утѣшеніе имъ сказала: не плакать, а радоваться вы должны, когда Я умру; ибо по смерти я ближе буду къ престолу Божію и, бесѣдуя лицомъ къ лицу съ Богомъ, Сыномъ Моимъ, удобнѣе умолю Его о васъ и скорѣе милости испрошу у Него вамъ.

Слушатели христіане! Можемъ ли и мы, когда будемъ умирать, тѣмъ же утѣшать родственниковъ и знакомыхъ нашихъ, чѣмъ утѣшала Матерь Божія? Можетъ ли передъ смертію всякій изъ насъ говорить: не плачьте, не скорбите, когда умру я: вамъ и безъ меня будетъ хорошо; я тамъ буду молиться за васъ: тамъ удобнѣе мнѣ будетъ молиться за васъ.

Можемъ такъ говорить, такъ утѣшатъ. Если мы здѣсь, среди суеты мірской, среди хлопотъ домашнихъ, молимся съ усердіемъ, отъ чистаго сердца о нашихъ родныхъ и знакомыхъ, то отчего же по смерти не можемъ дѣлать того же? Тогда намъ еще удобнѣе будетъ молиться, тогда насъ ничто не будетъ отвлекать отъ молитвы. Да, если мы теперь желаемъ отъ всего сердца добра нашимъ роднымъ и знакомымъ, такъ, что готовы и по смерти желать имъ и молиться о нихъ, то ничего не воспрепятствуетъ намъ тогда молиться.

Сердечныя желанія со смертію не прекращаются, а остаются съ нами.

Только развѣ тотъ по смерти не въ состояніи будетъ мо­литься о родныхъ и знакомыхъ, кто здѣсь объ нихъ не мо­лится. Къ чему здѣсь человѣкъ не пріобрѣтаетъ навыка, того и тамъ по смерти дѣлать не можетъ.

Итакъ, слушатели, при воспоминаніяхъ о нашихъ умершихъ родныхъ и знакомыхъ, не будемъ забывать того, что они тамъ молятся за насъ. Только будемъ напоминать имъ о томъ, чтобы они тамъ молились за насъ, т. е. будемъ сами здѣсь о нихъ молиться. Если мы забудемъ ихъ въ своихъ молитвахъ здѣсь, то и они могуть забытъ молиться за насъ тамъ.

Царица Небесная, Мати Божія! Умирая, Ты обѣщалась помолиться не только о родныхъ и знакомыхъ Твоихъ, но и о всемъ мірѣ, о всѣхъ людяхъ. Ты и молиться объ насъ. Твоими молитвами мы живемъ и спасаемся.

Не переставай же молиться о насъ, не переставай изли­вать милости Божіи на насъ. Мы только тѣмъ и утѣшаемся въ жизни, что Ты о насъ молишься. Аминь.

Из проповедей о. Родиона Путятина

*

Aug. 26th, 2016

Tsar-1998

«План разрушения СССР и России»

Из французской газеты «RIVAROL» 1999 г.       

«Некоторые архивные данные были доступны лишь привилегированным исследователям; но часть архива исчезла между 1985 и 1991 г. г., упрятанная офицерами КГБ, проявившими верность не коммунизму, а русской матушке-родине. Кто, как не они мог знать, что времена меняются и что предательство будет в самом Центре.

План уничтожения СССР был заготовлен в 60-х г. в секретном кабинете СIА недалеко от Вашингтона, под управлением директора этого организма Вильама Колби. Он получил зеленый огонь, как только советские деятели высокого уровня согласились предать свою родину, после того как достигли высшие ступени управления в стране, как Горбачев, Чеварнадзе, Яковлев, генерал КГБ Калугин и многие другие, ставшие влиятельными агентами США.

Польша являлась слабой частью социалистического лагеря. Вековая ненависть поляков католиков к русским православным должна была занять в американском плане первостепенную роль; важная роль была предоставлена также самому Ватикану.

Убийство Никодима вместо Папы.
Главная идея СIА заключалась в избрании польского папы; это было новизной, так как папами почти всегда были итальянцы. Выбор пал на Краковского архиепископа Карола Войтилы.

После смерти папы Павла VI в 1978 г. и к великому разочарованию американцев был избран папой итальянец с именем Иоанн-Павел І. Разочарование американцев не долго длилось. Ставка была очень высока.

По случаю этого избрания, 5-го сентября 1978 г., Патриарх Московский и всея Руси Пимен послал митрополита Ленинградского Никодима, человека 48 лет, во всей силе лет, для передачи новоизбранному патриаршее поздравление.

Во время аудиенции у папы митрополит скончался вследствие инфаркта. Некоторые журналисты добавили, что смерть произошла во время лобызания. Но правда совсем другая.

Оба сидели за столиком, прислуживающий принес две чашки кофе и когда митрополит выпил свою чашку, он рухнул мертвым. По возвращении в Москву было произведено вскрытие и было установлено отравление. Точный рапорт о происшедшем был сделан тайным советским агентом при Ватикане.

Митрополит Никодим умер по ошибке, ошибке прислуживавшего. Кофе было предназначено Его Святейшеству папе по двум причинам: во-первых его избрание мешало многим и не соответствовало планам СIА. Во-вторых, новый папа получил подтверждение своим подозрениям касательно действий Банка Ватикана и решил произвести чистку в своем окружении на самом высшем уровне.

Отравление папы было диавольским замыслом. Его смерть была запрограммирована как раз в присутствии Никодима, чтобы произвести международный скандал, в котором было бы замешено КГБ.

Но 23 дня спустя, Иоанн-Павел І умирает от инфаркта и лишь несколько умышленных журналистов подали намек на возможное его отравление. Известно, что несколько минут после кончины папы, вышел из комнаты усопшего французский кардинал Жан Вио, унося все лекарства, лежавшие на ночном столике, и список имен тех лиц, которых папа собирался отстранить. Пять месяцев спустя этот кардинал умер от рака.

Немного спустя, удивленный мир узнал, по белому дымку, избрание нового папы с Восктока. США могли перейти к следующему этапу дестабилизации "Империи зла" и продолжать свой ход к владычеству мира.

Польская карта.
С этого момента начались рабочие встречи между клириками польского происхождения и офицерами СIА, для уточнения дальнейшего развития плана. Нужно сказать, что уже существовала в Ватикане ячейка "Чрезвычайных дел", под управлением Монсиньора Джиованетти, который был настоящим шпионом на службе пап Пия XII и Павла VI. Он работал беспрестанно против коммунизма, даже с помощью, в 50-х годах французских спец-служб, под управлением префекта Пьера Бурсико. Значительная помощь была оказана американцам знаменитым "Русским понтификальным колледжем", религиозной и политической организацией Ватикана для борьбы с Православием. И когда Папа Иоанн-Павел II произнес свою знаменитую фразу "Бог победил Восток", он далеко не сказал всей правды. И когда он принял в 1990 г. Горбачева, приехавшего за благословением для своей перестройки, он это сделал с большим энтузиазмом. После этого, Горбачев поехал за благословением к президенту Бушу.

Для следующего этапа американцы имели в руках две важные карты: захват власти в Польше генералом Ярузельским и создание синдиката "Солидарность" Лехом Валензой. Было решено оказать решительную помощь "Солидарности" при помощи западных профсоюзов, в чем французская СФДТ сыграла значительную роль. По ту сторону, польское духовенство составило невероятную информационную службу и антиправительственную пропаганду; сведения поставлялись в Ватикан и, значит в СIА дипломатическим путем. В этой подрывной работе поплатился жизнью священник Попиелушко, которого убили три полицейских секретной польской службы, не имевшие никакого основание его убивать, как только по приказу свыше.

Наконец президент Рейган был принят папой в понедельник 7 июня 1982 г. в частной встрече в знаменитой ватиканской библиотеке. Эта встреча длилась всего лишь 50 минут, но этого было достаточно, потому что все было подготовлено помощниками и оставалось лишь запустить дело. Оба были согласны в том, что Польша составляет главный элемент в борьбе против СССР, лидершип которого в Восточной Европе должен был быть сломан всеми способами. С этого момента началась действительная дестабилизация СССР.

Подкопная работа американцев.
Неудивительно, что после этого советник президента США по безопасности заявил: "это был один из самых тайных аллиансов всех времен". Сразу же началась беспощадная борьба против генерала Ярусельского и неограниченная помощь синдикату "Солидарность" и его шефу Леху Валензе, которым управляли специалисты СIА, приготовившие его на пост президента демократической Польши.

Подкопная работа США для ликвидации России продолжалась после исчезновения СССР. Новое правительство алкоголика Ельцина, кавалера Мальтийского ордена, с его не русским окружением, позволили американцам засылать в Россию всевозможные секты, возобновляя борьбу против православной Церкви...

Кто стремится разрушить Россию и её народ с начала этого столетия, кто ответствен за убийство Царской семьи и кто организовал истребление десятков миллионов россиян?»

RIVAROL, 30 апреля 1999 г., статья за подписью Юрия Иванова (перевод с французского).

*

 

Aug. 25th, 2016

Tsar-1998

Страница изъ жизни русскихъ беженцевъ в Германіи – 1946 г.


Посѣщеніе Владыкой Митрополитомъ Анастасіемъ церквей въ англійской зонѣ - 1946 г.

Высокопреосвященный владыка митрополитъ Анастасій, имѣющій въ настоящее время пребываніе въ г. Мюнхенѣ, кромѣ своихъ общихъ трудовъ по управленію Зарубежной Церковью, совершилъ объѣздъ православныхъ церквей, находящихся въ американской и англійской окку­паціонныхъ зонахъ.

Многочисленныя православныя церкви, устроенныя бѣженцами, являются теперь сосредоточеніемъ возвышен­ной духовной жизни. Послѣ пережитыхъ ужасовъ минувшей войны, потери многими своихъ родныхъ и близкихъ и бы­лой жизни, послѣ долгихъ мѣсяцевъ тревогъ и неопредѣ­ленности своего положенія, православные люди объедини­лись, главнымъ образомъ, вокругъ своихъ храмовъ. Возродилась также церковная жизнь и въ ранѣе существовав­шихъ на территоріи Германіи постоянныхъ храмахъ.

Въ предшествующіе мѣсяцы, послѣ состоявшагося въ маѣ мѣсяцѣ с- г. въ г. Мюнхенѣ Архіерейскаго Собора, владыка митрополитъ Анастасій съ великой святыней За­рубежья, чудотворной иконой Божіей Матери Курской, по­сѣтилъ церкви въ американской оккупаціонной зонѣ. Пра­вославные люди вездѣ встрѣчали чудотворную икону и сво­его Первосвятителя съ необычайнымъ духовнымъ подъ­емомъ.

Во второй воловинѣ іюля мѣсяца с. г. владыка мит­рополитъ отбылъ для этой же цѣли въ англійскую зону, на сѣверъ Гермаиіи.

Центромъ духовно-религіозной жизни въ англійской зонѣ является г. Гамбургъ, гдѣ временно находится епи­скопъ Наѳанаилъ, основанное имъ Подворье Братства прен. Іова Почаевскаго и подчиненное ему духовенство; въ г. Гамбургѣ также имѣется прекрасная небольшая русская церковь Владимірскаго братства, построенная въ прежнее время.

Храмъ подворья въ г. Гамбургѣ и храмъ въ г. Любе­кѣ посвящены особо чтимому здѣсь святому Прокопію Устюжскому, Христа ради юродивому.

