pisma08 (pisma08) wrote,
pisma08
pisma08

1922-й годъ - годъ чудодейственный.

 

На югѣ Россіи, въ казачьихъ областяхъ, совѣтская власть укрѣпилась въ концѣ 1920 года, когда Бѣлыя Арміи, оставивъ родные края, уплыли въ нейзвѣстную даль.

Совѣтчики сразу же приступили къ изъятію хлѣбнаго зерна изъ казачьихъ амбаровъ.

Каждый казакъ имѣлъ одинъ или два амбара, емкостью до 1000 пудовъ каждый. И никогда не выгружалось изъ нихъ зерно дочиста, пока не опредѣлялся урожай текущаго года.

Хуторъ Золотаревскій, въ которомъ я тогда служилъ въ санѣ діакона, входилъ въ составъ Кочетовской станицы, 1-го Донского округа (окружная ст. Константиновская). Въ 11-ти верстахъ, вверхъ по рѣкѣ Салъ, была крестьянская слобода Большая Орловка.

Вотъ изъ этой-то слободы въ концѣ октября 1920 г. "прилетѣлъ"' ночью отрядъ ("карательный") вооруженныхъ крестьянъ и приступилъ, при помощи мѣстного сельсовѣта, къ аресту духовенства и зажиточныхъ казаковъ. Погнали ихъ подъ конвоемъ въ эту же ночь въ окружную тюрьму въ качествѣ заложниковъ: если при выгрузкѣ зерна учинится бунтъ, арестованные будутъ немедленно разстрѣляны. Арестовано было 42 человѣка.

Продержали насъ въ тюрьмѣ 33 дня. За это время изъ амбаровъ выгрузили 27 тысячъ пудовъ зерна. Выгрузили дочиста. Даже не оста­вили указаннаго соввластью количества килограммовъ на каждаго ѣдока, по разсчету до новаго урожая.

На посѣвъ въ 1921-мъ году выдали изъ районныхъ комитетовъ очень мало зерна. Посѣвная площадь не была полностью засѣяна. И это малое, по всходѣ, стало засыхать. Съ самой ранней весны не было ни росы, ни капельки дождя.

Совѣтчики забили тревогу: какъ спасти посѣвы? Въ каждый хуторъ явились представители соввласти и начали выгонять жителей съ бочка­ми и кадками, наполнять ихъ водой и поливать посѣвы въ поляхъ. Жите­ли убѣждали руководителей поливки, что не бочки и кадки надо вывозить, а иконы поднимать и идти молебны служить въ поляхъ.

"А мы вотъ безъ иконъ и безъ вашего Бога: нажмемъ кнопку, и дождь пойдетъ", — насмѣшливо говорили невѣрующіе руководители поливанія посѣва.

И что же получалось? Гдѣ сегодня польютъ, завтра на этомъ мѣстѣ всходы совершенно засыхаютъ.

Поливать бросили. "Кнопка" не помогла: авось, все же пойдетъ дождь! Но дождь не пошелъ во все лѣто. Весь посѣвъ погибъ. Люди стали испытывать голодъ. Открылся голодный тифъ. Поѣли въ хуторѣ всѣхъ кошекъ и собакъ. Повыловили въ Салу всѣ ракушки и раковъ. Ѣли древесную кору и полевую колюку. У зажиточныхъ казаковъ стали конфисковать домашній скотъ и питать мясомъ бѣдноту. Тутъ подоспѣла "АРА". Стали кормить дѣтей. Перепадало кое-кому и изъ стариковъ. А все же до 50% жителей вымерло до весны 1922 г.

Въ 1922 году открылась весна очень ранняя. Каждый день начинал­ся густымъ туманомъ. Растительность всюду появлялась не по днямъ, а по часамъ. Появилась бѣлая лебеда, листья которой напоминали листья молодой капусты, очень сочные. Стали эту лебеду варить; изъ древесины бѣлой акаціи дѣлать муку, мѣшать съ лебедой и печь лепешки.

У кого сохранились коровы (не успѣли порѣзать за зиму), то эти коровы весной буквально утопали въ травѣ, и ихъ приходилось доить 3 раза въ день, иначе молоко само лилось изъ сосковъ.

Этимъ молокомъ хозяева коровъ охотно дѣлились съ неимущими.

Но что особенно въ этомъ году было чудодѣйственно, такъ это въ поляхъ.

1921 году безбожники не смогли своими "кнопками" спасти посѣянные всходы хлѣбовъ, а въ 1922 году Всемогущій Творецъ вселенной совершилъ урожай тамъ, гдѣ посѣвъ былъ 3 года тому назадъ.

