См. Часть I - Письма 05 мая 2012 г.
Продолжая свою изменническую работу, ген. Алексеев того же 2-го марта пересылает Рузскому в 14 часов 20 минут следующие две телеграммы: от генералов Брусилова и Эверта:
От ген. Брусилова: «Прошу передать Государю Императору мою всеподаннейшую просьбу, основанную на моей преданности и любви к Родине и Царскому Престолу, что в данную минуту единственный исход, могущий спасти положение и дать возможность дальше бороться с внешним врагом, без чего Россия пропадет, отказаться от престола в пользу Государя Наследника при регентстве Великого Князя Михаила Александровича, другого выхода нет. Необходимо спешить, дабы разыгравшийся и принявший большие размеры пожар был скорее потушен, иначе повлечет за собой неисчислимые катастрофические последствия. Этим Актом будет спасена сама династия в лице законного Наследника. Ген. Адъютант Брусилов».
От ген. Эверт: «Ваше Императорское Величество. Начальник Штаба Вашего Величества передал мне обстановку, создавшуюся в Петрограде, Царском Селе, Балтийском море и Москве и результаты переговоров ген. Рузского с председателем Государственной Думы. Ваше Величество, на Армию в настоящем ее составе, при подавлении внутренних беспорядков, рассчитывать нельзя. Ее можно только убеждать именем спасения России от несомненного порабощения злейшим врагом России при невозможности вести дальнейшую борьбу. Я принимаю все меры к тому, чтобы сведения о настоящем положении дел в столицах не проникли в Армию, дабы оберечь ее от несомненных волнений. Средств, прекратить революцию в столицах, нет никаких. Необходимо немедленное решение, которое могло бы привести к прекращению беспорядков и сохранению Армии для борьбы против врага. При создавшейся обстановке, не находя другого исхода, безгранично преданный Вашему Величеству верноподданный умоляет Ваше Величество, во имя спасения Родины и Династии, принять решение, согласное с заявлением Председателя Государственной Думы, выраженное им ген. Рузскому, как единственное, видимо, способное прекратить революцию и спасти Россию от ужасов анархии. Ген. Адъютант Эверт».
Эти телеграммы выдают их составителей с головой. Ведь теперь уже отлично известно, что фронтовая армия была еще далеко не так разложена, чтобы забыть свою присягу и не повиноваться приказаниям Государя Императора. Стоило им, этим самым генералам, именем Государя приказать, и фронтовики усмирили бы какой угодно бунт в тылу. Это ясно доказывается, между прочим, малоизвестным фактом, что в самом Петрограде новобранцы одного из Флотских Экипажей стойко отказывались примкнуть к бунтовщикам, стреляя из окон казарм до 3-го марта, пока их не убедили, что Государь отрекся и они этим освобождены от присяги. Пока это им не подтвердил какой-то генерал, вызванный на этот предмет бунтовщиками, они упорно и твердо стояли на точном исполнении своей присяги и защищались от революционеров.
Но генералы-заговорщики тщательно скрывали правду и старательно освещали Государю обстановку только в нужном для них свете, и Алексеев спешит добавить к телеграммам Брусилова и Эверта новое увещание:
«Всеподданнейше докладывая эти телеграммы Вашему Величеству, умоляю безотлагательно принять решение, которое Господь Бог внушит Вам. Промедление грозит гибелью России. Пока Армию удается от проникновения болезни, охватившей Петроград, Москву, Кронштадт и другие города. Но ручаться за дальнейшее сохранение военной дисциплины нельзя. Прикосновение Армии к делу внутренней политики будет знаменовать неизбежный конец войны, позор России и развал ее. Ваше Императорское Величество горячо любит Родину и ради ее целости, независимости, ради достижения победы соизволите принять решение, которое может дать мирный и благополучный исход создавшегося, более чем тяжелого, положения. Ожидаю повелений. Алексеев. 2-го марта».
Вслед за этим увещанием Алексеев телеграфирует Государю того же 2го марта в 14 часов 30 минут:
«Коленопреклоненная телеграмма: Всеподданнейше представляю Вашему Императорскому Величеству полученную мною на имя Вашего Императорского Величества телеграмму:
«Ген. Адъютант Алексеев сообщает мне создавшуюся обстановку и просит меня поддержать его мнение, что победоносный конец войны, столь необходимый для блага будущности России и спасения династии, вызывает принятие сверх меры. Я, как верноподданный, считаю по долгу присяги и по духу присяги необходимым коленопреклоненно молить Ваше Императорское Величество спасти Россию и Вашего Наследника, - зная чувство святой любви Вашей к России и к Нему. Осенив себя крестным знамением, передайте Ему Ваше наследие. Другого исхода нет, как никогда в жизни, с особо горячей молитвой, молю Бога подкрепить Вас и направить Вас. Ген. Адъютант Николай».