Уроженецъ г. Любека, св. Прокопій былъ иностраннымъ купцомъ и занимался торговлей въ г. Новгородѣ. Плѣнившись благолѣпіемъ и красотой православныхъ хра­мовъ Божіихъ, доброзвучностью колоколовъ, набожностью русскаго народа, стройностью пѣнія ликовъ, благоговѣ­ніемъ и торжественностью православнаго богослуженія и божественностью ученія св. православной вѣры, онъ роз­далъ свое богатство бѣднымъ и поступилъ инокомъ въ оби­тель св. Варлаама Хутынскаго и затѣмъ сталъ первымъ юродивымъ на Руси. Онъ прославился своими великими подвигами, и теперь его слава вновь возродилась на его Ро­динѣ.

Память св. Прокопія празднуется въ тотъ же день, ко­гда бываетъ праздникъ иконы Божіей Матери Казанской — 8(21) іюля, и именно къ этому дню владыка митрополитъ прибылъ въ г. Гамбургъ.

Изъ Мюнхена владыка Анастасій отбылъ 5(18) іюля, сопровождаемый настоятелемъ Подворья Братства преп. Іова въ г. Мюнхенѣ, архимандритомъ Іовомъ и управляю­щимъ Синодальной канцеляріей, свящ. Г. Граббе. Владыка прежде всего, заѣхалъ на Подворье въ предмѣстьѣ Мюнхе­на, гдѣ былъ совершонъ напутственный молебенъ, и за­тѣмъ направился въ г. Кассель.

Владыка митрополитъ везъ съ собой чудотворную ико­ну Божіей Матери.     

Въ г. Касселѣ находится одинъ изъ самыхъ благоуст­роенныхъ и многочисленныхъ лагерей въ американской зонѣ. Кромѣ церкви, въ этомъ лагерѣ имѣется цѣлый рядъ отлично поставленныхъ культурныхъ учрежденій - гим­назія, средняя и низшая школы, дѣтскій садъ, клубъ, раз­личныя мастерскія, курсы и т. н. Посѣтивъ здѣсь церковь и немного отдохнувъ, владыка отправился дальше на Ган­новеръ. Въ 1 часъ ночи владыка прибылъ въ лагерь Колорадо.

Въ лагерѣ Колорадо дней за десять до прибытія вла­дыки митрополита пройзошло большое несчастье. Въ соля­ныхъ копяхъ, гдѣ работали бѣженцы по разгрузкѣ взрывчатыхъ веществъ, произошелъ взрывъ, и было убито око­ло 20-ти бѣженцевъ. Владыка здѣсь посѣтилъ церковь, утѣ­шалъ осиротѣвшихъ бѣженцевъ и отправился въ путь дальше.      

Въ г. Гамбургъ владыка прибылъ въ субботу, 7(20) іюля, къ 1 часу дня. Владыка Анастасій былъ торжествен­но встрѣченъ въ храмѣ св. Николая епископомъ Наѳанаиломъ съ многочисленнымъ духовенствомъ. Настоятелемъ церкви былъ совершонъ молебенъ, послѣ котораго влады­ка митрополитъ сказалъ привѣтственное слово,  выразивъ свою радость по случаю прибытія въ г. Гамбургъ гдѣ такъ много трудится надъ устроеніемъ духовной жизни епископъ Наѳанаилъ, подчиненное ему духовенство и другіе его сотрудники.

Праздничное богослуженіе въ воскресенье, въ виду ре­монта церкви Подворья, было назначено въ лагерѣ Фишбекъ, находящемся недалеко отъ г. Гамбурга.

Настоятелемъ церкви въ дагерѣ Фищбекъ состоитъ членъ Братства преп. Іова Почаевсваго, архимандритъ Ви­талій, замѣчательный и самоотверженный миссіонеръ[1], бла­годаря выдающимся трудамъ котораго духовная жизнь его паствы поставлена на большую высоту.

Ко времени прибытія владыки митрополита въ лаге­рѣ Фишбекъ собралось духовенство всего Гамбургскаго района и свыше 2-хъ тысячъ православныхъ людей, встрѣ­тившихъ своего маститаго архипастыря съ исключитель­ной сердечностью и теплотой.

Духовенство собралось у церкви, а всѣ люди вышли къ входу въ лагерь, гдѣ ожидали пріѣзда владыки митрополи­та. Руководители лагеря поднесли владыкѣ хлѣбъ-соль, дѣти выстроились длинной шеренгой по пути слѣдованія владыки, усыпая его путь живыми цвѣтами, народъ раз­мѣстился въ стройномъ порядкѣ, сердечно привѣтствуя владыку, женщины были въ разноцвѣтныхъ народныхъ ко­стюмахъ. Картина встрѣчи, по своей красотѣ и вдохновенію, была необычайной, и иностранцы съ изумленіемъ смотрѣли на невиданныя ими переживанія православныхъ людей, со славой привѣтствующихъ своего духовнаго Вождя.

Войдя въ церковь, выслушавъ привѣтствіе духовен­ства и поклонившись храмовымъ святынямъ, взволнован­ный владыка митрополитъ высказалъ свою радость, по по­воду своей столь трогательной встрѣчи съ вѣрующими людьми и затѣмъ отбылъ для небольшого отдыха.

Въ 5 часовъ началось всенощное уставное бдѣніе, ко­торой совершавъ владыка митрополитъ, въ сослуженіи свы­ше 20-ти священнослужителей, при пѣніи многочисленныхъ хоровъ и при переполненномъ храмѣ. Богослуженіе продолжалось свыше пятичасовъ. Не только церковь, но и всѣ входы въ нее и окна и двери были переполнены моля­щимися. Елеопомазаніе владыка неустанно совершалъ до­конца перваго часа. Послѣ окончанія богослуженія, въ те­ченіе всей ночи, священники по очереди совершали передъ чудотворной иконой молебны, акафисты и исповѣдь готовящихся къ причастію.

Въ 9 час. утра, въ воскресенье, владыка митропо­литъ, въ сослуженіи того же многочисленнаго духовенства, началъ божественную литургію, во время которой лично причастилъ Св. Тайнъ Христовыхъ свыше 800 человѣкъ, въ томъ числѣ много молодежи и дѣтей всѣхъ возрастовъ.

Свое вдохновенное поученіе владыка митрополитъ ска­залъ на Евангельское чтеніе объ исцѣленіи разслабленнаго и о чудотворныхъ иконахъ Курской и Казанской Божіей Матери. Въ своей проповѣди владыка говорилъ о великомъ значеніи того духовнаго подъема и нравственнаго возрожденія, которые нынѣ переживаютъ въ своихъ сердцахъ многіе русскіе люди.

Несмотря на крайнее переполненіе церкви, въ теченіе всего богослуженія при прикладываніи къ святынямъ, при причастіи, въ ней сохранялся удивительный, образцовый порядокъ, не было и намека на ту толкотню и суету, ко­торыя обычно раньше бывали въ храмахъ въ дни большихъ праздниковъ. Благоговѣніе молящихся, ихъ уваженіе и лю­бовь къ церкви и богослуженію создавали тотъ стройный порядокъ, который сливалъ всѣхъ въ одну дивную церковную гармонію. Владыка митрополитъ отмѣтилъ, что достигнуто это благодаря длительной церковно-воспитатель­ной работѣ надъ своей паствой архимандрита Виталія, ко­торый являетъ собой образъ истиннаго пастыря.

Вечеромъ, подъ предсѣдательствомъ владыки митро­полита, въ помѣщеніи мѣстнаго клуба, состоялось засѣда­ніе — съѣздъ духовенства англійской зоны. Съѣздъ былъ открытъ рѣчью владыки Анастасія, высказавшаго свое удовлетвореніе работой духовенства и выразившаго благо­дарность епископу Наѳанаилу и подчиненному ему духо­венству. Затѣмъ сдѣлалъ докладъ свящ. о.Г. Граббе: “О Зарубежной Церкви” и епископъ Наѳанаилъ: “О храмѣ и его устройствѣ". Въ докладѣ были изложены интересныя свѣдѣнія объ устройствѣ храма Божія, начиная отъ ветхо­завѣтныхъ временъ и до нашего времени. Въ виду соору­женія теперь многими временныхъ храмовъ, такой докладъ имѣлъ важное практическое значеніе и представлялъ тео­ретическій интересъ. Затѣмъ духовенствомъ были сдѣланы доклады о церковной жизни и духовныхъ запросахъ съ  мѣстъ ихъ дѣятельности и были даны разъясненія на инте­ресовавшіе ихъ вопросы. Съѣздъ имѣлъ большое значеніе для объединенія пастырской работы.      

Въ лагерѣ этомъ, кромѣ церкви, имѣется псаломщическая школа для всей области, лазаретъ, начальная шко­ла для дѣтей, рядъ мастерскихъ и другія культурныя уч­режденія, которыя дружно ведутъ свою работу, подъ общимъ духовнымъ руководствомъ архимандрита о. Виталія.

На обратномъ пути владыка вновь посѣтилъ лагерь Колорадо, гдѣ при большомъ стеченіи народа совершилъ молебенъ и посѣтилъ выставку ручныхъ издѣлій бѣжен­цевъ, на которой были выставлены замѣчательныя вышив­ки, художественныя изображенія дѣтскихъ сказокъ — “Красная шапочка” и др. и различные предметы художественной работы.                                                                          

Въ понедѣльникъ - владыка митрополитъ возвратился въ американскую зону и прибылъ въ лагерь Кассель. При­нявъ и въ этомъ лагерѣ хлѣбъ-соль и привѣтствія, владыка на открытомъ воздухѣ при громадномъ стеченіи народа совершилъ молебенъ, выслушавъ замѣчательное слово настоятеля церкви, протоіерея о. Митрофана, утѣшилъ бѣ­женцевъ своей рѣчью и затѣмъ посѣтилъ духовный концертъ съ дѣтской декламаціей стиховъ русскихъ поэтовъ.

Послѣ Касселя -владыка заѣхалъ въ старинный университетскій городъ Гейдельбергъ, гдѣ собралось духовен­ство и православные люди изъ окрестныхъ мѣстъ. Настоя­телемъ православной церкви въ Гейдельбергѣ состоитъ, въ санѣ архимандрита, ученый математикъ и талантливый музыкантъ X., который за короткое время организовалъ здѣсь отличный приходъ и замѣчательный хоръ. Здѣсь вла­дыку митрополита очень торжественно встрѣчали, такъ же, какъ и въ другихъ мѣстахъ, — съ хлѣбомъ-солью и съ горячими словами любви и надежды на него, какъ своего архипастыря и истиннаго Отца. Вообще мысль о томъ, что вѣрующіе люди встрѣчаютъ, въ лицѣ владыки, своего воз­любленнаго духовнаго Отца, проходила красной нитью во всѣхъ обращенныхъ къ владыкѣ митрополиту Анастасію привѣтствіяхъ, и самая поѣздка архипастыря имѣла ха­рактеръ долгожданной встрѣчи духовныхъ чадъ со своимъ Отцомъ въ столь трудное время, исполненное различныхъ тревогъ и онасностей. Православные люди также вездѣ вы­сказывали и на дѣлѣ осуществляли ту мысль, что крѣп­кое духовное единеніе имѣетъ теперь для всѣхъ насъ гро­мадное значеніе и является залогомъ того, что при всѣхъ испытаніяхъ мы не разсѣемся и не погибнемъ, но сохранимъ свои вѣрованія во всей ихъ чистотѣ и святости.

Примѣръ такого дружнаго единенія людей, перенесшихъ наиболѣе тяжелыя испытанія, вокругъ Св. Право­славной Церкви и ея Первосвятителя за рубежомъ могъ бы послужить образцомъ и для всѣхъ нашихъ собратьевъ, раз­сѣянныхъ по всему міру.