У казаковъ былъ такой порядокъ пользованія землей. Извѣстную площадь отводятъ подъ попасъ скота. А затѣмъ эту площадь черезъ три тода засѣваютъ, а ту, что засѣвали до этого, отводятъ подъ попасъ на три тода. Эта площадь, на которой ходитъ скотъ, называется толокой (отъ слова — толочить). Три года тому назадъ на площади, которая должна пойти подъ толоку, послѣдній разъ сѣяли рожь, а затѣмъ начали толо­чить. Въ томъ году десятина давала 35-50 пудовъ ржи. А въ 1922 году на этой толокѣ, 3 года скотомъ толоченной, взошла такая рожь, что безъ умиленія сердца и слезъ нельзя было смотрѣть на это Божіе чудо. Вы­росла чуть не въ ростъ человѣка. А какъ только начала въ колосикахъ превращаться въ зеленое зернышко, такъ жители съ сумочками и корзи­нами стали выходить на свои бывшіе посѣвы и ножницами срѣзывать колосики, выбирать изъ нихъ зернышки и варить кашку.

Эта кашка настолько была вкусна, что жена мѣстнаго священника пришла къ моей женѣ и говорить: "Вотъ, Нина Андреевна, раньше мы не знали вкусъ житной каши, а ѣли рисовую да гречневую. Какая же она вкусная!"

Урожай несѣянной ржи на толокѣ далъ по 125 пудовъ съ десятины. Такъ и пережили 1921-й голодный годъ.

Но этимъ чудомъ Господь Вогъ не убѣдилъ безбожную совѣтскую власть въ Своемъ могуществѣ. Понадобились другія чудеса.

 

Въ томъ же 1922-мъ году, по всей Россіи обновлялись золоченые кресты и крыши на церквахъ, а въ храмахъ и часовняхъ иконы. Эти чу­деса совершались и у насъ въ Ростовѣ-на-Дону. Вѣсти объ этихъ чудесахъ быстро облетали всю Донскую область.

Вотъ что пишетъ очевидецъ великаго чуда, Марія Александровна Калута, проживавшая въ то время въ Ростовѣ на Дону, а нынѣ въ Аѳинахъ, въ своемъ письмѣ отъ 27 іюня 1961 года. Копія ея письма лежитъ у меня на столѣ, которое я дословно и переписываю.

"Это великое чудо — обновленія креста на соборѣ, я удостоилась видѣть своими глазами. Къ сожалѣнію, тогда не записала даты, думала, что никогда ее не забуду (молода была!), а вотъ теперь, на старости, я забыла.

Въ то время мать и я жили въ домѣ Ив. Сем. Кошкина по Воронцовской, на углу Соборнаго пер. Квартира наша, какъ и всѣхъ другихъ, за­селена разнымъ людомъ; намъ оставили одну спальню. Обстановка комнатъ должна была оставаться на своемъ мѣстѣ (по приказу ВЦИК). Такимъ образомъ, у насъ не осталось часовъ, кромѣ золотыхъ, запрещенныхъ, такъ что невозможно было ими пользоваться. Чтобы узнать, кото­рый часъ, приходилось всякій разъ идти на кухню, изъ которой была видна колокольня стараго собора съ часами. Ежедневно утромъ я шла въ кухню посмотрѣть, который часъ, чтобы не опоздать на службу, ибо это строго каралось.

Глядя на часы, невольно видѣла и громадный крестъ на колокольнѣ, который не былъ позолоченъ съ 1915 года, какъ и крестъ самого собора. Раньше ремонтъ собора производился каждые 3 года, но въ 1918 г. уже не ремонтировали, и всѣ кресты были черные. Такъ и въ этотъ знаменательный день, утромъ, крестъ былъ совершенно черный.

Возвращаясь въ 4.15 ч. домой со службы по Соборному переулку, я увидѣла колоссальное скопленіе народа на площади передъ соборомъ. Не имѣя возможности протиснуться, пошла въ обходъ по Москов­ской до Таганрогскаго, и только тутъ рѣшила спросить батайскую хох­лушку: Что случилось, и отъ чего всѣ смотрятъ в небо?" (Я и сама-то украдкой посматривала, но не видя "вражескаго" аэроплана, ибо всѣ всегда ждали, что придутъ, наконецъ, наши спасители — тогда еще вѣрили союзникамъ! — не могла понять, въ чемъ дѣло).

А хохлушка — молодая, здоровенная — отвѣтила: "Та рази не бачите: попы уставили у крестъ зеркало: солнце на немъ граэ, а оно свитэ!"

— Какое зеркало, какіе попы зеркало вставили? — невольно выр­валось у меня. Взглянула на крестъ — и ахнула... Крестъ сіялъ! Отъ него исходили золотые лучи. Сіяло и солнце. Трудно писать то чувство, которое я испытала. Это было первое чудо, которое я видѣла. Сразу я не поняла, что это за явленіе. Зеркала, конечно, никакого не было. Одно только я мгновенно сообразила, что человѣкъ не могъ сдѣлать за одинъ день, чтобы достигнуть креста: надо было, прежде всего, поста­вить лѣса. Это я хорошо знала, ибо 2 раза видѣла ремонтъ собора (въ 1912 и въ 1915 гг.).