История вынесет когда-нибудь свой беспристрастный приговор по поводу этой, страшно ответственной, телеграммы В.К. Нинолая Николаевича. Пока можно только удивляться, как бывший Верховный Главнокомандующий не мог понять всю ложность освещения событий в вышеприведенной телеграммы ген. Алексеева. Как мог Великий Князь в трагическую минуту, когда Россия уже качалась над бездной, подать такой ужасный совет своему Законному Царю и поддержать своим высоким авторитетом «мольбы» генералов-заговорщиков.
В тот же день 2-го марта в 4 часов 50 минут Генерал Рузский получил еще следующую телеграмму от Командующего Румынским Фронтом:
«Ген. Адъютант Алексеев передал мне преступный и возмутительный совет Родзянко Вам на Высокомилостивое решение Государя Императора даровать стране ответственное министерство, и просил Главнокомандующих доложить Его Величеству через Вас о положении данного вопроса, в зависимости от создавшегося положения. Горячая любовь моя к Его Величеству не допускает меня мириться с возможностью осуществления гнусного предложения, переданного Вам от председателя Государственной Думы. Я уверен, что не русский народ, никогда не касавшийся Царя своего, задумал это злодейство, а разбойничья кучка людей, именуемая Государственной Думой, предательски воспользовалась удобной минутой для проведения своих преступных целей. Я уверен, что Армия и Флот непоколебимо стали бы за своего Державного Вождя, если бы не были призваны к защите Родины от внешнего врага, и если бы не были в руках тех же государственных преступников, захвативших в свои руки источники жизни Армии. Переходя к логике разума, и учтя создавшуюся безвыходность положения, и непоколебимо верноподданный Его Величеству, рыдая, принужден сознаться, что, пожалуй, наиболее безболезненным выходом для страны и для сохранения возможности биться с внешним врагом, является решение пойти навстречу уже высказанным условиям, дабы промедлением не дать пищу предъявлению дальнейших, еще более гнуснейших, притязаний. Яссы 2-го марта № 13317, генерал Сахаров».
Телеграмма Сахарова показывает, что, видимо, он не был в заговоре с Алексеевым и Рузским для низложения Государя. Его отношение к думцам и их наглому требование совершенно не двусмысленно, но, заблужденный освещением фактов со стороны Алексеева, которому он доверял, Сахаров боялся, что нельзя двинуть достаточно войск, не оголяя фронта, хотя громадные резервы стояли в ближайших тылах.
Что осталось делать Государю, глубоко любившему свою Родину и верившему в преданность Алексеева и Рузского? Ему представили все факты в нужном заговорщикам свете, и его же Генерал-адъютанты и высшие командиры Армии умоляли согласиться на требование изменников революционеров. Конечно, предатели-генералы скрыли от Государя телеграмму от Командующего Гвардейской Кавалерией Хана Нахичеванского:
«Главкосеву. До нас дошли сведения о крупных событиях, прошу Вас не отказать повергнуть к стопам Его Величества безграничную преданность Гвардейской Кавалерии и готовность умереть за своего обожаемого Монарха. Хан Нахичеванский. №2370».
Из этой телеграммы ясно видно, что знали о событиях только посвященные в заговор военноначальники, которые уже давно изменили своей присяге, все же доблестные вожди, на которых Государь мог бы опереться, были далеко и ничего не знали, пока гнусное предательство не было завершено.
Из приведенных выше телеграмм, можно сделать вывод, что конечная цель заговорщиков была только отречение Государя и установление Регентства, но дальнейшие действия Алексеева, Рузского и Родзянко показывают, что скрытая цель была совсем другая, а именно, - учреждение в России республиканского образа управления.
Как только акт отречения был вырван у Государя и послан в Петроград, Алексеев поспешил телеграфировать всем командующим фронтами:
«Главнокомандующим Фронтами. Председатель Государственной Думы Родзянко убедительно просит задержать всеми мерами и способами объявление манифеста, который сообщен этой ночью, ввиду особых условий, которые я сообщу Вам дополнительно, прошу сделать распоряжение, ознакомив с манифестом только старших начальников. 3-го марта, 6 часов 45 минут. Алексеев».
Главнокомандующий Северным Фронтом поспешил исполнить приказ своего сообщника, развив его в смысле неприведения войск к присяге новому Императору.
Командующим 1, 8, 12 Армии, Командиру 4 и 2 корпуса, копия Комфлоту Балтийского моря и Главковерху. Приказываю во что бы то ни стало приостановить распространение разосланного ночью манифеста, и во всяком случае, не выполнять приведение к присяге. 3-го марта 8 часов 15 минут, Рузский».
Согласно мудрым законам Российской Империи, все войска и подданные должны немедленно приводиться к присяге новому Государю именно для предупреждения каких либо волнений. Российская Империя по самому своему существу не может находиться, даже на мгновенье, без Царствующего Императора, так как Он есть сосредоточение всей полноты власти и власть всех остальных чинов Империи лишь передоверие власти Царской и все правительственные распоряжения отдаются, теоретически, от имени Государя Императора. Заговорщики отлично это знали и понимали, что, не пресекись наследственная власть, им невозможно было бы подчинить себе Россию. Русский народ, как сильно не был он, в некоторой своей части, распропагандирован врагами России, но если бы он присягнул новому Императору, то в своей массе безусловно остался бы верен этому обещанию на Кресте и Евангелии.