Въ г. Гейдельбергѣ владыкой митрополитомъ, въ ка­нунъ праздника св. княгини Ольги, было совершено бдѣ­ніе и молебенъ послѣ него.

Въ раіонѣ г. Касселя владыка митрополитъ посѣтилъ начальника УНРА на территоріи Германіи, американскаго генерала, сэра Фредерика Моргана. Владыка Анастасій вы­разилъ генералу Моргану глубокую благодарность отъ себя и отъ православныхъ бѣженцевъ за тѣ благодѣянія, кото­рыя оказываетъ УНРА бѣженцамъ.

Имѣя прекрасную организацію, УНРА проявляетъ чуткое, внимательное и заботливое отношеніе къ нуждамъ бѣженцевъ и въ такое трудное переходное время, пока бѣ­женцы еще не устроены на постоянное жительство и само­стоятельный трудъ, снабжаетъ ихъ всѣмъ необходимымъ для жизни.

Возвратился владыка митрополитъ Анастасій въ г. Мюнхенъ въ среду къ вечеру, совершивъ въ теченіе 7-ми дней, на автомобилѣ, трудную поѣздку въ 2.000 километ­ровъ, и въ добромъ здоровьи обратился къ своимъ обыч­нымъ архипастырскимъ трудамъ, вынеся отъ своего пу­тешествія прекрасное впечатлѣніе, во славу Божію.

«Церковная Летопись», іюнь-августъ, № 3, 1946 г.


[1] Будущий четвертый и последний, с его же слов, митрополит Русской Православной Церкви Заграницей.

*

Aug. 23rd, 2016

Tsar-1998

СЛОВО - РУССКАЯ РЕЧЬ

“И въ Евангеліи отъ Іоанна сказано,
что Слово — это Богъ”. Гумилевъ.

    Слово — живое дыханіе народа.
    Пока жива народная душа — живо и Слово.
    И оскудѣваетъ оно лишь тогда, когда духовный уровень націи снижается.
    Душа молодого русскаго народа съумѣла создать такой прекрасный, такой пол­нозвучный языкъ, что горя желаніемъ достойнымъ образомъ восхвалить его, наши поэты нашли въ своихъ сердцахъ пламен­ное Слово любви и восхищенія!
    «Въ дни сомнѣній, въ дни тягостныхъ раздумій о судьбѣ моей родины, ты одинъ мнѣ поддержка и опора, о великій, могу­чій, правдивый и свободный русскій языкъ!»
Кто изъ насъ не помнитъ этихъ словъ Тургенева ?
     «Берегите чистоту языка, какъ святыню, — завѣщаетъ онъ намъ, — никогда не употребляйте иностранныхъ словъ. Русскій языкъ такъ богатъ и гибокъ, что намъ не­чего брать у тѣхъ, кто бѣднѣе насъ»,
      И развѣ можно не согласиться со сло­вами, произнесенными тѣмъ же Тургене­вымъ на засѣданіи Общества любителей русской словесности по поводу открытія памятника А. С. Пушкину :
     «Какъ бы то ни было, заслуги Пушкина передъ Россіей велики и достойны народ­ной признательности. Онъ далъ оконча­тельную обработку нашему языку, кото­рый теперь по своему богатству, силѣ, логикѣ и красотѣ формъ признается даже иностранными филологами едва ли не пер­вымъ послѣ древне-греческаго».
      «Какъ матеріалъ словесности — гово­ритъ Пушкинъ по поводу предисловія г-на Леманто къ переводу басенъ И. А. Крылова — языкъ славяно-русскій имѣетъ неоспо­римое превосходство предъ всѣми евро­пейскими: судьба его была чрезвычайно счастлива. Въ ХІ-мъ вѣкѣ древній греческій языкъ вдругъ открылъ ему свой лексиконъ, сокровищницу гармоніи, даровалъ ему за­коны обдуманной своей грамматики, свои прекрасные обороты, величественное те­ченіе рѣчи: словомъ, усыновилъ его, из­бавивъ такимъ образомъ отъ медленныхъ усовершенствованій времени. Самъ по се­бѣ уже звучный и выразительный, отселѣ заемлетъ онъ гибкость и правильность. Простонародное нарѣчіе необходимо дол­жно было отдѣлиться отъ книжнаго: но впо­слѣдствіи они сблизились и, такова стихія данная намъ для сообщенія нашихъ мыс­лей».
      «Дивишься драгоцѣнности нашего язы­ка: что ни звукъ, то и подарокъ, все зернисто, крупно, какъ самъ жемчугъ, и пра­во, иное названіе еще драгоцѣннѣе самой вещи», — говоритъ въ свою очередь Го­голь.
     «Самъ необыкновенный языкъ нашъ есть еще тайна, — пишетъ онъ въ 1845 году, — въ немъ всѣ тоны и оттѣнки, всѣ переходы звуковъ отъ самыхъ твердыхъ до самыхъ нѣжныхъ и мягкихъ : онъ безпредѣленъ и можетъ, живой какъ жизнь, обогащаться ежеминутно почерпая съ одной стороны высокія слова изъ языка церковно-библей­скаго, а съ другой стороны выбирая на вы­боръ мѣткія названія изъ безчисленныхъ своихъ нарѣчій, разсыпанныхъ по нашимъ провинціямъ, имѣя возможность такимъ об­разомъ въ одной и той же рѣчи восходить до высоты, недоступной другому языку и опускаться до простоты ощутительной ося­занію непонятливѣйшаго человѣка: языкъ, который самъ по себѣ уже поэтъ...».
      «Опасно шутить писателю съ Словомъ» — пишетъ онъ в статьѣ «О тамъ, что такое Слово».
      «Слово гнило да не исходитъ изъ устъ вашихъ ! Если это слѣдуетъ примѣнить ко всѣмъ намъ безъ изъятія, то во сколько кратъ болѣе оно должно быть примѣнено къ тѣмъ, у которыхъ поприще — слово и которымъ опредѣленно говорить о прекрас­номъ и возвышенномъ. Бѣда, если о пред­метахъ святыхъ и возвышенныхъ станетъ раздаваться гнилое слово, пусть ужъ луч­ше раздается гнилое слово о гнилыхъ пред­метахъ».
      Не напоминаютъ ли намъ эти строки из­вѣстное стихотвореніе Гумилева подъ на­званіемъ «Слово»:

«Въ оный день, когда надъ міромъ новымъ
Богъ склонялъ лицо свое, тогда
Солнце останавливали словомъ,
Словомъ разрушали города.

И орелъ не взмахивалъ крылами,
Звѣзды жались въ ужасѣ къ лунѣ,
Если точно розовое пламя
Слово проплывало въ вышинѣ

и дальше :
Но забыли мы, что осіянно
Только Слово средь земныхъ тревогъ,
И въ Евангеліи отъ Іоанна
Сказано, что Слово. — это Богъ.
Мы ему поставили предѣломъ
Скудные предѣлы естества,
И какъ пчелы въ ульѣ опустѣломъ
Дурно пахнутъ мертныя слова».

      Все же главнымъ виновникомъ гибели и смерти языка не столь являются «скуд­ные предѣлы естества», какъ выражается Гумилевъ, но матеріализмъ и безбожіе, по­губившіе на нашей родинѣ не только нашъ прекрасный русскій языкъ, но и души че­ловѣческія — милліоны душъ! Тамъ, гдѣ нѣтъ духа, нѣтъ и вѣры, бѣднѣетъ и уми­раетъ языкъ, становится бездушнымъ, ме­ханическимъ. Тамъ, гдѣ попрано достоин­ство человѣческое, гдѣ издѣваются надъ образомъ и подобіемъ Божіимъ, тамъ рож­дается блатной, разбойничій жаргонъ. Те­ряя свой языкъ, человѣкъ теряетъ свою душу. Превосходство человѣка надъ жи­вотнымъ заключается не только въ томъ, что Творецъ даровалъ ему сознаніе, но и въ томъ, что человѣкъ обладаетъ даромъ Слова и что это Слово выражаетъ его мысль. Безгласной твари Господь слово не далъ. Но далъ Он его человѣку, которому надлежитъ свято хранить его.
       Въ древнія времена, по словамъ Гумиле­ва, «солнце останавливали Словомъ, Сло­вомъ разрушали города». Слово — Гла­голъ — Логосъ — три единозвучныхъ сло­ва, величіе которыхъ заставляетъ трепетать наше сердце отъ священнаго восторга.
      «Поэты берутся не откуда нибудь изъ за моря, но исходятъ изъ своего народа» — говоритъ Гоголь въ своей статьѣ «Въ чемъ же, наконецъ, существо русской поэ­зіи и въ чемъ ея особенность». «Это огни, изъ него излетѣвшіе, передовые вѣстники его. Сверхъ того поэты наши сдѣлали доб­ро ужъ тѣмъ, что разнесли благозвучіе, дотолѣ небывалое. Не знаю, въ какой дру­гой литературѣ показали стихотворцы та­кое безконечное разнообразіе оттѣнковъ звука, чему отчасти, разумѣется, способ­ствовалъ самъ поэтическій языкъ нашъ. У каждаго свой стихъ и свой особенный звонъ. Этотъ металлическій, бронзовый стихъ Державина, котораго до сихъ поръ не можетъ еще позабыть наше ухо: этотъ густой, какъ смола или струя столѣтняго токая, стихъ Пушкина: этотъ сіяющій, праздничный стихъ языка, влетающій какъ лучъ въ душу, весь сотканный изъ свѣта: этотъ облитый ароматомъ по­лудня стихъ Батюшкова, сладостный какъ медъ изъ горнаго улья: этот легкій воз­душный стихъ Жуковскаго, порхающій какъ неясный звукъ Эоловой арфы : этотъ тяжелый, какъ бы влачащійся по землѣ стихъ Вяземскаго, проникнутый подчасъ ѣдкою, щемлящею русскою грустью, — всѣ они точно разнозвонные колокола или безчисленныя клавиши великолѣпнаго ор­гана, разнесли благозвучіе по русской землѣ».
      Для Пушкина поэтъ является пророкомъ, которого огненный Серафимъ однимъ прикосновеніемъ своимъ пробуждаетъ духовное зрѣніе и слухъ, и вырываетъ его грѣшный языкъ и сердце, замѣняя ихъ жа­ломъ мудрой змѣи и углемъ пылающимъ. Устами Всевышняго поэтъ восклицаетъ :
      «Возстань пророкъ, и вождь и внемли
      Исполнись волею моей
      И, обходя моря и земли
      Глаголомъ жги сердца людей».

      Чувство отвѣтственности передъ Сло­вомъ жило въ душѣ каждаго изъ нашихъ великихъ поэтовъ и писателей, но ни въ одномъ изъ нихъ не горѣло оно такимъ яр­ким пламенемъ, какъ въ душѣ Пушкина. «Никто изъ нашихъ поэтовъ не былъ такъ скупъ на слова и выраженія, какъ Пуш­кинъ», — утверждаетъ Гоголь — «такъ не смотритъ осторожно за самимъ собой, что­бы не сказать неумѣреннаго и лишняго, пугаясь приторности — и того и дру­гого».
      «Поэзія была для него святыней — точ­но какой-то храмъ. Не входилъ онъ туда неопрятный и неприбранный».
      Нельзя не вспомнить здѣсь прекрасное стихотвореніе В. Горянскаго, появившееся въ мартовскомъ номерѣ журнала «Возрожденіе» подъ заглавіемъ «Обращеніе къ по­этамъ» :

«Верните Слову благочестье:
Пусть будетъ каждое изъ нихъ
Какъ бы небесное предвѣстье.
И думъ иныхъ, и чувствъ иныхъ.

