?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

February 2018

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728   
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

Послание Святогорцев Царю Михаилу Палеологу – Часть II

 

VI. Если мы, Владыка нашъ святый, станемъ перечислять всѣ ихъ передѣлки церковныхъ и божественныхъ преданій и законоположеній, то слишкомъ продолжимъ слово, и обременимъ царскій и божественный слухъ твой. А дабы сего не было, мы оставляемъ всѣ прочія передѣлки ихъ, описанныя и обли­ченныя многими, блаженной и преподобной памяти святѣйшими патріархами и архіереями нашими, и кратко высказываемъ толь­ко вотъ что. Латины, Владыко святый, исказили и перепортили существенные члены Вѣры: за это они не толко отсѣклются отъ церкви вселенской, отъ сего равномѣрнаго, здороваго и благообразнаго тѣла Христова, но и предаются сатанѣ. Вѣдь, апостолъ, запечатлѣвая все евангельское и апостольское ученіе, говорить не столько Галатамъ, въ одномъ только тогда погрѣшавшимъ, сколько италіанцамъ, нынѣ безъ счету учащимъ иначе и превращающимъ едва не все преданіе евангельское, апостольское, каноническое и отеческое: „аще кто благовѣствуетъ вамъ паче, еже пріясте, аще ли мы, иди ангелъ съ небесе, анаѳема да будетъ" (Гал. 1, 8). Да и святый Вселенскій соборъ Шестый, бывшій въ Труллѣ, утверждая Духомъ святымъ бывшія до него опредѣленія, въ первомъ божественномъ и священномъ правилѣ своемъ сказалъ: «аще кто-либо изъ всѣхъ не содержитъ и не пріемлетъ вышерѣченныхъ догматовъ благочестія, и не тако мыслитъ и проповѣдуетъ, но покушается идти противу нихъ: тотъ да будетъ анаѳема по опредѣленію, прежде постановлен­ному предупомянутыми святыми и блаженными Отцами, и изъ сословія христіанскаго, яко чуждый, да будетъ исключенъ и изверженъ. Ибо мы сообразно съ тѣмъ, что опредѣлено прежде, совершенно рѣшили нижѐ прибавляти что либо, нижѐ убавляти, хотя-бы и могли (сдѣлать это) по какой либо причинѣ». Такъ гласитъ правило это. Изъ него ясно видно, что идти противъ догматовъ благочестія, по мнѣнію Отцовъ, значить прибавлять къ нимъ что-либо, или убавлять отъ нихъ. Какъ же послѣ этого сказалъ-бы кто нибудь, что не подлежатъ канонической анаѳемѣ тѣ, которые отваживаются на это, и въ церквахъ проповѣдуютъ и на стогнахъ городовъ своихъ повсюду учатъ сему громогласно? Если же нужно и изъ другихъ божественныхъ и священныхъ правилъ представить это же самое кратко по воз­можности нашей; то божественный и священный соборъ единенія, послѣдній изъ всѣхъ и божественнымъ Духомъ утверждающій предшествовавшіе соборы, говоритъ: «Всему, что поста­новлено и сдѣлано и имѣетъ быть сдѣлано въ противность церковному преданію и ученію и уставу святыхъ и приснопамятныхъ Отцовъ, анаѳема», Еще: «Всѣмъ, презрѣвшимъ священныя и божественныя правила святыхъ Отцовъ нашихъ, ко­торыя и церковь назираютъ, и украшая все христіанское жи­тельство, руководятъ къ божественному благочестію, анаѳема». И можемъ ли удержать стремленіе рѣчи, когда захотимъ изложить всѣ божестченные каноны въ улику Латинамъ? Если мы каждому порознь дѣйствію ихъ, противному божественнымъ законоположеніямъ, противопоставимъ божественные и священные каноны, которые низлагаютъ, отлучаютъ и даже анаѳематствуютъ ихъ за отверженіе божественныхъ преданій, то простое и пустынное слово наше разольется чрезъ мѣру. Однако въ пятнадцатомъ правилѣ святаго и великаго собора, называемаго Двукратнаго, выражено, что не только невиновны, но еще до­стойны чести тѣ, которые, прежде соборнаго разсмотрѣнія, отдѣляются отъ проповѣдующихъ всенародно еретическіе догматы и отъ отъявленныхъ еретиковъ; ибо они отдѣлились не отъ епископовъ, а отъ лжеепископовъ и лжеучителей. Такой поступокъ ихъ достоинъ похвалы и приличенъ православнымъ христіанамъ. Тутъ нѣтъ раскола церковнаго, а есть только обмѣнъ раздѣленій и поддержаніе истины. Какъ же послѣ сего было бы законно и богоугодно наше единеніе съ тѣми, отъ которыхъ мы отдѣлились правильно и канонично, когда они нераскаянно придерживаются ересей? Если мы допустимъ это, какъ православное, то этимъ однимъ извратимъ все. А божественные и священные каноны гласятъ: «Если кто съ отлученнымъ хотя въ домѣ помолится, да будетъ отлученъ». И индѣ: «Къ непріобщеннымъ пріобщающійся самъ будетъ, какъ нару­шитель правила церкви». И еще: «Принимающій еретика подлежитъ осужденію его». И такъ въ чемъ обвиняются Латины, во всемъ томъ, если мы примемъ то, будемъ осуждены мы сами божественными канонами, начертаемыми по дѣйствію Духа. Но этому не бывать, не бывать!