Около насъ стали останавливаться прохожіе, и хохлушка продолжа­ла увѣрять, что на перекладинѣ креста находится зеркало. Сзади себя услышала голосъ мущины, отвѣчающій хохлушкѣ: "Да это чудо крестъ обновился! Я - коммунистъ, но съ этой минуты — вѣрую, Гос­поди". Я стояла молча. Мой взоръ былъ невольно прикованъ къ мѣсту сіянія креста; а затѣмъ скользнулъ ниже по кресту, крестъ въ ту ми­нуту не весь былъ обновленъ, а только половина его, а вторая часть была еще черная. Оглянувшись на мужика, увидѣла: онъ стоялъ и кре­стился широкимъ русскимъ крестомъ. Тутъ я убѣдилась, что совер­шилось чудо. Я не могла оторвать глазъ: крестъ довольно быстро "очи­щался".

Потомъ я узнала, что въ это время народъ въ оградѣ допрашивалъ священниковъ: что это значить? Они боялись отвѣчать народу. Вскорѣ ихъ взяли въ ЧЕК-а и велѣли, подъ угрозой разстрѣла, молчать. Сами же они объяснили, что на такой высотѣ проходитъ волна "радіо", иду­щая къ радіо-пріемнику, установленному на колокольнѣ, которая и "очищаетъ" крестъ.

Но на другой день очистились кресты на двухъ воротахъ ограды. На это чекисты не сказали ничего. На третій день обновились кресты на всѣхъ куполахъ собора.

Когда мы съ мамой уѣзжали изъ Ростова въ 1933 году, то кресты еще сіяли. А потомъ спрашивали ѣздившихъ туда: они отвѣчали, что кресты и до сихъ поръ сіяютъ. Только крестъ, что на колокольнѣ, при бомбардировкѣ, погибъ. Послѣ этого обновилось много иконъ и въ храмахъ и въ домахъ. Нашимъ сосѣдямъ по квартирѣ поселили еврея — студента. Онъ хоть и видѣлъ обновленіе крестовъ, все же не вѣрилъ въ чудо, и сказалъ: "Если икона, висящая въ моей комнатѣ обновится, повѣрю!

Утромъ выскакиваетъ, какъ сумасшедшій, сзываетъ всѣхъ жильцовъ и, весь дрожа, показываетъ обновившуюся икону. И онъ увѣровалъ.

Въ 1924 году обновилась и у насъ икона Пресвятой Богородицы. Эта старая икона была совершенно темная, еле-еле виденъ былъ ликъ. Очистилась она постепенно, и до сихъ поръ видна вся фигура Богоро­дицы и младенца Іисуса Христа.

Изъ г. Ростова въ Синявку былъ перекинуть черезъ балку мостъ. Около этого моста когда-то была сооружена часовенка съ иконой св. Ни­колая Чудотворца. Въ томъ же, 1922 г., въ одинъ прекрасный день, око­ло часовни стали собираться одинъ по одному люди. На ихъ глазахъ икона начала обновляться. Эту толпу замѣтилъ чекистъ, направился къ ней, чтобы узнать, въ чемъ дѣло, и разогнать. Подойдя къ часовнѣ, онъ невольно устремилъ свой взглядъ на икону, которая продолжала обно­вляться, и вмѣсто того, чтобы воскликнуть, какъ это сдѣлалъ студентъ-еврей: "Вѣрую, Господи", чекистъ тутъ же застрѣлился.

Тамъ же, въ Ростовѣ, былъ еще новый соборъ въ честь св. князя Александра Невскаго. Совѣтчики задумали этотъ соборъ взорвать и на его мѣстѣ построить грандіозный домъ совѣтовъ. Взорвать-то они соборъ взорвали, а дома поставить на этомъ мѣстѣ не смогли. Тамъ, гдѣ стоялъ алтарь, забилъ фонтанъ воды. Остановить его ничѣмъ не могли. Приш­лось вокругъ фонтана разбить садикъ съ естественнымъ орошеніемъ.

Дивны дѣла Твои, Господи! Однихъ они приводятъ къ вѣрѣ и укрѣпляютъ въ ней. А другихъ ожесточаютъ, и они яростнѣе вступаютъ въ борьбу съ Богомъ.

Митрофорный прот. Т. Соинъ.
12-25 сентября 1963 г. Буэносъ Айресъ.

"Православная Русь", окт. 1963.


Subscribe
Comments for this post were disabled by the author