Одежды пышныя верните
И ходъ торжественный словамъ,
И по достоинству хвалите
Красу, открывшуюся вамъ.

Пусть уподобленно литаврамъ
Слова поэзіи звучатъ,
Благоухаютъ сельскимъ лавромъ
И свѣтъ заутренній лучатъ...

Не подвергайте укоризнѣ
Избранье строгое свое —
Слова предшествовали жизни
И унаслѣдуютъ ее.

Такъ пріобщайтесь же словами :
Минуя гробовую сѣнь,
Они предстанутъ передъ нами
Въ послѣдній незакатный день».

      Христосъ — воплощенное Слово.
      Служить Ему — значитъ служить Слову, святому, правдивому, неискаженному ло­жью.
      Это знали наши великіе русскіе поэты, въ душахъ которыхъ жила высокая поэзія литургическихъ пѣснопѣній и молитвъ. И вылилалсь она у величайшаго изъ нихъ, у Пушкина, въ удивительныхъ по красотѣ и строгости строкахъ переложенной на сти­хи великопостной молитвы Ефрема Си­рила :
      «Отцы пустынники и жены непорочны».

      Можно смѣло утверждать, что ни на ка­комъ иномъ языкѣ начальныя слова Еван­гелія отъ Іоанна не звучатъ съ такой си­лой и полнотой, какъ звучатъ они на на­шемъ родномъ языкѣ :

Въ началѣ было Слово
И Слово было у Бога,
И Слово было Богъ.

       Эти мощные торжественные Глаголы — словно удары золотого колокола.
       Въ нихъ доминируетъ солнечное О, такъ же, какъ въ побѣдномъ имени Христосъ.
Солнце правды — Христосъ, творческое Слово котораго должно отражаться въ на­шемъ человѣческомъ словѣ. — И чѣмъ больше это наше земное слово будетъ стараться походить на Его вѣчный Гла­голъ, тѣмъ ближе будемъ подходить мы къ истинной Соборности, въ которой за­ключается миссія славянской души.
       Мнѣ кажется, что ни одинъ изъ нашихъ поэтовъ не съумѣлъ выразить это чаяніе великой грядущей эпохи «братской любви» съ такимъ чувствомъ и такой убѣди­тельностью, какъ Вячеславъ Ивановъ въ своемъ прекрасномъ стихотвореніи «Пас­хальная Свѣча»:

«Пусть голодъ плѣнницъ душъ неутолимъ,
Все жъ ночью вешней колоколъ пасхаль­ный,
Какъ бѣлый лучъ въ тюрьмѣ сердецъ стра­дальной
Затеплитъ Новый Іерусалимъ.

И вновь на мигъ подвигнутся сердца
И трепетно соприкоснутся свѣчи
Огнепричастьемъ богоносной встрѣчи.
И вспыхнетъ сокровенное далече
На лицахъ отсвѣтомъ Единаго лица».


       «Верните Слову благочестье» — гово­римъ мы вмѣстѣ съ Горянскимъ нашимъ братьямъ на далекой родииѣ.
        Отбросьте гнилые, лживые, мертвые сло­ва, присущія кривдѣ, завладѣвшей русской землей. Станьте вновь служителями Слова, Христа Воскресшаго !

Г. Ефимова
«Русская Речь», № 3, 1958, Париж.

*

Aug. 20th, 2016

Tsar-1998

Что стало с проектом МП внести в уголовный кодекс статью о «ереси»?

    Изначально, желая оберечь верующих от кощунства, МП пожелало предоставить свою защиту уголовному праву. Однако, под статью о «ереси» должны были подвести «любые формы противодействия Православию».
      Внесена ли подобная статья в законодательство Российской Федерации?
     

http://h.ua/story/281633/
14 июля 2010
Богдан Йович

Московский патриархат попросил внести в Уголовный кодекс статью "ересь"
Озабоченные ситуацией с выставкой «Запретное искусство - 2006» Московский патриархат обратился к правительству с инициативой добавить в Уголовный кодекс такое преступление , как «ересь»

В Уголовном праве России появится новый состав преступления — ересь, сообщает NewsLand.ru. Замглавы Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин сообщил, что в современной трактовке этот термин будет звучать как «любые формы противодействия Православию».

«Нас всерьез озаботила ситуация с выставкой «Запретное искусство - 2006», - рассказал протоиерей. - Экспонаты этой кощунственной выставки не только оскорбляли нравственность и вкус, воспроизводя матерные слова и непристойные сцены, но и возбуждали ненависть к христианству и к тем символам, которые почитаются его последователями как святыни».

Чаплин отметил, что на данный момент законодательство несовершенно и не позволяет адекватно наказать организаторов выставки. Он сообщил, что на прошлой неделе Московский патриархат обратился к председателю Госдумы Борису Грызлову и премьер-министру Владимиру Владимировичу Путину с инициативой внести поправки в Уголовный кодекс и добавить туда такое преступление, как «ересь».

По словам протоиерея, предложение нашло полное понимание у властей и скоро будет реализовано.

"Современным еретикам" за любые формы противодействия Православию будет грозить от 4 до 6 ти лет колонии строгого режима с конфискацией имущества.

Читать полностью: http://h.ua/story/281633/#ixzz1jlMIJHo3

*

 

Aug. 18th, 2016

Tsar-1998

СЛОВО на Преображеніе Господне св. прав. Іоанна Кронштадтскаго

Начинаю мое слово къ вамъ, дорогіе братія и сестры, о преславномъ ІІреображеніи Господнемъ словами апостола Петра изъ его втораго соборнаго посланія къ іудеямъ разсѣянія.

Мы возвѣстили вамъ силу и пришествіе Господа нашего Іисуса Христа, не хитросплетеннымъ баснямъ послѣдуя, но бывши очевидцами Его величія. Ибо Онъ принялъ отъ Бога Отца честь и славу, когда отъ велелѣпной славы принесся къ Нему такой гласъ: Сей есть Сынъ Мой возлюбленный, въ Которомъ Мое благоволеніе. И этотъ гласъ принесшійся съ небесъ, мы слышали, будучи съ Нимъ на святой горѣ, т. е. Ѳаворѣ (2 Пет. 1, 16-18). Здѣсь апостолъ Петръ кратко упоминаетъ, какъ преобразился Господь на горѣ Ѳаворѣ въ виду трехъ избранныхъ апостоловъ: Петра, Іакова и Іоанна, когда лице Его просіяло какъ солнце, одежды же Его сдѣлались бѣлыми, какъ свѣтъ. При этомъ явились имъ Моисей и Илія съ нимъ бе­сѣдующіе.

Для чего Господь явилъ славу Божества Своего тремъ избраннымъ ученикамъ Своимъ? Это объясняетъ церковь въ своей краткой пѣсни — именно для того, чтобы ученики Его, имѣя видѣть въ скоромъ времени Его вольное уничиженіе, страданія и смерть тѣлесную на крестѣ, не усумнились въ Его Божественномъ величіи и достоинствѣ, и познали, что Онъ добровольно страдаетъ естествомъ человѣческимъ за грѣхи міра и подвергается смерти для сокрушенія жала смерти, ко­торыми поражено было все человѣчество,— и для того, чтобы побѣдить всеродную смерть, разрушить адъ, имѣвшій  державу смерти, и подать воскресеніе человѣческому роду.

Слава Его Божественному преображенію, слава Ему, Побѣдителю смерти и ада, которыхъ никто не могъ побѣдить кромѣ Его, всемогущаго Богочеловѣка и Агнца, вземлющаго грѣхи міра на Себя, единаго безгрѣшнаго, исполнившаго всю правду Божію за насъ.

Мы обратимъ вниманіе на поучительную и нази­дательную сторону праздника. Вовремя преображенія Іисуса Христа явились на горѣ Ѳаворѣ по повелѣнію Его въ дивномъ свѣтѣ пророки Моисей изъ ада,  а Илія изъ рая, въ доказательство всѣмъ людямъ той истины, что Онъ —Господь Іисусъ Христосъ — обладаетъ и живыми и мертвыми и есть общій всѣхъ Господь и Судія и воскресеніе умершихъ.

Господь просіялъ лицемъ (какъ человѣкъ) во время молитвы. Это научаетъ насъ тому, что молитва ис­кренняя соединяетъ насъ съ Богомъ и просвѣщаетъ души наши свѣтомъ благодатнымъ, что она для насъ необходима, какъ свѣтъ и воздухъ; и если Самъ Богочеловѣкъ предавался часто молитвѣ, то намъ грѣшнымъ она тѣмъ болѣе необходима, какъ Апостолъ говоритъ: непрестанно молитесь.

Св. Апостолъ Петръ, говоря о преображеніи Гос­пода, о Его величіи и славѣ, замѣчаетъ, что онъ возвѣстилъ о силѣ пришествія Господа Іисуса Христа, не хитросплетеннымъ баснямъ послѣдуя, но какъ очевидецъ Его величія. Наши современные безбожники, во главѣ со Львомъ Толстымъ, считаютъ Евангеліе за баснь и не вѣрятъ въ Божество Іисуса Христа, какъ и въ Его Божественное посланничество, Божественное слово и чудеса - и своимъ невѣріемъ и клеветою на Господа и на церковь Его, смутили все современное русское учащееся юношество, поколебали вѣру въ недоучкахъ и переучкахъ, подкопали своею ложью и дерзкимъ вольнодумствомъ всѣ основы вѣры и нравственности, произвели безнравственность, анархію, неповиновеніе дѣтей родителямъ, учащихся и подчиненныхъ начальству, подданныхъ верховной власти, не­законные безумныя забастовки, сдѣлали правильную гражданскую жизнь невозможною при настоящихъ условіяхъ и попустительствѣ власти. Вотъ безконечный вредъ толстовскаго невѣрія! Вотъ плоды безбожія! Война злополучная попущена на насъ, какъ наказаніе праведное отъ Бога праведнаго. Что намъ нужно при этомъ хаосѣ? Прежде всего нужно строгое дѣйствіе всѣхъ властей, — или — прежде всего нужно общее покаяніе всѣхъ классовъ населенія Россіи, —нуженъ общій постъ, общественная горячая молитва Богу о обращеніи заблудшихъ, о исправленіи нравовъ, потребенъ страхъ Божій, страхъ суда праведнаго, грознаго наказанія Божія. Къ этому призываетъ всѣхъ и Монархъ нашъ Государь, Богомъ поставленный для управленія народами по заповѣдямъ Божіимъ и государственнымъ законамъ; и мы всѣхъ соотечественниковъ призываемъ къ горячему и глубокому покаянію, усердной молитвѣ и милостынѣ. Мы должны преобразиться, немедленно измѣниться во всемъ.

Дай Богъ спасительный, нравственный поворотъ всему русскому всесословному народу на правый путь. Довольно. До пресыщенія, до отвращенія, испытали мы пагубу и безсмысліе путей кривыхъ. Аминь.

Св. прав. Іоаннъ Кронштадтскій
«Православная Жизнь», № 8, август 1974 г.

*

Aug. 14th, 2016

Tsar-1998

ЦАРСКИЙ ПРЕСТОЛ - Князь Никита Александрович

Главой Дома может быть или царствующий Император, или же за его отсутствием сово­купность агнатов, согласно семейному ста­туту.

