?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

October 2017

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

О НАЦІОНАЛИЗМѢ И ПАТРІОТИЗМѢ - Митрополитъ Антоній (Храповицкій)[1]

Заканчивая заупокойную молитву объ убіенныхъ со­братьяхъ нашихъ по любви къ родинѣ и приступая къ началу молебнаго пѣнія нашему небесному покровителю, Святому Архистратигу Михаилу, сосредоточимъ свою мысль на значеніи этого событія въ жизни нашего народнаго союза.

Народный духъ или націонализмъ у другихъ современ­ныхъ племенъ Европы является преобладающимъ началомъ ихъ общественной и государственной жизни, или, выражаясь по мірскому, ихъ политическою аксіомой, на которую стара­ются опираться всѣ вліятельныя политическія партіи. У насъ, напротивъ это начало должно завоевать себѣ право на при­знаніе, потому что противоположная ему космополитическая подражательность уже издавна овладѣла умами русскаго об­щества и оторвала его отъ народа, такъ что самое кажущееся возвращеніе нашихъ либеральныхъ партій къ началамъ націо­нальнымъ явилось у насъ тоже въ подражаніе народностямъ западнымъ.

Совсѣмъ инымъ духомъ проникнуты тѣ наши народные союзы, которые возникли на подлинныхъ историческихъ осно­вахъ жизни народной, союзы консервативные, патріотическіе. Существенное различіе патріотизма русскаго да и вообще патріотизма восточныхъ народовъ и культуръ, отъ патріотизма племенъ и государствъ западныхъ, выросшихъ на началахъ римскаго язычества, заключается въ томъ, что для послѣднихъ самосохраненіе и внѣшнее усиленіе государства или племени является конечнымъ предметомъ ихъ вожделѣній, высшею цѣлью ихъ дѣятельности. Высока-ли такая цѣль? Что пред­ставляетъ она собою, какъ не расширенное себялюбіе, какъ не стадный эгоизмъ? Что за смыслъ бороться за силу и преобладаніе чеховъ среди нѣмцевъ или испанцевъ надъ португульцами, когда и та и другая народность имѣетъ и ту-же религію, и ту-же культуру.
Работать и бороться за одну изъ нихъ противъ другой только потому, что то мое, а то не мое, — это иногда пожа­луй и естественно, но здѣсь нѣтъ ничего высокаго, вдохно­вляющаго, святого. Чѣмъ отличается эта борьба отъ преж­нихъ боевъ Большой Охты съ Малой Охтой? Почему я дол­женъ былъ бороться за ту группу людей, которые лишь тѣмъ отличаются отъ своихъ и моихъ противниковъ, что говорятъ на одинаковомъ со мною нарѣчіи? Почему я не обязанъ объединяться съ тѣми людьми, которые подобны мнѣ, напр., по наружности? Почему вмѣсто швейцарцевъ или бель­гійцевъ не объединяться между собою, напр., всѣмъ курно­сымъ всего міра, всѣмъ рыжимъ и т. п.? Скажутъ: у тѣхъ есть общіе интересы, а у этихъ нѣтъ ничего, кромѣ внѣшняго сходства. Вѣрно, хотя и то не всегда, но въ такомъ случаѣ и не старайтесь придавать вашему западническому патріотизму характера нравственнаго, этическаго, а поставьте его на одинъ уровень съ любой акціонерной компаніей или торговымъ союзомъ.

Не такъ чувствовалъ и чувствуетъ свою любовь къ ро­динѣ народъ русскій. Не цѣлью своей дѣятельности мыслитъ онъ свою страну и себя самого, а служебною силой для иной высшей цѣли, цѣли святой, божественной и всемірной. Нося въ себѣ непоколебимую увѣренность въ неврежденномъ со­храненіи ученія Христова, народъ русскій защищалъ и от­стаивалъ съ такимъ самоотверженіемъ свою страну именно, какъ хранилище божественной истины, какъ служительницу евангельскаго благочестія: не себя самого, не свое благопо­лучіе, а это духовное сокровище ему ввѣренное, его охраненіе и расширеніе почитаютъ русскіе люди высшимъ направителемъ своей и личной, и общественной, и государственной жизни. Самосознаніе русское, народное - есть самосознаніе не рассовое, не племенное, а вѣроисповѣдное, религіозное. Начните убѣ­ждать русскаго въ необходимости уважать евреевъ уже по­тому, что Пресвятая Богородица, св. Апостолы и Пророки были евреями, а не русскими: что онъ вамъ на это отвѣтитъ? Неправда, скажетъ онъ: „это было давно, когда евреи были русскими". Онъ отлично знаетъ, что древніе евреи по-русски не говорили и о русскихъ не слыхали, но онъ считаетъ ихъ своими предками, а себя ихъ потомкомъ именно по своему вѣроисповѣдному самосознанію. И въ этомъ онъ правъ, лю­безные слушатели. Да, не удивляйтесь: онъ чувствуетъ и гово­ритъ согласно Христову глаголу, который отнялъ у евреевъ отступниковъ право сыновства Аврааму (Іоан. VIII, 39), и возло­жилъ на лоно его многіе народы (Матѳ. VIII, 11); не тоже ли говоритъ и Предтеча Христовъ (Матѳ. III, 9) и Апостолъ Па­велъ, возглашая съ настойчивостью: „познайте же, что вѣрующіе суть сыны Авраама“ (Гал. III, 7; Рим. IV, 16).