Но, метивший в президенты Российской Республики Родзянко и его сообщники сумели уговорить В.К. Михаила Александровича ослушаться воле своего Императора и Царственного Брата, и, вопреки всем Российским законам, отказаться от своего долга верноподанного и члена семьи Романовых. Россия осталась без Царя, отданная в руки безумных и преступных заговорщиков, которые, конечно, не в силах были справиться с вызванной ими же анархией.
В дополнение к вышеуказанным историческим документам, необходимо еще добавить, что и после отречения Государя Императора, змеиное гнездо генералов-заговорщиков не успокоилось в своей ненависти к Царю и тому режиму, благодаря которому они бесплатно получили блестящее военное образование, достигли высших постов в командном составе армии и так много пользовались Царскими милостями.
Так, например, знаменитый генерал Лавр Корнилов, сразу же после отречения Государя, назначенный революционным правительством на должность командующего войсками Петроградского военного округа, явился 8-го марта 1917 г. в Царскосельский дворец с 5 офицерами, украшенный красным бантом и объявил Государыне Императрице Александре Феодоровне, что Она с Детьми арестована.
Этот же генерал, в тот же день, заменяет верных людей Сводного полка, охранявших дворец, грубой и распущенной солдатней из бунтующих запасных батальонов.
После этого ген. Корнилов собирает офицерский митинг в Петроградском Собрании Армии и Флота, где выступает перед многочисленным офицерством с революционной речью, в которой, между прочим, сказал:
«... Я твердо заявляю, что возврата к прошлому не будет и быть не может.
Монархия вернется только лишь через мой труп.
Я только что вернулся из Царского Села, где арестовал бывшую Царицу...»
Затем, вскоре после этих крамольных «подвигов» ген. Корнилов награждает Георгиевским крестом одного из зачинщиков солдатского бунта – унтер-офицера Запасного б-на Л. Гв. Волынского полка Тимофея Кирпичникова за убийство выстрелом в спину своего ротного командира штабс-капитана Лашкевича.
И этот, так позорно изменивший Царю и своему долгу генерал, до сего времени, считается среди большей части нашей эмиграции «легендарным героем», а Сибирские казаки, в честь его, создают «Корниловские» станицы... Безумие и ужас!
Арестованный генер. Корниловым, Государь Император вместе с Царской Семьей, вскоре был отправлен в Тобольск.
Россия, без Царя, разваливалась. Армия превратилась в бессмысленное и трусливое стадо.
Появились большевики и революционный «премьер-министр» Керенский бежал за границу в платье сестры милосердия, предварительно переведя на свое имя в иностранные банки несколько миллионов русского золота. Все его соратники разбежались.
Генералы-изменники частью были убиты большевиками, а часть их вместе с Вел. Кн. Николаем Николаевичем успела спастись заграницу, где они пытались наладить какую-то «работу» против большевиков...
В России около трех лет продолжалась, так называемая, «Белая борьба» с пустыми знаменами, без наших исторических дедовских лозунгов: «За Вру, Царя и Отечество», или «За Батюшку Царя и Русь святую!»
И «Белая Армия» потерпела поражение.
А между тем, результаты этой борьбы могли быть иными, если бы охваченные «февральским» безумием генералы раскаялись бы в содеянной ими крамоле и твердо стали бы на свой Русский Исторический путь.
К этому теперь полезно вспомнить сказанные в то время слова красного «глаковерха» Л. Троцкого:
«... Если бы Деникин выкинул в своей армии лозунг – ЗА НАРОДНОГО БАТЮШКУ ЦАРЯ, -то наша советская власть не продержалась бы и двух недель...»
Но, как известно, в то время, многие боевые, хорошие русские генералы, все еще находились под дурманом «февральской» крамолы главных «Генерал-адъютантов – изменников» и с удовольствием слушали, как корниловские добровольцы распевали:
«Нам прошлого не жаль и Царь нам не кумир!..»
Результаты известны... А потому нам теперь, в интересах будущего России, нельзя замалчивать позорные преступления изменивших своему Царю военных деятелей проклятого крамольного «Февраля», а также, для воспитания нашего подрастающего поколения, мы должны разъяснить, что Русский Законный Царь и Россия – не разделимы.
Что вынужденное отречение Царя привело к ужасной кошмарной гибели Его со всем Августейшим Семейством и эта невинная Священная Кровь Помазанника Божия легла несмываемым пятном позора на весь русский народ.
Мы должны разъяснять, что измена генералов-заговорщиков своему Царю, которому они присягали на Кресте и Св. Евангелии служить до последней капли своей крови, - является ужасным клятвопреступлением.
(«Генерал-адъютанты изменники» Изд. «Штандарт», Сев. Америка, 1954 г.)
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=91.7){kind=small}