     VII.  — Даже имени Папы не будемъ мы поминать. Это поминаніе отъ лукаваго, который, будучи тьма, преображается въ свѣтъ, и нынѣ предлагаетъ единеніе (Унію), а потомъ схитритъ погибель всего тѣла церкви, и не надѣясь достигнуть сего открыто, работаетъ скрытно, дабы хоть какъ нибудь отворить дверь и исполнить злой умыселъ. Если Латины соединяются съ нами добровольно, то пусть перемѣнятся, и такимъ образомъ соединятся. А если хотятъ сего ухищренно, то не успѣютъ, хотя бы добились до пустыхъ именъ. Но что значитъ поминать имя? Очень много значитъ! Это объяснимъ мы послѣ. А теперь? О, много прибыли будутъ имѣть Латины, если лу­каво достигнутъ цѣли![1]) Послѣ этого они останутся неисправи­мы, получивъ то, чего хотятъ. Ибо не о благочестіи, какъ видно, всѣ ихъ словопренія и розыски. Если бы благочестія искали они, то на что имъ настоящее домогательство, когда благочестіе и безмездно, и недокучливо, и равнопочтительно, и обще рабамъ, господамъ, бѣднымъ, благороднымъ, неблагороднымъ неосужденнымъ и осужденнымъ, обще какъ вѣяніе воздуха и изліяніе свѣта, и смѣны часовъ и разсматриваніе творенія Божія, этой великой и общей всѣмъ намъ утѣхи, и какъ равноудѣльность вѣры (ισομοιρια πιοτεως), по выраженію великаго Бо­гослова Григорія, хотя они и не равняются съ великими отцами нашими, Василіемъ и Іоанномъ Златоустымъ, и ни во что ихъ ставятъ, тогда какъ слава ихъ словъ и сила ихъ духа объяли всю землю. Но выслушай, святый Владыко, обѣщанное объясненіе наше, объясненіе словами всесвятаго Духа, изъ которыхъ ни одна черта утратиться не можетъ. Великій апостолъ Господенъ и евангелистъ Іоаннъ богословъ говоритъ: «кто приходитъ къ вамъ и не приноситъ сего ученія, того не принимайте въ домъ, и не привѣтствовайте его. Ибо привѣтствующій его участвуетъ въ злыхъ дѣлахъ его». (2 Посл. Iоан. І, 10-11) Если же не велѣно намъ привѣтствовать его, если воспрещено вводить его въ домъ, то какъ не въ домѣ, а въ храмѣ Божіемъ, въ неприступномъ алтарѣ, у таинственной и страшной трапезы Сына Божія, нежертвенно закалаемаго, то яко Бога, то яко агнца непорочнаго, да примиритъ насъ съ Отцомъ и съ Собою, и кровію Своею да очиститъ грѣхи наши, яко безгрѣшный, какъ тутъ и какой адъ изрыгнетъ поминаніе Папы, достойно отсѣченнаго (отъ Церкви) Св. Духомъ за то, что онъ поднялъ голову свою противъ Бога и противъ всего божественнаго, и такъ сдѣлался врагомъ Божіимъ? Ибо если простое привѣтствіе еретику пріобщаетъ насъ къ злымъ дѣламъ его, то что сказать о гласномъ поминаніи его, и гдѣ-же? тамъ, гдѣ предлежатъ божественныя и страшныя Тайны. Если Предлежащій тутъ есть сама Истина, то какъ она приметъ эту великую ложь? Приравнивать Папу и причислять его, какъ православнаго патріарха, къ прочимъ православнымъ патріархамъ во время совершенія страшныхъ таинъ, значило бы играть театрально, и представлять несуще­ствующее, какъ существующее. И какъ приметъ это всякая православная душа? Не уклонится ли она отъ общенія съ по­мянувшими его? И не сочтетъ ли ихъ торгашами, продающими все божественное? Издревле православная церковь Божія возглашеніе имени архіерея, во время богослуженія, установила какъ знакъ совершеннаго общенія съ нимь. Читается и въ изъясненіи божественной литургіи, что священнодѣйствующій возглашаетъ имя архіерея, дабы выразить свое подчиненіе на­чальствующему и свое общеніе съ нимъ и заимствованіе отъ него вѣры и божественныхъ Таинствъ. И великій отецъ нашъ и исповѣдникъ Ѳеодоръ Студитъ въ почтительномъ письмѣ своемъ къ нѣкоему говоритъ: «Ты признался мнѣ, что боялся сказать пресвѵтеру своему, чтобы онъ не поминалъ ересеначальника. Что-же сказать тебѣ объ этомъ теперь, недоумѣваю, развѣ то, что общеніе съ еретикомъ посредствомъ одного поминанія имени его есть оскверненіе, хотя-бы поминающій былъ православенъ». Такъ говорилъ св. отецъ. А до него и самъ Богъ глаголалъ: «священники отринули законъ Мой и осквер­нили святыни Мои, не отдѣлясь отъ непреподобныхъ и скверныхъ, и имѣя все общее съ ними». Что яснѣе и истиннѣе сего?