Великий Князь Кирилл Владимирович вы­ступил сразу, как Император, несмотря на протест Царицы Матери Марии Феодоровны и Великого Князя Николая Николаевича. Данный акт не был опубликован и не мог быть опубликован Сенатом во всеобщее сведение, чтобы стать обязательным законом. Такой акт может быть сделан только после того, как па­дет в России советская власть и откроется са­мая возможность на восстановление Монар­хии. Тогда будет ясно, кто из агнатов остался в живых и кто может объявить себя Наслед­ником Престола. До тех же пор всякий такой акт должен признаваться юридически, как «non avenu». Это относится как к актам Вели­кого Князя Кирилла Владимировича, так и Князя Владимира Кирилловича, которому отец не имел права передать такие права, ко­торые позволяли бы ему называть себя «Ве­ликим Князем», «Его Императорским Высо­чеством», а также раздавать титулы другим лицам в качестве «Наследника Престола» или «Главы Дома».

Что такое Царский Престол? Надо вникнуть в идеологию, создавшую его. Царь есть свя­щенный Чин Церкви, к которому должны быть отнесены все церковные правила, отно­сящиеся к этому чину. Царская власть воз­никла при Грозном Царе, когда она была установлена грамотой Восточных патриархов (сво­бодных тогда от поклонения сатане). Россия была Теократической Монархией, совершенно неизвестной Западной Европе. Власть Право­славного Монарха вытекает из православного миросозерцания и без него даже непонятна. Ее создает то миросозерцание, которое упова­ет не на силы человеческие, но уповает на Промысел Божий. Только указанный Промыслом, в силу рождения, верный Церкви, По­мазанный ею, хранитель ее веры, признается достойным устроителем политической жизни. Люди исповедуют не обожествление человека, а лишь святость подвига, освященного Цер­ковью. Понятие христианской власти, как под­вига, служения, совершенно неотделимо от христианского учения и миросозерцания.

Учение Грозного об основах власти, понятие о самодержавии, как о власти, обязанной соб­ственному праву по нравственному подвигу в силу Промысла Божия, «доведшего искру бла­гочестия до русского царства и скипетродержавие до нас смиренных» и не опирающееся на «многомятежное человечества хотение» остается основою русского права по русским основным законам, непоколебленной ни сму­той XVII века, ни смутой 1905 года, ни — бу­дем надеяться — смутой 1917 года.

В своей грамоте Восточным Патриархам (свободным от поклонения сатане) он упомина­ет о 34 московских удельных князьях, отме­чая особо о тех из них, которые кончили жизнь в иноках. Далее упоминаются 19 кня­зей смоленских, 19 тверских, 5 полоцких, 10 черниговских, 32 рязанских и 12 удельных княгинь. И всех просит Иоанн включить в Па­триарший синодик для поминовения. Царь Грозный, заботясь о возведении себя в Царский сан компетентной властью Патриарха, в "Числе доводов "представлял заслуги своих предков по содействию делу Церкви, когда пе­речислял заслуги своих сородичей, приняв­ших иноческий сан, и имена тех, кто просиял в Церкви и причислен Ею к Лику Святых.

Иоанн получил формальное подтверждение Соборной Грамотой Первостоятеля Вселенской Церкви Константинопольского Патриарха. Только через это подтверждение он мог счи­тать себя принятым формально в особый Цер­ковно-Правовой Статус.

В другой грамоте подписанной полным Собором Верховных Святителей, признавалось право за Московским Государем занять место Византийских Императоров, как по своему родству с ними, так и по своим христианским добродетелям. Кроме того, согласием всех Митрополитов и Епископов, благодатью Всевыш­него даруется Иоанну право именоваться за­конно Царем и считаться увенчанным от Патриарха правильно и церковно. Так Предстоя­тель Вселенской Церкви признал Иоанна в Царском Сане, утверждая этот сан как непоколебимое основание и необходимость для полноты Христианства. Однако в грамоте были и горькие слова, что венчание московского Митрополита без утверждения патриаршего недостаточно. Так, русскому сознанию стало ясно, что необходимо для завершения архи­тектурного здания Третьего Рима иметь свое­го Патриарха.

Предкоронационная присяга, являющаяся по церковным правилам условием принятия в Священный Чин, руковозложение и миропо­мазание, сообщающие особую благодать Свя­того Духа, произнесение слов: «Свят, Свят, Свят», показывает, что с возведением в Цар­ский Сан Церковь связывала принятие в осо­бый чин, отличный от мирян. Он сообщал осо­бые права, как например, причащение отдель­но Тела и Крови Христовых, вхождение в Ал­тарь через Царские Врата, права субсидиарно­го законодательства и участие в делах Церкви, но и возлагал особые обязанности - быть в мире представителем Церкви и защитником Вселенской древнехристианской истины.

Все эти дополнения в чине коронования окончательно сложились в конце XVII века, так что Царь Феодор Алексеевич в своем короновании имел все эти права.

Во исполнение такого положения Император Николай Первый при утверждении Свода За­конов в 1832 году утвердил редакцию в таком виде: «Брак мужского лица Императорского Дома, могущего иметь право на наследование Престола, с особой другой веры совершается не иначе, как по восприятию ею Православ­ного Исповедания». Хотя комиссия под пред­седательством Великого Князя Владимира Александровича установила такую редакцию: «Брак Наследника Престола и старшего в его поколении мужского лица с особою другой ве­ры совершается не иначе, как по восприятию ею Православного Исповедания». Это было и ограничение лиц, от невест которых Требуется принятие Православия. Это было в 1886 году, но уже 6 июня 1889 года появился специаль­ный Указ Императора Александра Третьего, где сказано: «Признав за благо восстановить действие статьи 142 Свода Основных Государ­ственных Законов издания 1857 года, повеле­ваем: согласно с первоначальным начертанием основных постановлений о браке Членов Ав­густейшего Дома Нашего изложить в следую­щем виде: «Брак мужского лица Император­ского Дома, могущего иметь право на наследование Престола, с особой другой веры совер­шается не иначе, как по восприятию ею Пра­вославного исповедания». Это требование не было выполнено Великой Княгиней Марией Павловной, которая приняла Православие только 4 апреля 1908 года на склоне лет и все дети ее, входя в состав Императорского Дома, в наследовании Престола уступают в очереди тем агнатам Императорского Дома, которые удовлетворяют и Статье 185.

В таком же положении находятся дети от брака Великого Князя Кирилла Владимирови­ча с его двоюродной сестрой, разведенной женою Принца Эрнеста Гессен-Дармштадтского, брата Государыни Императрицы Александры Феодоровны, состоявшегося 25 сентября 1905 года до восприятия ею Православия, которое было принято ею лишь в 1906 году. От кате­горического требования предписания статьи 142 (теперешней 185) Свода Основных Госу­дарственных Законов не могут освободить от­дельных лиц ни Император, ни весь Импера­торский Дом. Оно вытекает не только из 185 статьи, но и из самого принципа Царской Вла­сти, олицетворяющей народную веру и народ­ное миросозерцание; она верховный принцип, устроитель политической жизни, и связана с Саном, призванным быть верховным защит­ником и хранителем догматов господствующей веры, блюстителем правоверия и всякого Свя­той Церкви благочиния.

Таким образом устраняются от очереди пре­столонаследия все дети Великого Князя Вла­димира Александровича и дети Великого Кня­зя Кирилла Владимировича. Лежащие в осно­ве всего православного культурного миросо­зерцания смирение, недоверие к силам челове­ческим, непроникнутым воздействием благо­дати свыше, упование на Промысел Божий в корне противоречат рационалистической куль­туре: гордости, на вере в силы человеческого разума, в умении людей устроиться без воз­действия благодати Свыше. Весь смысл и вся сила власти Самодержавного Монарха в том, что Он, как учреждение, является выразите­лем этого Миросозерцания, налагающего свою печать на весь гражданский и политический строй, на всю общественную психологию.

Самый подвиг жертвоприношения, возлагаемый на Монарха, отнимающий от Него жизнь для Себя, возможен только по вере в Промы­сел Божий. Согласно чину священного коро­нования по возложении Короны на главу, и по восприятии Скипетра и Державы, коронуе­мый коленопреклоненный Император читает молитву, которая составляет часть Статьи 58 Основных Законов, является выражением того миросозерцания, без которого нет Самодер­жавного Царя, как церковного государствен­ного учреждения. — Вот эта молитва: «Гос­поди Боже отцов и Царю царствующих, сотворивый вся словом Твоим и премудростью Тво­ей устроивый человека, да управляет мир в преподобии и правде! Ты избрал мя еси Царя и Судию людем Твоим. Исповедую неисследимое Твое о Мне смотрение и благодаря Вели­честву Твоему поклоняюся. Ты же Владыко и Господи Мой настави Мя в деле на неже по­слал Мя еси, вразуми и управи Мя в великом служении сем. Да будет со Мной приседящая Престолу Твоему Премудрость. Посли ю с не­бес святых Твоих, да уразумею, что есть угод­но пред очима Твоима, и что есть право в За­поведях Твоих. Буди сердце Мое в руку Тво­ею, еже вся устроити к пользе врученных Мне людей и ко Славе Твоей, яко да и в день суда Твоего непостыдно воздам Тебе слово мило­стью и щедротами Единородного Сына Твоего, с ним же благославен еси со пресвятым и бла­гим и животворящим Твоим Духом во веки веков, аминь».

Также к лицам, долженствующим короно­ваться, относится Правило 17 и 18 Апостоль­ские и 3 Правило VI Вселенского Собора: «Такажде взявши в супружество вдову или от­верженную от супружества, или позорищную — не может быть епископом, или пресвитером, или диаконом, ниже вообще в списке священ­ного чина».

Эти правила не требуют санкций, как и ко­ронование и миропомазание, как вообще все основные канонические правила, и долженст­вующие быть известными всем православным и особенно иерарху, призванному короновать.

Вследствие рукоположения и миропомаза­ния Императора надо считать чином священ­ным не в смысле вступления в духовную иерархию, ибо он не получает благодати священ­ства, но в смысле особого освящения лица, от­крывающего ему право на особые преимуще­ства, входить в Царские Врата и причащаться наравне со священнослужителями. С этой точки зрения Царская Власть является институтом не только государственного, но и цер­ковного права. При короновании с самого воз­никновения чина на коронуемого возлагались при рукоположении бармы, как знак посвя­щения в церковный сан. Когда царская шап­ка была заменена короной, то и царская одеж­да, цепь животворящего древа и бармы были заменены порфирой и цепью ордена Святого Андрея Первозванного. Принятие церковного сана соединяется ныне с рукоположением и возложением порфиры. Главными моментами коронования являются — первое: чтение Пра­вославного исповедания, предшествующее рукоположению в священный чин, — второе: возложение порфиры-багряницы и рукополо­жение Патриархом — и третье: Миропомазание.

Что наша Монархия есть учреждение тео­кратическое, свидетельствует об этом 42 глава Кормчей Книги, введенная в России вместе с христианством. Она устанавливает Священ­ную Двоицу Царя и Патриарха и связывает Церковь догматом Четвертого Халкидонского Собора о несливающемся различии и нераз­рывном соединении светской и духовной вла­сти.

Обнимая все вышесказанное мною, хоте­лось бы, вместо заключения, привести выдер­жку из последнего слова приснопамятного От­ца Иоанна Кронштадтского. Сие слово вели­кого Праведника и горячего Молитвенника за Землю Русскую было произнесено 6 мая 1907 года в день рождения Государя Императора Николая Второго: «Церковь останется непо­колебимою до скончания века, и Монарх Рос­сии, если пребудет верен Церкви православ­ной, утвердится на престоле России до скон­чания века».