Скажу вамъ нѣчто еще болѣе знаменательное о русскомъ патріотизмѣ. Въ Кіевопечерской лаврѣ въ каждую субботу на заутренѣ читается акаѳистъ Пресвятой Богородицѣ, а затѣмъ восторженная благодарственная молитва, въ которой Матери Божіей воздается хвала за то, что Она защищала Свой царствующій градъ, т. е. Константинополь, отъ нашествія сѣверныхъ варваровъ язычниковъ, «отъ скиѳскаго воеводы звѣрообразнаго лукаваго вепря, предстателя бѣсомъ, онаго прегордаго кагана… и многочисленныя воинства потопила еси и паки съ небесе одожденіемъ горящихъ камыкъ тьмы ко­раблей въ морѣ рѣющемся разварила еси». О чемъ здѣсь рѣчь? О побѣдѣ грековъ надъ русскими во второй половинѣ IX вѣка.

Ясно, что народъ нашъ считаетъ своими духовными предками не древнихъ русскихъ язычниковъ, а греческихъ христіанъ, и ихъ враговъ - своими врагами. Ясно, что такому народу невозможно привить только рассоваго націонализма; ясно, что истинно народнымъ можетъ оказаться только тотъ союзъ русскихъ людей, который, подобно союзу имени Архи­стратига Михаила, примыкаетъ къ его религіозному, вселенско­церковному патріотизму. Широкъ такой патріотизмъ, безпре­дѣльно такое общеніе! Вотъ мы молились за своихъ умер­шихъ... они для насъ, вѣрующихъ патріотовъ, живы. Ихъ смерть - начало новой лучшей жизни, наши молитвенныя воздыханія проливаютъ отраду въ ихъ души. Мы даже не ска­жемъ со стариннымъ поэтомъ:
Не говори съ тоской — ихъ нѣтъ,
Но съ благодарностію — были.

Нѣтъ, они не «были» только, но и суть теперь съ нами! Это только для дѣятелей исключительно политическихъ, для жалкихъ западниковъ смерть прекращаетъ всякую значимость дѣятеля. Это только для нихъ цѣнится жизнь и дѣятельность измѣряется капризнымъ наклономъ минутнаго успѣха; это только къ нимъ относятся слова другого великаго поэта:
О люди, жалкій родъ, достойный слезъ и смѣха!
Жрецы минутнаго, поклонники успѣха!

Для нашего дѣла, для возстановленія въ жизни обще­ственныхъ началъ и устоевъ народныхъ — ни потеря полити­ческаго вліянія, ни самая смерть не можетъ явиться останов­кой духовному росту русскаго дѣла, лишь бы мы взялись за него искренно и дружно. Мы не боимся смерти, потому что дѣло наше въ союзѣ съ умершими, въ союзѣ съ небомъ и безсмертными ангелами. Наше сокровище на небѣ (Лук. XII, 33); тамъ наше истинное жительство (Фил. III, 20), а здесь мы только отблески его страемся усвоить и посильно насаждать въ общественномъ быту.