 

VIII.       — Но и уступки (οικονομιαν) не сдѣлаемъ. Ибо мож­но ли допустить уступку, оскверняющую все божественное, по вышерѣченному слову Божію, и отъ божественныхъ Таинствъ удаляющую Духа Божія, и чрезъ то лишающую вѣрныхъ прощенія грѣховъ и усыновленія? Что было-бы вреднѣе такой уступки? Вѣдь, общеніе съ ними гласно; и согласиться съ ними въ одномъ, значитъ извратить все правое. Ибо «принимающій еретика подлежитъ осужденію его». - Еще: «пріобщающійся къ непріобщеннымъ самъ непріобщенъ будетъ, какъ нарушитель правила церковнаго». А Латины, знаменитые непослушаніемъ церковнымъ правиламъ, сообщаются съ Іудеями, и съ Армянами и Іаковитами, и Несторіанами и Моноѳелитами, и вообще со всѣми еретиками, и даже за это, не говоря о прочемъ, недостойны прощенія и общенія съ нами, какъ соучастники во всѣхъ богоненавистныхъ ересяхъ оныхъ людей.

 

IX.       — Что касается до предоставленія первенства еретичествующему въ противность всей православной церкви Христо­вой, то и оно несправедливо. Этимъ требуется уже не уступка, а полное подчиненіе (Папѣ). Но онъ не достоинъ и послѣдняго мѣста. Ибо великій Отецъ нашъ Григорій Богословъ въ своемъ божественномъ словѣ о кающихся говоритъ: «и я не принимаю нераскаявшихся, необращающихся и не замѣняющихъ зло исправленіемъ: а когда приму ихъ, тогда отведу имъ подобающее мѣсто». Но у Папы и у сущихъ съ нимъ нѣтъ исправленія, нѣтъ замѣненія зла добромъ. Посему они недостойны и послѣдняго мѣста. Какъ же они будутъ первенствовать, и надъ кѣмъ станутъ владычествовать? Надъ Божьими церквами? Увы! Не подступятъ ли они и къ заклепамъ ада, будучи ведомы слѣпыми вождями, по изрѣченію устъ нелживыхъ? Если свѣтъ, который въ тебѣ, тьма, то тьма кольми паче (въ другомъ будетъ). Вѣдь всякій подчиненный любитъ подражать начальствующему; какъ это сказалъ великій богословъ Григорій. Притомъ, по какимъ законамъ будутъ судить, какъ самъ Папа, такъ и архіерея его, когда они совсѣмъ отвергли божественныя правила святыхъ соборовъ, и не имѣютъ не только благоуханія духовной жизни, но и признака ея, и еретичествуютъ во многомъ? Поистинѣ, они наполнятъ церковь смутами и соблазнами. Но не сольются не­слитности, не спрядутся непряди. Ибо