pisma08 (pisma08) wrote,
pisma08
pisma08

ПАЛОМНИЧЕСТВО В МОЛДОВУ – июнь 2010 г. - Часть III

ВГЛЯДЫВАЯСЬ В НОВУЮ И НОВЕЙШУЮ ИСТОРИЮ МОЛДОВЫ

Одной из центральных в молдавском Православии была идея общности братских православных народов. Идеологами этой идеи были иерархи Молдавской Церкви. Митрополиту Досифею, в частности, принадлежат слова: "Свет из Москвы идёт к нам". Ведущую роль в установлении церковных и политических связей Молдавии с Россией играли митрополиты Никифор (1739) и Гавриил (1769-1774).

 
         
     Придорожное Распятие 

       
        1812 год - стал ключевым моментом, с которого начинает свой отсчёт история цивилизационного раскола молдавской элиты. Главная причина кризиса - это утрата позиций
  Церкви среди просвещённого слоя под влиянием идей Французской революции 1789 года, что было характерно для всех христианских стран и народов того времени, включая и Россию. Пока главные исповедуемые ценности были православными, молдаване и валахи чувствовали себя как частью восточно-европейского пространства. Однако когда на первый план выходит чувство национальной идентичности вместо духовной, часть из них начинает осознавать себя "маленьким латинским островом в большом славянском море".  В 1859 году при прямом содействии великих держав, в результате объединения Молдавского и Валахского княжеств было создано государство Румыния (с 1862). Началась секуляризация церковного имущества в пользу нового румынского государства. Особенно пострадали древние монастыри, в их числе знаменитый Нямецкий монастырь - центр духовной жизни Молдовы, их национальная Лавра. Румынские власти опечатали канцелярию, архив, библиотеку с древними рукописями и манускриптами, запретили проведение служб на церковнославянском, книги на нём были изъяты, как и монастырское типографское оборудование с кириллическим шрифтом. По словам тогдашних насельников монастыря, "турки-басурмане оказались лучше и терпимее новых вольтерианцев, кальвинистов и лютеран, которые подчистую ограбили древний монастырь". Недовольных монахов и священников обвинили в "русофильстве" и изгнали из обители и местных приходов. С обретением Бессарабией в 1873 г. статуса российской губернии и образованием Кишинёвской епархии положение в восточных молдавских землях существенно изменилось в сторону русификации молдавской церкви. Было запрещено церковнослужение на румынском языке.

Румынская Церковь перешла на новый календарь в начале 20-х годов. Синод Румынской Церкви боролся со старостильничеством в восточных землях, запрещая и изгоняя священников, которые оставались верны юлианскому календарю, называя их даже "церковными коммунистами".

 

МОСКОВСКИЙ ПАТРИАРХАТ И "САМОУПРАВЛЯЕМАЯ" ЦЕРКОВЬ В ПОСТСОВЕТСКОЙ МОЛДОВЕ 

После распада СССР Московский патриархат как послушный и надёжный инструмент советского тоталитаризма продолжает верой и правдой служить уже нынешнему антинародному и антирусскому режиму, обслуживая его непомерные геополитические аппетиты. Созданная Сталиным в сентябре 1943 года РПЦ МП была единственной официальной церковной структурой, которую признавала и допускала безбожная антихристовая власть на всей территории СССР. Во времена советской власти в Молдавской ССР насчитывалось на начало горбачёвской перестройки около 110 православных храмов. При этом уровень религиозности среди местного населения был всегда традиционно очень высоким.