Князь Никита Александрович

«Русскій Путь», Органъ Россійскаго Отечественнаго Союза,  (Выходитъ разъ въ месяцъ), № 105, Париж, апрель 1959 г.

*

Aug. 12th, 2016

Tsar-1998

ЦАРСКИЙ ПРЕСТОЛ - Князь Никита Александрович – 1959 г.

Главой Дома может быть или царствующий Император, или же за его отсутствием сово­купность агнатов, согласно семейному ста­туту.

Великий Князь Кирилл Владимирович вы­ступил сразу, как Император, несмотря на протест Царицы Матери Марии Феодоровны и Великого Князя Николая Николаевича. Данный акт не был опубликован и не мог быть опубликован Сенатом во всеобщее сведение, чтобы стать обязательным законом. Такой акт может быть сделан только после того, как па­дет в России советская власть и откроется са­мая возможность на восстановление Монар­хии. Тогда будет ясно, кто из агнатов остался в живых и кто может объявить себя Наслед­ником Престола. До тех же пор всякий такой акт должен признаваться юридически, как «non avenu». Это относится как к актам Вели­кого Князя Кирилла Владимировича, так и Князя Владимира Кирилловича, которому отец не имел права передать такие права, ко­торые позволяли бы ему называть себя «Ве­ликим Князем», «Его Императорским Высо­чеством», а также раздавать титулы другим лицам в качестве «Наследника Престола» или «Главы Дома».

Что такое Царский Престол? Надо вникнуть в идеологию, создавшую его. Царь есть свя­щенный Чин Церкви, к которому должны быть отнесены все церковные правила, отно­сящиеся к этому чину. Царская власть воз­никла при Грозном Царе, когда она была установлена грамотой Восточных патриархов (сво­бодных тогда от поклонения сатане). Россия была Теократической Монархией, совершенно неизвестной Западной Европе. Власть Право­славного Монарха вытекает из православного миросозерцания и без него даже непонятна. Ее создает то миросозерцание, которое упова­ет не на силы человеческие, но уповает на Промысел Божий. Только указанный Промыслом, в силу рождения, верный Церкви, По­мазанный ею, хранитель ее веры, признается достойным устроителем политической жизни. Люди исповедуют не обожествление человека, а лишь святость подвига, освященного Цер­ковью. Понятие христианской власти, как под­вига, служения, совершенно неотделимо от христианского учения и миросозерцания.

Учение Грозного об основах власти, понятие о самодержавии, как о власти, обязанной соб­ственному праву по нравственному подвигу в силу Промысла Божия, «доведшего искру бла­гочестия до русского царства и скипетродержавие до нас смиренных» и не опирающееся на «многомятежное человечества хотение» остается основою русского права по русским основным законам, непоколебленной ни сму­той XVII века, ни смутой 1905 года, ни — бу­дем надеяться — смутой 1917 года.

В своей грамоте Восточным Патриархам (свободным от поклонения сатане) он упомина­ет о 34 московских удельных князьях, отме­чая особо о тех из них, которые кончили жизнь в иноках. Далее упоминаются 19 кня­зей смоленских, 19 тверских, 5 полоцких, 10 черниговских, 32 рязанских и 12 удельных княгинь. И всех просит Иоанн включить в Па­триарший синодик для поминовения. Царь Грозный, заботясь о возведении себя в Царский сан компетентной властью Патриарха, в "Числе доводов "представлял заслуги своих предков по содействию делу Церкви, когда пе­речислял заслуги своих сородичей, приняв­ших иноческий сан, и имена тех, кто просиял в Церкви и причислен Ею к Лику Святых.

Иоанн получил формальное подтверждение Соборной Грамотой Первостоятеля Вселенской Церкви Константинопольского Патриарха. Только через это подтверждение он мог счи­тать себя принятым формально в особый Цер­ковно-Правовой Статус.

В другой грамоте подписанной полным Собором Верховных Святителей, признавалось право за Московским Государем занять место Византийских Императоров, как по своему родству с ними, так и по своим христианским добродетелям. Кроме того, согласием всех Митрополитов и Епископов, благодатью Всевыш­него даруется Иоанну право именоваться за­конно Царем и считаться увенчанным от Патриарха правильно и церковно. Так Предстоя­тель Вселенской Церкви признал Иоанна в Царском Сане, утверждая этот сан как непоколебимое основание и необходимость для полноты Христианства. Однако в грамоте были и горькие слова, что венчание московского Митрополита без утверждения патриаршего недостаточно. Так, русскому сознанию стало ясно, что необходимо для завершения архи­тектурного здания Третьего Рима иметь свое­го Патриарха.

Предкоронационная присяга, являющаяся по церковным правилам условием принятия в Священный Чин, руковозложение и миропо­мазание, сообщающие особую благодать Свя­того Духа, произнесение слов: «Свят, Свят, Свят», показывает, что с возведением в Цар­ский Сан Церковь связывала принятие в осо­бый чин, отличный от мирян. Он сообщал осо­бые права, как например, причащение отдель­но Тела и Крови Христовых, вхождение в Ал­тарь через Царские Врата, права субсидиарно­го законодательства и участие в делах Церкви, но и возлагал особые обязанности - быть в мире представителем Церкви и защитником Вселенской древнехристианской истины.

Все эти дополнения в чине коронования окончательно сложились в конце XVII века, так что Царь Феодор Алексеевич в своем короновании имел все эти права.

Во исполнение такого положения Император Николай Первый при утверждении Свода За­конов в 1832 году утвердил редакцию в таком виде: «Брак мужского лица Императорского Дома, могущего иметь право на наследование Престола, с особой другой веры совершается не иначе, как по восприятию ею Православ­ного Исповедания». Хотя комиссия под пред­седательством Великого Князя Владимира Александровича установила такую редакцию: «Брак Наследника Престола и старшего в его поколении мужского лица с особою другой ве­ры совершается не иначе, как по восприятию ею Православного Исповедания». Это было и ограничение лиц, от невест которых Требуется принятие Православия. Это было в 1886 году, но уже 6 июня 1889 года появился специаль­ный Указ Императора Александра Третьего, где сказано: «Признав за благо восстановить действие статьи 142 Свода Основных Государ­ственных Законов издания 1857 года, повеле­ваем: согласно с первоначальным начертанием основных постановлений о браке Членов Ав­густейшего Дома Нашего изложить в следую­щем виде: «Брак мужского лица Император­ского Дома, могущего иметь право на наследование Престола, с особой другой веры совер­шается не иначе, как по восприятию ею Пра­вославного исповедания». Это требование не было выполнено Великой Княгиней Марией Павловной, которая приняла Православие только 4 апреля 1908 года на склоне лет и все дети ее, входя в состав Императорского Дома, в наследовании Престола уступают в очереди тем агнатам Императорского Дома, которые удовлетворяют и Статье 185.

В таком же положении находятся дети от брака Великого Князя Кирилла Владимирови­ча с его двоюродной сестрой, разведенной женою Принца Эрнеста Гессен-Дармштадтского, брата Государыни Императрицы Александры Феодоровны, состоявшегося 25 сентября 1905 года до восприятия ею Православия, которое было принято ею лишь в 1906 году. От кате­горического требования предписания статьи 142 (теперешней 185) Свода Основных Госу­дарственных Законов не могут освободить от­дельных лиц ни Император, ни весь Импера­торский Дом. Оно вытекает не только из 185 статьи, но и из самого принципа Царской Вла­сти, олицетворяющей народную веру и народ­ное миросозерцание; она верховный принцип, устроитель политической жизни, и связана с Саном, призванным быть верховным защит­ником и хранителем догматов господствующей веры, блюстителем правоверия и всякого Свя­той Церкви благочиния.

Таким образом устраняются от очереди пре­столонаследия все дети Великого Князя Вла­димира Александровича и дети Великого Кня­зя Кирилла Владимировича. Лежащие в осно­ве всего православного культурного миросо­зерцания смирение, недоверие к силам челове­ческим, непроникнутым воздействием благо­дати свыше, упование на Промысел Божий в корне противоречат рационалистической куль­туре: гордости, на вере в силы человеческого разума, в умении людей устроиться без воз­действия благодати Свыше. Весь смысл и вся сила власти Самодержавного Монарха в том, что Он, как учреждение, является выразите­лем этого Миросозерцания, налагающего свою печать на весь гражданский и политический строй, на всю общественную психологию.

Самый подвиг жертвоприношения, возлагаемый на Монарха, отнимающий от Него жизнь для Себя, возможен только по вере в Промы­сел Божий. Согласно чину священного коро­нования по возложении Короны на главу, и по восприятии Скипетра и Державы, коронуе­мый коленопреклоненный Император читает молитву, которая составляет часть Статьи 58 Основных Законов, является выражением того миросозерцания, без которого нет Самодер­жавного Царя, как церковного государствен­ного учреждения. — Вот эта молитва: «Гос­поди Боже отцов и Царю царствующих, сотворивый вся словом Твоим и премудростью Тво­ей устроивый человека, да управляет мир в преподобии и правде! Ты избрал мя еси Царя и Судию людем Твоим. Исповедую неисследимое Твое о Мне смотрение и благодаря Вели­честву Твоему поклоняюся. Ты же Владыко и Господи Мой настави Мя в деле на неже по­слал Мя еси, вразуми и управи Мя в великом служении сем. Да будет со Мной приседящая Престолу Твоему Премудрость. Посли ю с не­бес святых Твоих, да уразумею, что есть угод­но пред очима Твоима, и что есть право в За­поведях Твоих. Буди сердце Мое в руку Тво­ею, еже вся устроити к пользе врученных Мне людей и ко Славе Твоей, яко да и в день суда Твоего непостыдно воздам Тебе слово мило­стью и щедротами Единородного Сына Твоего, с ним же благославен еси со пресвятым и бла­гим и животворящим Твоим Духом во веки веков, аминь».

Также к лицам, долженствующим короно­ваться, относится Правило 17 и 18 Апостоль­ские и 3 Правило VI Вселенского Собора: «Такажде взявши в супружество вдову или от­верженную от супружества, или позорищную — не может быть епископом, или пресвитером, или диаконом, ниже вообще в списке священ­ного чина».

Эти правила не требуют санкций, как и ко­ронование и миропомазание, как вообще все основные канонические правила, и долженст­вующие быть известными всем православным и особенно иерарху, призванному короновать.

Вследствие рукоположения и миропомаза­ния Императора надо считать чином священ­ным не в смысле вступления в духовную иерархию, ибо он не получает благодати священ­ства, но в смысле особого освящения лица, от­крывающего ему право на особые преимуще­ства, входить в Царские Врата и причащаться наравне со священнослужителями. С этой точки зрения Царская Власть является институтом не только государственного, но и цер­ковного права. При короновании с самого воз­никновения чина на коронуемого возлагались при рукоположении бармы, как знак посвя­щения в церковный сан. Когда царская шап­ка была заменена короной, то и царская одеж­да, цепь животворящего древа и бармы были заменены порфирой и цепью ордена Святого Андрея Первозванного. Принятие церковного сана соединяется ныне с рукоположением и возложением порфиры. Главными моментами коронования являются — первое: чтение Пра­вославного исповедания, предшествующее рукоположению в священный чин, — второе: возложение порфиры-багряницы и рукополо­жение Патриархом — и третье: Миропомазание.

Что наша Монархия есть учреждение тео­кратическое, свидетельствует об этом 42 глава Кормчей Книги, введенная в России вместе с христианством. Она устанавливает Священ­ную Двоицу Царя и Патриарха и связывает Церковь догматом Четвертого Халкидонского Собора о несливающемся различии и нераз­рывном соединении светской и духовной вла­сти.