какое сродство у правды и беззаконія, или, по слову божію, какое общеиіе у свѣта и тьмы, у православныхъ и еретиковъ, отъ которыхъ мы должны всецѣло удаляться? И древле самъ Богъ заповѣдалъ, говоря: „измите лукаваго изъ среды вашей". Я вотъ это изрѣченіе,—если соблазнитъ тебя око твое, исторгни его,— и дальнѣйшее изрѣченіе о прочихъ соблазняющихъ членахъ, къ кому другому лучше подходитъ, какъ не къ Латинамъ? И Павелъ, великій отъ того, что глаголалъ чрезъ него и въ немъ Господь, тоже самое представляетъ на видъ, говоря: «Еретика человѣка послѣ перваго и втораго вразумленія отвращайся, зная, что таковый развра­тился, и грѣшитъ, будучи самоосужденъ». (Тит. 3, 10-11) И еще: «Уклоняйтесь отъ всякаго, нечисто ходящаго и не по преданію, которое принято отъ насъ».—И въ другихъ строкахъ Павелъ запрещаетъ даже ѣсть вмѣстѣ съ ними. Согласно съ нимъ и богоносный и великій отецъ нашъ Игнатій предохраняетъ насъ отъ еретиковъ, этихъ человѣкообразныхъ звѣрей. Если же мы не должны не только принимать ихъ къ себѣ, но и встрѣчать, если не велѣно намъ и пищу вкушать вмѣстѣ съ ними, даже привѣтствовать ихъ въ избѣжаніе общенія съ ними: то какъ признать ихъ первыми, и судьями православныхъ цер­квей, и громогласно возглашать имя ихъ въ церкви у таинствен­ной трапезы, дабы и ее, освящающую насъ, не оставить не оскверненною?

 

X.     — Никакъ, никакъ не дозволяй сего ради души твоей святой, царю святый и Богомъ поставленный самодержецъ, и вмѣстѣ Христу возлюбленный и христолюбивѣйшій. Но дер­жись, какъ держишься по благодати Христовой, того, чему ты наученъ и что тебѣ ввѣрено, зная, кѣмъ ты наученъ (2 Тимоө. 3, 14.) Храни добрый залогъ, избѣгая, по ученію великаго апо­стола, негодныхъ пустословій лжеименнаго знанія, которымъ занимаясь, нѣкоторые уклонились отъ Вѣры, (1 Тимоѳ. 6, 20, 21.) да посредствомъ тебя, съ тобою, и со всѣмъ домомъ твоимъ, славящимъ Бога, и мы, составляющіе полноту Христіанъ, бу­демъ соблюдены, какъ православные и Богу угодные, на день явленія Господа, и съ вами и сами сдѣлаемся неукоризненными наслѣдниками царства его вѣчно. Вѣренъ Богъ, признавшій насъ, Который и сотворитъ, если мы соблюдемъ заповѣди Его, благодатію Христа о Дусѣ Святомъ. Аминь.