 В начале 90-х годов прошлого века Кишинёвской епархии был "дарован" статус "самоуправляемой" Молдавской церкви, чтобы только удержать её под своим контролем, и в 2000 году митрополит всей Молдавии Владимир (Кантарян), бывший протоиерей из советских времён одного из кишинёвских храмов, стал постоянным членом Синода МП. В 2006 году, чтобы ещё сильнее укрепить позиции Московской патриархии в Молдове, дополнительно были образованы Унгенская и Ниспоренская епархии, а также Бельцкая и Фэлештская. Последняя была явно образована как "московский ответ" на епископскую хиротонию в июне 2003 года архимандрита Антония (Рудей). Правящим архиереем Унгенским и Ниспоренским был назначен скандально известный епископ Петр (Мунтяцэ), викарий Молдавской митрополии, заплативший, как утверждали средства массовой информации, в 2005 году шестизначную сумму в европейских денежных единицах /евро/ своим высокопоставленным московским церковным покровителям за свою епископскую хиротонию. Это активно обсуждалось во многих независимых как светских, так и церковных СМИ в России и Молдове. Более того, этот "епископ", получивший таким образом свой архиерейский сан от своих московских хозяев, был выдвинут кандидатом на вдовствующую Единецко-Бречанскую епархию, которую до этого восемь лет возглавлял епископ Дормидонт (Чекан). Автор этих строк был знаком с этим уже покойным епископом по учёбе в Московской духовной семинарии в начале 80-х годов. Это был очень скромный и верующий человек, чуждый духу стяжательства и карьеризма. В конце 90-х он стал епископом в Молдавской митрополии МП, по многим вопросам имел своё собственное, часто нелицеприятное мнение, которое зачастую расходилось с мнением сильных мира сего,  и не боялся высказывать его власть имущим - и церковным и светским. И, как говорят, делал это смиренно и с достоинством. Конечно, это многим не нравилось, и последний день декабря 2006 года стал его последним днём как правящего архиерея епархии и последним днём его земной жизни. После нелепой с точки зрения дорожной ситуации автокатастрофы и перенесённой тяжелейшей операции на позвоночнике в Австрии он так и не смог справиться с последствиями тяжелейшей травмы и скончался. Многие в Молдове считают, что его трагическая смерть не была случайной.

Далее события в Молдавской митрополии приобретают почти анекдотичный характер. В монастыри и храмы Молдовы поступило весьма странное и необычное объявление, исходящее из канцелярии митрополита Владимира. В нём сообщалось об организации своеобразного тендера на замещение вакантной должности Епископа Единецкого и Бричанского. Далее шёл образец анкеты этого новоявленного конкурса на епископство из 12 пунктов, среди которых нужно в первую очередь отметить пункты об отсутствии судимости и возможной принадлежности потенциальных кандидатов к какому-либо схизматическому церковному течению. Предполагалось, что кандидатом в епископы может стать "любой желающий из монахов, холостяков или вдовцов". Многие тогда в Молдове горько шутили, что в анкете не хватает самого главного 13 пункта - "про размер взноса", который каждый кандидат в епископы готов заплатить за получение вдовствующей кафедры (явно намекая на вопиющий случай церковной симонии "епископа" Петра (Мустяцэ), который был одним из реальных претендентов на эту кафедру). Духовенство и подавляющее число мирян этой епархии хотели видеть своим правящим епископом игумена Харитона (Чекана), брата покойного и насельника Троице-Сергиевой Лавры. В случае навязывания им другого кандидата духовенство епархии грозилось не принять навязанного назначенца, победившего на "конкурсе красоты". Нечто подобное произошло в самой Унгенско-Ниспоренской епархии, где 22 прихода после назначения Петра (Мустяцэ) долго колебались, оставаться им в Молдавской митрополии МП или уйти в Бессарабскую митрополию Румынской церкви, которая всё более и более активизируется на севере Молдовы. Многие среди молдавского клира считают, что столь стремительное восхождение "епископа" Петра на вершины церковного Олимпа произошло благодаря его тесным связям с сыном бывшего президента Республики Молдова, известным и влиятельным бизнесменом Олегом Ворониным, который контролирует всю винодельческую промышленность Республики, да и не только её. Многие считают, что у них есть даже совместные бизнес-проекты, что так типично для всей Московской патриархии на всём постсоветском пространстве. Поэтому вполне понятно, что в Кишинёвско-Молдавской митрополии вершил все дела клан Ворониных, а совсем не её номинальный глава митрополит Владимир. В постсоветской Республике Молдова, которая управлялась на протяжении нескольких десятилетий крипто-коммунистическими мутантами, правящий режим делал всё возможное, используя наработанный богатый совецкий опыт, чтобы церковное руководство находилось в постоянной унизительной зависимости от государственной бюрократии. Представители молдавского бизнеса хорошо помнят, как из них, например, в добровольно-принудительном порядке выколачивали деньги на ремонт Кэприянского, а затем и Курковского монастырей. Такая практика повсеместно существует и в России. Собирает, например, глава какого-нибудь региона или национального образования в свою резиденцию "на совещание" руководителей крупных предприятий и фирм и вручает каждому по письму, в котором фигурирует крупная сумма и номер счёта для её перечисления. Тут же сидит и глава местной епархии, теперь второе лицо после  губернатора в регионе. Говорится много хороших слов о возрождении православной веры, державного величия, нравственности и  приумножении духовного наследия и предлагается всем в этом "добровольно" поучаствовать. Всё это, как правило, широко транслируется по всем телевизионным каналам, чтобы весь электорат, в том числе и православный народ, знал, кто о нём "чисто конкретно" печётся. А затем большая часть этих "добровольных пожертвований"  "чисто конкретно" распиливается высокими представителями государственно-церковного тандема (партнёрства) уже в своих узкокорыстных интересах. Хорошо если всё-таки что-то скромно перепадёт от подобной системы откатов и распилов храмам и монастырям епархии. А уж к тем "нерадивым" бизнесменам, кто не поторопился вовремя сделать необходимый платёж и перечисление, сразу наезжают с соответствующими проверками сотрудники всевозможных правоохранительных и фискальных органов и прочих контрольных организаций (от пожарников до санэпидемнадзора).