Обнимая все вышесказанное мною, хоте­лось бы, вместо заключения, привести выдер­жку из последнего слова приснопамятного От­ца Иоанна Кронштадтского. Сие слово вели­кого Праведника и горячего Молитвенника за Землю Русскую было произнесено 6 мая 1907 года в день рождения Государя Императора Николая Второго: «Церковь останется непо­колебимою до скончания века, и Монарх Рос­сии, если пребудет верен Церкви православ­ной, утвердится на престоле России до скон­чания века».

Князь Никита Александрович

«Русскій Путь», Органъ Россійскаго Отечественнаго Союза,  (Выходитъ разъ въ месяцъ), № 105, Париж, апрель 1959 г.

*

Aug. 7th, 2016

Tsar-1998

ПОСЛѢДНІЕ ЗАВѢТЫ О. ІОАННА КРОНШТАДТСКАГО

        Поученія о. Іоанна спокойны, просты. Раскрываетъ силу и красоту Православія пастырь предъ пасомыми. Въ свѣтѣ Христовомъ обнажается мракъ пороковъ отдѣльныхъ людей и всего общества: не жалѣетъ о. Іоаннъ красокъ, и для изображенія сіяющей Истины, и для обличенія тьмы грѣха. Видитъ онъ, какъ далеко зашло духовное одичаніе ведущихъ слоевъ общества — громитъ о. Іоаннъ его. Но основой его сознанія остается спокойная увѣренность въ твердости нашего стоянія въ Истинѣ, какъ національнаго и государственнаго Цѣлаго, возглавляемаго Православнымъ Царемъ. Радостное умиленіе, благодарныя слезы — вотъ исходный фонъ умоначертанія всероссійскаго батюшки: есть ли кто на свѣтѣ счастливѣе насъ, дѣтей Православной Руси, избранныхъ чадъ Божественнаго Промысла! Только бы намъ достойными остаться этого удѣла. Весь мракъ невѣрія, разстилающійся кругомъ, не способенъ еще поколебать этой радости. Это лишь преходящія тѣни, ло­жащіяся на предметъ, остающійся средоточіемъ свѣта Христова ...
           Мѣняется радикально тонъ проповѣдей о. Іоанна послѣ т. н. первой Революціи. Взволнованность, граничащая съ ужасомъ передъ разверзающейся пропастью, грозящей поглотить историческое бытіе Россіи вотъ, чѣмъ дышатъ эти проповѣди. Свѣтъ Христовъ остается въ своей сіяющей силѣ, но ему противуетоитъ тьма, уже застилающая русскіе историческіе горизонты. Слова о. Іоанна звучатъ послѣднимъ призывомъ — безъ увѣренности въ успѣхѣ. Потому гремятъ эти призывы пророчествомъ грядущихъ бѣдъ — не временныхъ и преходящихъ, а граничащихъ съ концомъ Свѣта ...
            Въ Недѣлю Православія въ 1906 г. говоритъ онъ. Тысячу лѣтъ спасается русскій народъ — обладатель сокровища Православія. Но вотъ дикая трава невѣрія стала покрывать русское поле, и отсюда всѣ страданія наши. “Ибо откуда эта анархія, эта революція, эта нелѣпая коммуна, эти забастовки, разбои, убійства, хищенія, эта общественная безнравственность, этотъ царящій развратъ, это огульное пьянство? — Отъ невѣрія, отъ безбожія... Какъ хитеръ и лукавъ сатана! Чтобы погубить Россію, онъ раздулъ въ ней невѣріе и развратъ черезъ злонамѣренныхъ писателей и учителей, чрезъ русскія среднія и высшія школы и чрезъ т. н. интеллигенцію. На почвѣ безвѣрія, слабодушія, малодушія, безнравственности соверша­ется распаденіе государства. Везъ насажденія вѣры и страха Божія въ населеніи Россіи оно не можетъ устоять. Скорѣе съ - покаяніемъ къ Богу! Скорѣе къ твердому и непоколебимому пристанищу вѣры въ Церкви. Аминь”.
          Еще рѣшительнѣе говоритъ о. Іоаннъ въ Недѣлю Крестопоклонную. Наше образованное общество не хочетъ чтить Креста, обрекая себя на ужасы тартара. Видитъ о. Іоаннъ уже не въ дали вѣковъ, а какъ непосредственный отвѣтъ на духов­ное состояніе русскаго міра, грозное мздовоздаяніе. “По ви­димому скоро наступитъ день втораго пришествія Христова, — ибо наступило предсказанное въ писаніи отступленіе отъ вѣры, хотя еще не “открылся человѣкъ грѣха, сынъ погибели (антихристъ), противящійся и превозносящійся выше всего,— называемаго Богомъ или святынею... Тайна беззаконія уже въ дѣйствіи (еще во времена апостольскія), только не совер­шится до тѣхъ поръ, пока не будетъ взятъ отъ среды удержива­ющій теперь (Самодержецъ, удаленія котораго домогается из­вѣстная публика) — и тогда откроется беззаконникъ, котораго Господь Іисусъ убьетъ духомъ устъ Своихъ и истребитъ явле­ніемъ пришествія Своего...”
           Возвращается къ этой темѣ о. Іоаннъ на Благовѣщеніе. Онъ скорбитъ о томъ, что тайна воплощенія уже не доступна образованному русскому обществу, впавшему въ невѣріе, въ кощунство. Онъ рисуетъ отталкивающую картину душевнаго состоянія нашего общества, отъ мала до велика... “Враги Россіи готовятъ разложеніе государства. Правды нигдѣ не стало и отечество на краю погибели. Чего ожидать впереди, если будетъ продолжаться такое безвѣріе, такая испорченность нравовъ, такое безначаліе? Снова ли приходить на землю Христу? Снова ли распинать и умирать за насъ? Нѣтъ: — полно глумиться надъ Богомъ, полно попирать Его святые законы. Онъ скоро придетъ, но придетъ судить міръ и воздать каждому по дѣламъ. — Теперь мы еще празднуемъ Благовѣще­ніе Архангела, а можетъ быть скоро услышимъ грозную вѣсть: “се Женихъ грядетъ въ полунощи, и блаженъ рабъ, его же обрящетъ бдяща”.
           «Умъ цѣпѣнѣетъ и сердце содрогается при видѣ особенно нынѣшняго огульнаго невѣрія, коимъ заражена современная интеллигенція, современное учащееся юношество, бредящее гордымъ невѣріемъ и богохульствомъ, заимствованнымъ отъ одного свѣтскаго писателя, боготворимаго нѣкоторыми за по­праніе имъ вѣры Христовой...». Такъ возглашаетъ о. Іоаннъ въ день Вознесенія Христова. Безплодна жертва Христова для такихъ людей — погибнутъ всѣ, если не обратятся.
            “Нынѣ страшное время безвѣрія и отступленія отъ Бога, время потрясающихъ душу беззаконній всякаго рода; многіе люди обратились нравственно въ дикихъ звѣрей — или злыхъ геніевъ или духовъ. Нѣтъ для нихъ ничего святого, нѣтъ души безсмертной, по ихъ мечтаніямъ: нѣтъ Бога, нѣтъ воскресе­нія и нѣтъ воздаянія по дѣламъ, нѣтъ суда нелицепріятнаго, точнаго, строгого за каждое слово и дѣло ... Что же изъ всего этого выйдетъ? Если твердая власть не положитъ предѣла этому злу, если она не будетъ бодрствовать и дѣйствовать зако­номѣрно, то зло возьметъ такую силу, что не спасся бы, по слову писанія, ни одинъ человѣкъ; но только ради избранныхъ Божіихъ это стремленіе зла будетъ прекращено Богомъ...”
            Такъ говорилъ о. Іоаннъ на Успеніе, а черезъ двѣ недѣли, въ праздникъ благ. кн. Александра Невскаго, прославлялъ благочестіе нашихъ предковъ-побѣдителей. “Чья была свя­тая икона Нерукотвореннаго Спаса, которая чтится такъ усердно петербургскими жителями въ бывшемъ домикѣ Петра Великаго? — Не была ли эта икона постоянно съ нимъ въ походахъ воен­ныхъ? Не передъ нею ли онъ проливалъ свои царскія тайныя слезы? Не за то ли Господь помогъ ему въ браняхъ и далъ ему воздвигнуть трофеи побѣды? А нынѣ, въ прошлую войну мы ожидали побѣдъ, надѣялись только на свое оружіе и силу, мечтали встрѣчать побѣдоносное воинство, возобновляли всюду старыя тріумфальныя ворота — и не встрѣтили побѣдителей: почему? Потому что безъ Бога думали одержать побѣду...” И снова взываетъ о. Іоаннъ къ покаянію, къ возврату къ своей святой вѣрѣ, къ борьбѣ со зломъ.
           О злѣ въ мірѣ говоритъ о. Іоаннъ въ словѣ на Рождество Богородицы. Оно родилось въ мірѣ ангельскомъ. Нынѣ же въ ужасающемъ количествѣ растетъ число развращенныхъ людей въ нашемъ отечествѣ — и уже такъ мало избранныхъ, что “людской міръ видимо стремится къ своему концу вмѣстѣ съ населяемой имъ землею”. И кому радоваться въ этотъ великій праздникъ? Злымъ свойственна только сатанинская радость, которой смѣется всепосмѣянный адъ — тамъ они и будутъ, если не покаются. “Обратись же къ Богу, Россія, согрѣшив­шая предъ Нимъ больше, тягчае всѣхъ народовъ земныхъ, — обратись въ плачѣ и слезахъ, въ вѣрѣ и добродѣтели. Больше всѣхъ ты согрѣшила, ибо имѣла и имѣешь у себя неоцѣненное, жизненное сокровище — вѣру православную съ церковью спаса­ющею, и попрала, оплевала ее въ лицѣ твоихъ гордыхъ и лукавыхъ сыновъ и дщерей, мнящихъ себя образованными, но истинное образованіе, то есть по образу Божію, безъ церкви быть не можетъ”.
           Скорбью кончаетъ о. Іоаннъ свое слово въ день преставле­нія св. Апост. и Еванг. Іоанна Богослова. Святость — цѣль нашей жизни, а ея и помину нѣтъ въ теперешней жизни, боже­ствомъ для себя взявшей лжеименный разумъ. Извращена жизнь до послѣдняго предѣла. Кто думаетъ о покаяніи, о возвращеніи къ истинной вѣрѣ, къ Евангелію, къ Церкви?”.
           Въ день Покрова о. Іоаннъ рисуетъ величественную картину Божественнаго союза Церкви небесной и земной. Чтобы блага­ми этого союза пользоваться, надо чистымъ сердцемъ пріобщить­ся къ нему. Поводъ то даетъ о. Іоанну остановиться на тѣхъ “союзахъ”, которыми покрывалась Россія — союзахъ чисто земныхъ, все чаще злонамѣренныхъ. Забыли о святомъ союзѣ, являемомъ Церковью. Надо дѣятельно къ церкви принадле­жать — и не должно быть общенія съ тѣми, кто Церковь ху­лятъ: “Они — враги Божіи и враги всякаго человѣка и обще­ніе съ ними есть тяжкій грѣхъ, даже и привѣтствіе имъ вмѣ­няется въ грѣхъ, ибо “говорящій имъ привѣтъ есть общникъ злыхъ дѣлъ ихъ”, по слову Апостола Іоанна Богослова”. Почему не получили мы помощи въ войнѣ съ Японіей и не получаемъ ея въ междуусобной брани? “Не стало союза съ Богомъ — не стало и помощи отъ Него”. Много есть вредныхъ союзовъ — противъ вѣры, царя и отечества, а союзовъ честныхъ, благо­намѣренныхъ людей, ведущихъ къ правдѣ Божіей — “Не хотимъ мы знать Бога” — “и Богъ не знаетъ насъ”.
