?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

April 2018

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

О сохранении древнего иконописания

Из Австралийской хроники.

Икона не есть картина. Уже одно это определе­ние твердо указывает на то, что писание иконы подчинено известным правилам или иначе гово­ря, церковным канонам, которые и накладывают на икону свой стиль, особый стиль, отступление от которого неизбежно превращает икону в кар­тину.

В 16 и 17 веках нашей русской истории, когда русская православная иконография получила свое полное и окончательное оформление, у нас обра­зовалось несколько иконописных стилей. Все эти стили выросли на основе византийской иконогра­фии, одновременно восприняв в себя её психологические особенности и особенности русской ду­ховной и душевной даровитости. Но это восприя­тие русского духа установившейся у нас иконо­графией ни в каком отношении не повреждало форм и характера византийского влияния, кото­рое нашими иконописцами всегда бережно охра­нялось.

Чтобы оберечь неповрежденными характер и форму икон, кои мы восприняли от Византии вме­сте с принятием христианства, на Руси в 16 и 17 веках были в ходу специальные сборники разного рода рисунков церковного порядка и образцо­вых икон, дошедших до нашего времени под наз­ванием «Лицевой Подлинник» (см. «Жития Свя­тых». Мюнхен).

По мере распространения на Руси христианства, роста церквей и монастырей, увеличения нужды в иконах и развития иконописи, - у нас образова­лось несколько иконописных стилей, из коих гла­вным являлся Новгородский, Строгановский и Московский. Если сравнивать между собою эти стили, то увидим, что различие их весьма дели­катного свойства. Художники того времени все основное и главное оставляли нетронутым. Изуче­ние этих икон показывает, что различие между ними заключается в немногом, - в более или ме­нее тонкой отделке икон, резкости или в нежно­сти и плавности рисунка, в игре ярких и блеклых тонов краски, в различной, но осторожной про­порциональности изображаемых фигур.

К искусству иконописи московские духовные и светские власти относились сугубо внимательно и требовательно настолько, что на соборе Стогла­вом[1] даже были выработаны особые правила с точным указанием, кто именно может быть допущен до иконописания, - только «люди искусные в художестве» и «справедливой жизни», - и как, в какой обстановке и в каком состоянии (обяза­тельно молитвенном) иконы можно и следует пи­сать. И особенно подчеркивалось: - «От своего же мышления и по своим догадкам Божества не писать». Этим повелительно указывалось, что ико­ны следует писать с древних образцов, без тени нарушения священного достоинства иконописных сюжетов.

Все это мы должны знать хорошо и помнить твердо, если, конечно, хотим иметь и храмы наши и иконостасы, и иконы, и стенную живопись в том виде, как все это наше русское церковное до­стояние вырабатывалось, накоплялось, оформля­лось и сотнями лет вкоренялось в наш русский церковно-общественный быт. И чувствовать, входя в такой храм и молясь в нем, что вот имен­но в такой духовной атмосфере, в таком навевае­мом стариной настроении молились и духовно крепли наши отцы, деды и прадеды.

В устроении храма нет мелочей, - все важно, значительно и ценно. Важно просто потому, что даже такой «пустяк», как византийский орнамент, украшающий гобельки сводов или края арок и пи­лонов или обрамляющий изображение святого или тот или иной евангельский сюжет, передает пребывающему в храме свое настроение и связы­вает его с той родной стариной, силы которой ос­вящались Св. Православием и силами которой ро­сло и крепло Московское Царство, подготовляя явление миру величавой величавой Империи Российской.

Наше пребывание в эмиграции нас особенно обязывает к сохранению в своих храмах наших старинных иконописных стилей. Ведь, мы здесь не где то у себя, а на виду у всех. Главное же в том, что храня в неповрежденности все наше ре­лигиозно-церковное достояние, мы храним жи­вую связь свою с нашей Исторической Россией, а вместе с тем сохраняем и себя от бесследного растворения на путях нашего рассеяния...

При Епархиальном Управлении в настоящее время предполагается организация Церковно-Художественной Иконописной Студии. В ней надле­жало бы иметь: 1. постоянную выставку фотоко­пий и прочих разного рода печатных и рукопис­ных (оригинальных) образцов и проектов право­славных храмов, иконостасов, икон и стенной жи­вописи; 2. библиотеку специально подобранных книг по храмостроительству и внутреннему убран­ству церквей и 3. дать место тем художникам и архитекторам, которые пожелают и которым при­дется работать по программе Церковно Приходского Совета в непосредственной близости от Со­бора. В дальнейшем эта выставка и библиотека может составить особый отдел организуемого Музея Русской Старины.

В плане этой мысли Епархиальное Управление, с благословения   Преосвященнейшего Епископа Саввы вошло в связь с парижским Обществом «Икона» и со Св. Троицким монастырем в Джорданвилле (США), чтобы с помощью собрать возможно больше материала для изучения и утверждения общего стиля для иконостаса, икон и стенной живописи Собора.

М.М. Спасовский. ("Церковное Слово", август 1956 г., Ежемесячный орган Австралийско-Новозеландской епархии Русской Православной Церкви заграницей).



[1] Необходимое примечание: В 1550 г. правите­льством московского царя Иоанна IV был созван собор духовных и светских сановников для об­суждения необходимых мероприятий. В 1551 году этим собором был составлен Сборник правил цер­ковного порядка и благочиния, содержащий в себе 100 глав и поэтому названный «Стоглавом». Он имел целью обновить и улучшить церковно-общественную жизнь. (Проф. С. Платонов, - Рус­ская история, изд. 1911 года, стр. 158).


Comments