И стараемся мы не напрасно. Не смотрите на то, что огромное большинство нашихъ союзовъ составляетъ простой народъ. Вспомнимъ слово Писанія къ первымъ христіанамъ: «посмотрите, братіе, кто вы призванные: не много изъ васъ мудрыхъ по плоти, не много сильныхъ, не много бла­городныхъ. Но Богъ избралъ немудрое міра, чтобы посра­мить мудрыхъ, и немощное міра избралъ Богъ, чтобы по­срамить сильное, и незнатное міра и уничтоженное и ничего незначущее избралъ Богъ, чтобы упразднить значущее, для того, чтобы никакая плоть не хвалилась передъ Богомъ» (1 Кор. I, 26—29). Исторія двухъ тысячелѣтій и далѣе создана первыми христіанами. Но могли ли это предвидѣть гордые римляне? Въ ихъ глазахъ христіане были жалкою толпою нищихъ, бездомныхъ оборванцевъ, беззащитныхъ рабовъ, ничтожныхъ мечтателей, которые не могли даже защитить своихъ братьевъ отъ жестокихъ терзаній палачей. А теперь весь міръ знаетъ, что то были свѣтъ міру и соль земли, которыхъ кости, раз­бросанные палачами по вѣтру, благоговѣйно лобызаютъ цари, какъ величайшую святыню. Презирали и нашихъ русскихъ предковъ могущественные татары, но и ихъ владычество, не основанное на подвигѣ добродѣтели, пропало также безслѣдно, какъ и римское, а терпѣніе, и молитвы, и слезы русскихъ выростили громадную державу.

Итакъ пусть никто не называетъ насъ мечтателями, ко­торые гонятся за тѣнями. Не мечта, а величайшее въ мірѣ го­сударство создано именно на такихъ духовныхъ упованіяхъ, на такомъ церковномъ вѣроисповѣдномъ патріотизмѣ русскихъ ца­рей, русскихъ монаховъ, воиновъ и гражданъ. Напротивъ, лихо радочная погоня за успѣхомъ въ данный моментъ политиче­ской борьбы, кратковременное возвышеніе, исполненное страха за себя и за свои фантазіи, а затѣмъ глубокое и долгое заб­веніе, — то слава, то безчестіе, то радость, то безнадежная скорбь: вотъ удѣлъ тѣхъ мечтателей, которые не вѣрятъ на­шимъ обѣтованіямъ, открытымъ въ евангеліи, а сами гонятся цѣлую жизнь за собственною тѣнью. За обманомъ они гонятся и обманъ они сѣютъ въ умахъ.

Они, напр., любятъ говорить о свободѣ личности, но ихъ взгляды на жизнь, ихъ дѣла обнажаютъ въ нихъ рабскую, холопскую душу. Въ области свободнаго, непосредственнаго воздѣйствія на общественную жизнь, они совершенно безсильны. Здѣсь они могутъ только разрушать, только развращать, только ссорить. Свой успѣхъ они могутъ изображать только тѣми внѣшними узаконеніями жизни государственной, которыя имъ удается провести всѣми неправдами жизни на горе и погибель Россіи, а чтобы прикрыть свое полное безсиліе воздѣйство­вать на нравы, они самыя понятія жизни общественной, общественнаго развитія, общественныхъ интересовъ воровскимъ образомъ слили съ понятіемъ государственной жизни, государственнаго развитія и т. д., и тѣмъ показали, какъ мало они имѣютъ права на проповѣдь свободы, если не признаютъ никакого начинанія, позади котораго не стоялъ бы полицей­скій съ разносною книгой. Не таковы воззрѣнія и пріемы дѣятельности истинно народныхъ союзовъ и ихъ представи­телей. Не отрицая, подобно Л. Толстому, отраслей жизни государственной (т. е. принудительной), не отказываясь слу­жить посильно, русскіе патріоты знаютъ, что государственное воздѣйствіе прочно только тамъ, гдѣ встрѣчаетъ соотвѣт­ственную своимъ предположеніямъ крѣпкую бытовую обнову. Они знаютъ, что истинные благодѣтели народа—это тѣ, кто можетъ воздѣйствовать непосредственно на эти глубины его духа, кто вліяетъ непосредственно на бытъ общества и на­рода, на его понятія, на его нравы. Они знаютъ, что не го­сударственныя узаконенія, а личное и общественное убѣжденіе, свободный энтузіазмъ, свободный подвигъ, создаютъ тѣ вы­сокія проявленія духа, какъ науку, поэзію, живопись, архи­тектуру, музыку, которыя отражаются на общественномъ бытѣ, предоставляя государству лишь внѣшнее, частичное благо­устройство его проявленій. Они знаютъ, что сильнѣе и пре­имущественнѣе всѣхъ этихъ благородныхъ проявленій чело­вѣческаго генія на общественный бытъ вліяетъ религіозная вѣра, что именно ею держится и ею созидается бытъ народ­ностей всего міра и что, дѣйствительно, добрыми двигателями его, а не разрушителями, могутъ быть только тѣ, и въ такой степени, кому и въ какой степени присуще это таинственное общеніе съ Божествомъ, эта чуждая сомнѣній связь съ не­бомъ, которую такъ разумно и такъ благоговѣйно поставилъ на своемъ знамени нашъ народный союзъ, посвятивъ себя Небеснымъ силамъ и ихъ Архистратигу Михаилу.