            Въ день тезоименитства Наслѣдника (5 окт.) о. Іоаннъ ставитъ въ связь обязанность повиновенія Царю небесному и Его Наслѣднику-Сыну съ такой же обязанностью повиновать­ся поставленному Богомъ земному Царю и Его Наслѣднику: иначе — мракъ непроглядный и гибель ... Возвращается къ этой темѣ о. Іоаннъ въ день восшествія Государя на престолъ, 21-го октября. Онъ мечетъ громы противъ тѣхъ, кто возстаютъ на Царя, желая сами стать державными. Онъ рисуетъ картину ужаса, связаннаго съ ихъ побѣдой. “О, да будетъ вѣчно на престолѣ царь православный, да будетъ въ Россіи вѣра право­славная до скончанія вѣка, — эта наша краса, слава наша, сила наша, эта вѣчно чудотворная и спасительная вѣра наша, чистая, непорочная... Русскій народъ! Твердо держись царя православнаго и вѣры своей. Познавай болѣе и болѣе, глубже и глубже, сколь она животворна, спасительна, сколь она угодна небесамъ, и сколь многихъ она спасла, усердно подвизавшихся въ ней”.
             Въ широчайшія рамки домостроительства Господня вставля­етъ о. Іоаннъ современность въ словѣ въ день памяти св. Ап. Андрея Первозваннаго. Величайшимъ чудомъ является воз­созданіе павшаго человѣка: “Міръ и человѣка Господь создалъ однимъ словомъ... а для возсозданія всероднаго Адама потре­бовалась правдою Божіей чрезвычайная, безмѣрная великая жертва — воплощеніе Самого Творца и уничиженіе Его до рабія образа. Нужно было, такъ сказать — изъ невозможнаго сдѣлать возможное, погибшее созданіе оживить, отторгшееся соединить, растлѣвшее обновить, возсмердѣвшее облагоухать, враждебное примирить, до ада поползшееся возвысить до третьяго неба, осатанившееся — обоготворить, разслабѣвшее всякими грѣхами — сдѣлать какъ адамантъ крѣпкимъ въ терпѣ­ніи и всякой добродѣтели”. Надо это понимать, чтобы уяснить все величіе апостольской проповѣди, имѣвшей задачей измѣ­нить всю жизнь человѣчества, “если кто во Христѣ, тотъ новая тварь”. Надо съ этой высоты смотрѣть на современность.
           “Что же современный міръ спитъ и дремлетъ, забывъ исторію христіанства и подвиги апостоловъ и святыхъ Божіихъ? Его обуяло невѣріе, безбожіе — онъ впалъ въ слѣпоту, покорился звѣрскимъ страстямъ плоти, люди возмнили о себѣ, какъ о богахъ и отвергли Бога — погрузились въ тьму и мерзость вся­кихъ беззаконній и погибаютъ снова безобразной смертью. Нуженъ снова Искупитель, но Онъ придетъ уже не спасать, а судить изолгавшійся и обезумѣвшій отъ невѣрія міръ и — стра­шенъ будетъ судъ Его хулителямъ Его. Аминь.”
             6 декабря возвращается о. Іоаннъ къ вопросу о Царской власти — Онъ зоветъ къ почитанію Помазанника, Онъ опять въ тѣснѣйшую связь ставитъ подчиненіе Богу и подчиненіе Ца­рю. Онъ не отдѣляетъ перваго отъ втораго, въ подтвержденіе нашего вѣрноподданническаго сознанія приводя слова Апостола: “преклоняю колѣна мои предъ Отцемъ Господа нашего Іису­са Христа, отъ Котораго именуется всякое отечество на небе­сахъ и на землѣ”. А русское общество помѣшалось на всякихъ свободахъ и “гоняется за новомоднымъ образомъ правленія, къ которому оно совершенно неспособно по своей разнородно­сти и взаимной враждебности. “Всепагубно правленіе мно­гихъ: единъ да будетъ царь”, говоритъ древній мудрецъ”.
              Слово на Рождество Христово всецѣло охвачено атмосферой современности: это — голосъ утѣшенія, обращенный къ “вѣр­нымъ”, изнемогающимъ отъ тяготы умножающагося и смѣлѣю­щаго невѣрія.  Пусть крамольники на минуту утѣшаются своими адскими успѣхами: судъ имъ отъ Бога “не коснить, погибель ихъ не дремлетъ”. Десница Господня найдетъ всѣхъ ненавидящихъ насъ и отмститъ за насъ праведно. “У меня отмщеніе, Я воздамъ”, говоритъ Господь”.
              Высокимъ чувствомъ церковно просвѣтленной гражданственности проникнуты слова, связанныя съ выборами въ Государственную Думу. Вѣченъ порядокъ вселенной — твер­дъ долженъ быть порядокъ и въ поколебавшейся было Рос­сіи. Онъ покоится на чемъ? Вѣра святая, Церковь, основанная Христомъ, Самодержавіе, любовь къ отечеству. Безъ этихъ усто­евъ русское государство можетъ погибнуть, исчезнуть съ лица земли... Съ перелетными птицами сравниваетъ о. Іоаннъ со­бравшихся членовъ Думы — и призываетъ Господа въ эту среду: доброжелательство пусть будетъ ко всѣмъ, но господство при­надлежитъ Церкви, и не демократія въ Россіи, а единодержа­віе...
           Въ 1907 г. не мѣняется тональность словъ о. Іоанна. Креще­ніе Господне привлекаетъ его мысль къ грѣховности человѣка, омываемой водой крещенія: забылъ современный человѣкъ о своей грѣховной порчѣ, а потому спокойно и отдается господ­ству страстей. “Боже мой! до чего извратились понятія людей, еще именующихъ себя христіанами! Господи! гдѣ Твое Еван­геліе ? Оно удалено отъ всѣхъ жилищъ и читается ежеднев­но только въ церкви ... Слово человѣческое суетное, блазненное читается ежедневно и въ домахъ и на улицахъ съ жадностью и величайшимъ интересомъ, а къ сладчайшему и спасительному слову Божію пропалъ въ людяхъ всякій интересъ... “Дѣла ваши осудятъ васъ”, слово Евангелія, которое вамъ проповѣ­дано, “оно будетъ судить васъ въ послѣдній день”.
Предъ величіемъ Срѣтенія Господня опять обращается о. Іоаннъ отъ спасаемыхъ милосердіемъ Господнимъ къ тѣмъ, кто отвергаетъ это спасеніе. “Но вѣдь дѣло, совершенное Господомъ для твоего спасенія — неизмѣнно, и твое невѣріе не упразднитъ его”. Церковь возродила человѣчество, освятивъ его. Если человѣчество не принимаетъ этого, оно — жертва вѣчнаго проклятія. “Горе тебѣ, лукавый, непокорный, неблагодарный человѣкъ! Всѣ бѣдствія нынѣшнія, постигшія Рос­сію, постигли ее изъ за тебя. Но, смотри, скоро настанетъ и день твоего праведнаго, страшнаго воздаянія вѣчнаго. Тря­сись, трепещи, человѣкъ, недостойный своего великаго имени (человѣкъ — отъ слова “словѣкъ”, “словесный”, разумный) и скоро жди праведнаго суда Божія. “Богъ поругаемъ не бы­ваетъ”. Аминь”.
             Слово въ недѣлю о блудномъ сынѣ обращается въ вдохно­венное обличеніе страстей человѣческихъ, получившихъ теперь господство надъ человѣкомъ въ силу его невѣрія. Изъ за этихъ страстей — все то страшное, чѣмъ сейчасъ заполнена жизнь: и революція, и войны и неурожаи, бури, ураганы, землетря­сенія. “Ты принудишь (обращается о. Іоаннъ къ человѣку, став­шему воплощеніемъ своихъ страстей) всеблагого и всеправед­наго Творца и Судію произнести на тебя въ концѣ концовъ страшное проклятіе и осужденіе тебя на вѣчныя муки...” “Настало время, что люди стали стыдиться не грѣха и беззаконія, а — правды, и Того, кто вѣчно царствуетъ правдою, Хри­ста Искупителя, Законодателя и Судію праведнаго”.
             Отправляясь отъ картины суда земного о. Іоаннъ воспро­изводитъ картину Страшнаго Суда въ недѣлю о немъ. “Какъ же себя почувствуютъ грѣшники нераскаянные и еврейское невѣ­рующее множество, пронзившее Его и доселѣ гонящее Его въ лицѣ вѣрныхъ христіанъ! Тайнозритель Іоаннъ отвѣчаетъ: “се грядетъ съ облаками, и узритъ Его всякое око и тѣ, которые пронзили Его; и возрыдаютъ предъ Нимъ всѣ племена земныя. Ей, аминь” “Обратите вниманіе на эти заключительныя слова: “ей” и “аминь”, т. е. вѣрно, непреложно это совершится”.
            Благовѣщеніе даетъ поводъ о. Іоанну сопоставить то, какъ Дѣва Марія приняла благую вѣсть, съ тѣмъ, какъ Адамъ и Ева приняли лукавое слово змія. Оно и сейчасъ нашептывается — и кѣмъ? Школа раститъ это лукавое слово, отравляя молодежь, оно господствуетъ и въ учащемъ мірѣ, въ интеллигенціи. Время одуматься. “Послушаемъ сердечнымъ слухомъ архангельскаго благовѣстія, смиримся, вникнемъ въ него глубоко, глубоко и послѣдуемъ за нимъ, а лукавыя, злыя вѣщанія сатаны отри­немъ. Довольно онъ посмѣялся надъ Россіей за ея невѣріе, вре­мя намъ посмѣяться надъ нимъ. Прочь отъ насъ сатана.  Аминь”.
            Слово въ день рожденія Государя всецѣло — грозное про­рочество. “… Царство русское колеблется, шатается, близко къ паденію”. Отчего это? “Оно сошло съ твердой, непоколеби­мой основы истинной вѣры”. “Міръ ... дряхлѣетъ и колеблется; такъ что къ концу міра онъ совсѣмъ сдѣлается трупомъ или дымящейся головней...” “... Несомнѣнно, что всѣ отпавшіе отъ вѣры и Церкви русскіе разобьются, какъ глиняные горшки (сосуды скудельные), если не обратятся и не покаются, а Церковь останется непоколебимою до скончанія вѣка и Мо­нархъ Россіи, если пребудетъ вѣренъ Церкви православной, утвердится на престолѣ до скончанія вѣка”.
             “Держись же Россія твердо вѣры своей и Церкви и Царя Православнаго, если хочешь быть непоколебимой людьми не­вѣрія и безначалія и не хочешь лишиться Царства и Царя православнаго. А если отпадешь отъ своей вѣры, какъ уже от­пали отъ нея многіе интеллигенты — то не будешь уже Рос­сіей или Русью святой, а сбродомъ всякихъ иновѣрцевъ, стре­мящихся истребить другъ друга. Помните слова Христа невѣр­нымъ іудеямъ: “отымется отъ васъ царство Божіе и дастся языку (народу), творящему плоды его”. Аминь”.

Архим. Константин.
«Православная Русь», №1, 1957 г.

*

Previous 10