Поговаривают, что подобным образом была отреставрирована церковь в родном селе В. Воронина, бывшего главного милиционера, а затем и президента Республики Молдовы, в Приднестровье, куда он временами наведывался в сопровождении архиепископа Тираспольского и Дубоссарского Юстиниана (Овчинникова), бывшего главы православной епархии непризнанной Приднестровской Молдавской Республики (ПМР), где так же безраздельно властвует другой криптокоммунист И. Смирнов. Сам В.Воронин - персона нонграта в Приднестровье, и каждый его приезд в родное село тщательно камуфлировался. Кишинёвский митрополит в Приднестровье, как правило, не приглашался. К тому же существовали довольно натянутые отношения между митрополитом Кишинёвским и главой Приднестровской епархии, который воспринимался в Молдове как "политический назначенец" и рука Москвы. Автор этих строк учился в МДС вместе с архиепископом Юстинианом, знал его как порядочного и верующего человека, и долгое время их связывали добрые отношения, несмотря на различную юрисдикционную принадлежность. Действительно, тому часто больше приходилось обеспечивать политическую и имиджевую поддержку приднестровскому пророссийскому лидеру в ущерб чисто церковной деятельности. Часто возникали конфликты с представителями местного клира, которые не хотели участвовать в этих промосковских политических играх и более склонялись к переходу в Бессарабскую митрополию Румынской церкви. Не приняли архиепископа Юстиниана монашествующие из  Ново-Нямецкого монастыря и студенты духовного училища, расположенного в его стенах, куда центральная церковная московская власть назначила его ректором. Всё это, а также  постепенное осложнение отношений с "президентом" ПМР И. Смирновым привело к тому, что он был убран с Приднестровской кафедры и отправлен в почётную командировку в США, но уже в статусе викарного епископа патриарха Московского. На его же место был назначен бывший викарный епископ Красногорский Савва (Волков), долгое время пребывавший за штатом при покойном патриархе Алексии (Ридигире) из-за  обвинений в педофилии и громкого скандала с руководством министерства обороны РФ, которое не желало видеть во главе синодального отдела МП по взаимодействию с вооружёнными силами и правоохранительными органами человека с подобной репутацией  (на тот момент Красногорский викарий возглавлял эту патриархийную структуру, будучи фактически главой военного духовенства). Но с приходом нового "эффективного менеджера" по управлению МП богатый  "церковный" опыт этого заштатного епископа вновь был востребован для применения уже в Приднестровье, где продолжает базироваться 14-ая российская армия, являющаяся буфером между Республикой Молдова и непризнанным Приднестровьем.

Продолжение следует 




Subscribe
Comments for this post were disabled by the author