 

*   *   *

 

Весьма замѣчательно это посланіе Святогорцевъ къ Миха­илу Палеологу. Замѣчательно и по силѣ доказательствъ, и по глубокому уваженію къ царственности, и по рѣзкости тона, и по отвращенію къ папству, и даже по сжатости, разрубленности и ясности языка, на которомъ оно написано. А всего замѣчательнѣе то, что въ немъ нѣтъ и намека на какое либо гоненіе, или притѣсненіе святогорцевъ, несоглашавшихся принять Унію. Отсюда я заключаю, что это посланіе было представлено Михаилу Палеологу ранѣе того остервѣненія его противъ монаховъ, о которомъ упомянулъ современный Византійскій историкъ Пахимеръ, и которое проявилось въ немъ, въ патріаршество Іоанна Векка (1274—1283), незадолго до смерти Его Ве­личества, послѣдовавшей въ 1282 году. (Георгія Пахимера исторія Михаила и Андроника Палеологовъ въ Русскомъ переводѣ, книга VI, гл. 26. С. П. Б. 1862 г.)

 

Сіе посланіе аѳонскихъ монаховъ извлечено изъ древнихъ рукописей Иверскаго монастыря на Аѳонѣ и напечатано въ переводѣ на русскій языкъ въ 1-й части «Перваго Путешествія, Аөонскіе Монастыри и Скиты» извѣстнаго ученаго востоковѣда Епископа Порѳирія Успенскаго. (Кіевъ, изд. 1877 г.) Въ той же книгѣ помѣщена выписка изъ одной старопечатной книги Діонисіатскаго монастыря слѣдующаго содержанія : «... Говорилъ Палеологъ Михаилъ царь (какъ повѣствуетъ Пахимеръ) Константинопольцамъ, недовольнымъ такимъ единеніемъ (церквей западной и восточной). О, люди! Неизмѣннымъ остается нашъ догматъ. Мы только три права уступаемъ папѣ первенство, судъ и поминованіе его въ молитвословіяхъ. А эти уступки спасутъ ромеевъ отъ угрожающаго великаго кровопролитія. Впрочемъ этими словами Михаила не убѣдились ни церковь, ни тѣло ея (т. е. христіане міряне). Напротивъ Патріархи Арсеній, Іосифъ и Григорій воспротивились. Но за то одинъ оставляетъ каѳедру свою и удаляется, другого гонятъ, а почетные архіереи и кли­рики и даже бояре бичуются, позорятся предъ народомъ, заклю­чаются въ тюрьму, страдаютъ отъ римскаго папы Григорія и Михаила, какъ древле страдали святые отъ Нерона, Деція и Діоклитіана. (Читано): А какія муки и козни и какія горькія смерти причинили латиномудрствующіе отцамъ на св. горѣ Аѳонской: Такихъ не причинилъ ни одинъ гонитель идолопоклонникъ. Когда же латиномудрствующіе дѣлали все это на Аѳонѣ, тогда былъ годъ 6793 1285-й (изъ посланія Андронику царю въ Дѣяніяхъ Сѵнода, бывшаго при патріархѣ Григоріѣ. Этотъ патріархъ святительствовалъ съ 1283 по 1239 г.) У Досиѳея, кн, 9, гл. 3. (См. той же книги стр. 102). Эта послѣдняя статейка порадовала меня, замѣчаетъ епископъ Порѳирій, потому что надоумила относить страданія Аѳонцевъ отъ Латинниковъ къ царствованію не Михаила Палеолога, а сына его Ан­дроника, и отмѣтитъ ихъ въ исторіи Леона подъ 1285 годомъ съ указаніемъ вышеупомянутаго посланія.

 

Изданіе Свято-Андреевскаго Скита на Аөонѣ, Царьградъ 1925 г.



[1] Тонъ этихъ и послѣдующихъ словъ—насмѣшливый.

Comments