?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

November 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

Русский язык в богослужении и в богословской мысли - Акад. Д.С. Лихачев.


Не впервые поднимается вопрос о переводе богослу­жебных текстов на обыден­ный русский язык. Основа­нием к тому в глазах сторонников такого перевода является необходимость сделать богослужение бо­лее понятным. Такие попыт­ки были особенно часто сразу после революции, в пору усилий государства подчинить себе Церковь, что привело к появлению разного рода обновленчес­ких “красных” и прочих цер­ковных объединений. Народ тогда не принял богослуже­ния на русском языке. Об­новленческие церкви сто­яли пустыми...

«Непонятность» богослу­жения заключается не толь­ко в языке. По-настоящему непонятно богослужение для тех, кто не знает основ православного учения. Именно с учением Церкви должен познакомиться че­ловек, желающий посещать церковь, а "непонятность" языка - дело второстепен­ное. Преодоление препятствия со стороны постиже­ния языка - несложно (это не латынский язык в католическом богослужении).

«Непонятность» богослужения лишь усилится, если языком его станет разговорный (обыденный, обывательский) язык, не имеющий всех богословских нюансов в своем словаре, лишенный традиционных фразеологизмов. И это тогда, когда существует близкий язык, но обладающий тысячелетним опытом молитвенного, богослужебного, богословского употребления. «Господи, помилуй» и Господи, прости» - различны по своему значению.

Итак, первое мое возражение против перевода богослужения на русский язык состоит в том, что при таком переводе и богослужение, и богословская мысль не станут сколько-нибудь более понятными, а существующая традиция прервется. Для обывателя же «непонятность» богослужения во многом обострится.

Некто утверждает: “Вот я зашел в церковь и плохо по­нял, о чем там пелось и го­ворилось". Но когда человек старается понять смысл службы, он, может быть впервые, совершает духов­ную работу. Откуда же тре­бование, чтобы Церковь шла на уступки обывателю? Не Церковь должна кланять­ся обывателю, а обыватель - Церкви.

Среди «вспомогательных» аргументов в пользу пере­вода богослужения на обы­денный русский язык приво­дится и следующий: «В ка­толической церкви отказа­лись от латинского языка». Но еще пока нельзя судить, привело ли это к благим результатам. Ведь латынь играла, отчасти и сейчас играет, существенную роль в западной культуре, в за­падной образованности вплоть до последнего вре­мени, позволяя читать и по­нимать всем (независимо от родного языка) латинских авторов, оставаясь языком юриспруденции и медицины, способствуя общению уче­ных западных стран и т. д.

А в целом, так ли уж ва­жен для нас именно в ре­шении этого вопроса като­лический опыт? Перевод католического богослуже­ния на национальные языки уже сейчас привел к неко­торым отрицательным результатам и в церковном, и в светском уровне образованности. Это отмечено преподавателями многих высших учебных заведший.

Говорят: «Церковь с пере­водом богослужения на на­циональные языки станет более демократичной, бо­лее близкой национальной культуре». Очень может быть, но есть опасность, что она станет не только наци­ональной, но и национали­стичной. Не стану приво­дить примеры: они у всех на виду. Да и “демократизм” не всегда идет на пользу. Так, болгары еще больше отде­лились от сербов. А сербы - от болгар в результате перехода их богослужения на национальные языки.

Между тем очень важна общая молитва. Общий язык молитвы. Единство языка богослужения объе­диняло православных сла­вян, как объединяло их единство языка письменно­сти. Пока богослужение велось на церковнославянс­ком языке, одни и те же кни­ги были доступны для сла­вян Балканского полуостро­ва, и сербов, и украинцев, и белорусов, и русских.

Итак, церковнославянс­кий язык играл и играет сейчас (хотя и в меньшей степени, чем раньше) объе­диняющую роль. В России (и отчасти в других славянских странах) церковносла­вянский язык объединял культуру не только по гори­зонтали, но и по вертикали: культуру прошедших столе­тий и культуру нового вре­мени, делая понятными высокие духовные ценности, которыми жива была Русь первых семи веков своего существования, объединяя Россию, Украину и Белоруссию. Это способствовало сохранению самосознания ­русских, живущих на территории других государств, и теперь объединяет Русскую Зарубежную Церковь с Матерью-Родиной.

Это тем более важно от­метить, что Россия была страной высокой книжной культуры. Как ясно теперь, после открытия берестяных грамот, - страной широчай­шей письменной культуры. Надписи имели все культур­ные ценности: иконы, цер­ковные сосуды великолеп­ные фрески в храмах, одеж­да (особенно шитье, обла­чения и т. д.). Сейчас, ког­да мы впали в культурную нищету, это особенно дол­жно нас трогать, и сохра­нить нашу связь с прошлым мы должны обязательно! Мы имеем великолепную письменность и литературу: сочинения митрополита Илариона, Кирилла Туровс­кого, Серапиона Владимирского, митрополита Алек­сия, Ермолая-Еразма, Нила Сорского, Максима Грека и сотен других, приобщиться к мудрости которых стало возможным благодаря сво­боде научной печати и та­ким собранием, как, вышед­шие “Памятники литературы Древней Руси” и издающа­яся «Библиотека литературы Древней Руси» (1-й, 4-й и 5-й тома уже вышли). Бла­годаря текстам, изданным параллельно на древнерус­ском и современном русском языках, мы можем оце­нить необыкновенную кра­соту языка Церкви, языка духовной культуры.

Если мы откажемся от языка, который великолеп­но знали и вводили в свои сочинения Ломоносов, Дер­жавин, Пушкин, Лермонтов, Тютчев, Достоевский, Лес­ков, Толстой, Бунин и мно­гие-многие другие, - утра­ты в нашем понимании рус­ской культуры начала веков будут невосполнимы. Цер­ковнославянский язык - по­стоянный источник для по­нимания русского языка. Сохранения его словарного запаса. Обостренного постижения эмоционального звучания русского слова. Это язык благородной куль­туры: в нем нет грязных слов, на нем нельзя гово­рить в грубом тоне, бра­ниться. Это язык, который предполагает определен­ный уровень нравственной культуры. Церковнославян­ский язык, таким образом, имеет значение не только для понимания русской ду­ховной культуры, но и боль­шое образовательное и вос­питательное значение. От­каз от употребления его в Церкви, изучения в школе приведет к дальнейшему падению культуры в России.

Русский язык “очищает­ся”, облагораживается в Церкви. Да, Евангелие дол­жно проповедоваться на всех языках. В изданиях, где оно печатается параллель­но на церковнославянском и русском языках, уточняет­ся смысл отдельных выра­жений, разъясняется значение каждого слова. Русский язык никто не изгоняет из Церкви, но обращенные к Богу, Божией Матери, к свя­тым слова должны быть свободны от обыденщины, не соприкасаемы с бранью и вульгарщиной.

Убежден, что необходимо сохранить верность тому сочетанию двух близких друг другу языков, которые исторически постоянно соприкасались в летописях, в посланиях Церкви и патри­архов, в сращениях к народу патриархов и других иерархов Церкви, в проповедях (число которых в Церкви дол­жно постоянно расти).

«Возрождение», 1998
«Радонеж», № 9, июнь 1998 г.
*

Comments