Итакъ, призывая ихъ молиться о насъ и о нашемъ дѣлѣ, возносясь духомъ къ ихъ святой и блаженной жизни, посвя­щенной славословію Господа и незримой помощи людямъ въ ихъ борьбѣ съ грѣхомъ и демонами, выступимъ мужественно на эту борьбу, не уклоняясь отъ посильнаго укрѣпленія и огражденія исконныхъ началъ русской жизни законами го­сударственными, но не унывая и въ тѣхъ случаяхъ, когда это будетъ не удаваться нашимъ единомышленникамъ, на то уполномоченнымъ, такъ какъ помимо государственнаго законодательства наше духовное общеніе съ великимъ народомъ нашимъ чрезъ исповѣдуемаго нами Господа Христа и Его св. Ангеловъ даетъ намъ широкій доступъ къ всегдашнему непосредственному вліянію на общественные нравы и бытъ чрезъ живое слово, чрезъ печать, чрезъ учрежденія благотво­рительныя, воспитательныя и экономическія, чрезъ мужественный примѣръ, чрезъ безкорыстную ласку и ободреніе. Таково обширное и разнообразное поприще для дѣятельности союза Архангела Михаила! Вотъ почему на него радостно откликнулись, къ нему прильнули столь многія мѣстныя об­щества по лицу всей родной земли нашей! Вотъ что разбу­дило и потянуло сюда далекую Сибирь, и что всего труднѣе, — даже туманный Петербургъ. Только бы намъ самимъ крѣпко держаться этого духа; только бы намъ не забывать прево­сходства надъ всѣмъ прочимъ цѣнностей нравственныхъ; только бы намъ познать, что для нихъ нѣтъ смерти на землѣ, по­тому что онѣ черпаютъ жизнь отъ самаго неба. Оттуда намъ будутъ тогда помогать святые Ангелы, и тамъ будутъ утѣ­шаться нашею вѣрностью убитые за вѣру, Царя и отечество наши дорогіе единомышленники и друзья, туда перейдемъ и мы, если сподобимся здѣсь одной съ ними участи, которой никто изъ насъ не боится, но многіе ревниво желаютъ.

Мы знаемъ, что борьба наша не кончена. Подавлено вооруженное возстаніе на внѣшнюю цѣлость нашего госу­дарства, но продолжается то несравненно болѣе гибельное разушеніе внутренняго содержанія русской жизни, ради ко­тораго собственно ненавистна бунтовщикамъ и государственная власть, какъ его защитница. Именно, продолжается разрушеніе св. вѣры, народныхъ нравовъ, русской правдивости, русской чистоты, терпѣнія и всепрощенія; развращаются сердца учащихся дѣтей, отравляются умы юношей, попираются узы священнаго брака, внушается злобная ненависть къ родинѣ и къ церкви, стараются разслабить и разложить наше воинство.

Вотъ въ чемъ главная цѣль человѣконенавистнической революціи! Вотъ съ кѣмъ бороться выступаемъ мы подъ покровительствомъ Архистратига Михаила. Кто способенъ на такую борьбу кромѣ тѣхъ, кто искренно и сердечно вѣруетъ и любитъ, и молится, и борется со своими страстями, — кто не боится смерти, кто презираетъ земное счастье, кто любитъ нашу Русь, Русь святую, древнюю, народную! Такой дѣятель будетъ побѣдителемъ; онъ не измѣнитъ своему знамени, если бы даже одинъ остался съ нимъ на всей землѣ. Но онъ не останется одинъ, потому что вѣчное пребываніе обѣщано Христу Своей церкви и въ ея сокровищницу входитъ все доброе, что теплится въ сердцахъ ея работниковъ, входитъ какъ дѣйственная сила для современниковъ и для даль­нѣйшихъ поколѣній. Ангелы Божіи да помогаютъ намъ на землѣ, а отошедшихъ отъ насъ съ пролитіемъ своей крови за святыя убѣжденія — да упокоитъ Господь въ селеніяхъ пра­ведныхъ. Аминь.




[1] Рѣчь, сказанная на годичномъ праздникѣ Русскаго Народнаго Союза имени Архангела Михаила 8-го ноября за панихидой по убіеннымъ крамольниками патріо­тамъ. (Напечатано въ журналѣ «Голосъ Истины» № 49-50, 1909 г.).
 *

Comments