?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

December 2017

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

Послание Святогорцев Царю Михаилу Палеологу – Часть I а

IV.     Великій апостолъ Павелъ, наполнившій всю землю благовѣстіемъ, и имѣвшій въ себѣ Христа глаголющаго, вотъ что сказалъ Галатамъ, принявшимъ одно только ветхозавѣтное узаконеніе: если вы обрѣзываетесь, то не будетъ вамъ никакой пользы отъ Христа: И еще: вы, оправдывающее себя закономъ, оста­лись безъ Христа, отпали отъ благодати. А выше сего: есть люди, смущающіе васъ и желающіе превратить Евангеліе Христово. — И такъ, превращать Евангеліе Христово, значитъ, прибавлять къ новому закону благодати законъ ветхозавѣтный и устарѣвшій. Но для чего грѣться подъ тѣнію, когда возсіяло Солнце прав­ды, и къ свободѣ примѣшивать рабство? Никто не можешь ра­ботать двумъ господамъ: сказалъ гласъ Господень. А Павелъ, го­воря, что малая закваска кваситъ все тѣсто, подразумѣвалъ превращеніе Евангелія Христова. По сему-то и великій свѣтильникъ и учитель Церкви и преемникъ благодати Павла, дышавщій Павломъ, какъ Павелъ Христомъ, отецъ нашъ Іоаннъ Златоустый въ своемъ толкованіи посланія сего апостола къ Галатамъ говорилъ между прочимъ: «Вотъ что служитъ началомъ всѣхъ золъ: это поблажка малостямъ. И большіе грѣхи про­изошли отъ того, что меньшіе оставлены были безъ надлежа­щего прощенія. Какъ пренебрегшіе раны тѣлесные получаютъ воспаленія и гніенія и смерть, такъ и презрѣвшіе малые грѣхи душъ впадаютъ въ грѣхи великіе. Если бы тѣ, которые начинаютъ перепрыгивать чрезъ Божьи заповѣди, получили надлежащія епитиміи даже за малое прегрѣшеніе, то не было бы нынѣшней язвы, и не обледенилъ бы Церкви такой холодъ, какой стоитъ теперь. Ибо превращающій и малое въ здравой Вѣрѣ портитъ все». Такъ вѣщалъ Отецъ, а прежде его апостолъ. Что же сказать о тѣхъ, которые привносятъ опрѣсноки и субботствованія? Позволяемъ себѣ говорить много, начиная съ ветхозавѣтнаго закона. Что общее у насъ, христіанъ, съ соблюденіемъ ветхозавѣтной субботы? Развѣ не уничтожено все ветхозавѣтное съ разрушеніемъ храма древняго Израиля? Развѣ не воспрещаетъ субботствованій 66-е правило святыхъ апостоловъ, кромѣ великой субботы, низлагая за эго клириковъ, а мірянъ подвергая отлученію? Откуда же опрѣсноки "у единомысленниковъ съ Іудеями? Главный праздникъ Іудеевъ былъ праздникъ опрѣсноковъ. Это видно изъ того, что во время его почитатели опрѣсноковъ сходились въ Іерусалимъ со всей земли (Израильской). А у насъ самое важное таинство есть Тайная Вечеря тѣла Господня. Если же самое важное у насъ сравни­вается съ тѣмъ, что важно у Іудеевъ, то не іудействуютъ ли Паписты? И дерзая дѣлать это явно во вселенной, безъ застен­чивости, съ обнаженною, какъ говорится, головою, не подле­жатъ ли они апостольской анаѳемѣ наравнѣ съ Галатами, при­нявшими нѣчто несовмѣстимое съ Вѣрою (христіанскою)? Когда такая дерзость ихъ, касающаяся главнаго Таинства нашей Вѣры, предосудительнѣе дерзновенія Галатовъ? Но скажутъ, что Паписты употребляютъ опрѣснокъ не по Іудейски, а какъ тѣло Господне. Однако они, имѣя очи, не видятъ, и имѣя разумъ не разумѣютъ истины, находящейся предъ очами. Ежели прообразовательный законъ, яко тѣнь, повелѣлъ, что бы то, что прообразовало Христа Бога нашего, не имѣло ничего несовершеннаго, то какъ они дерзаютъ возносить не имѣющій соли, прѣсный, тщедушный и невзрачный хлѣбецъ, какъ животворящее тѣло всесовершеннаго Агнца благодати? Притомъ въ самомъ законѣ ветхозавѣтномъ опрѣсноки отнюдь не прообразо­вали Христа, а служили только напоминаніемъ объ исходѣ изъ Египта и о путевыхъ трудностяхъ въ пустынѣ. Посему то Іудеи въ началѣ ѣли ихъ съ горькими травами, будучи подпоясаны и обуты, и держа посохи. Но мы, по благодати Христовой, есмы чада христіанъ, и никогда не работали никакому Египетскому тирану. А если они говорятъ, что Христосъ вкушалъ и ветхозавѣтную пасху предъ новозавѣтною, то мы знаемъ какъ сіе, такъ и то, что тутъ нѣтъ икакого оправданія. Ибо опрѣсноки ветхозавѣтной Пасхи снѣдаемы были вмѣстѣ съ мясомъ агнца такъ, что по узаконенію ничто не оставлялось на другой день ни отъ агнца, ни отъ опрѣсноковъ, ни отъ горькихъ травъ. Слѣдовательно и отъ той ветхозавѣтной Пасхи, которую вкусилъ Господь и которая потреблена была вся, не остался ни одинъ опрѣснокъ по закону. А такъ какъ Спаситель, по вкушеніи ея, еще возлежалъ на вечери; то непраздничность онаго дня доз­воляла ему ѣсть хлѣбъ квасный. День же этотъ, по свидѣтельству великаго апостола и евангелиста, наперсника Іоанна, предварялъ день опрѣсноковъ, какъ это ясно видно изъ слѣдующихъ словъ его: „ведо́ша Іису́са отъ Каіа́фы въ прето́ръ. Бѣ же у́тро - и тіи не внидо́ша въ прето́ръ, да не оскверня́тся, но да ядя́тъ па­́сху" (Іоан. 18, 28). Назначилъ же Господь свое страданіе такъ, что въ день его праздновалась и пасха Іудейская, эта тѣнь Ис­тины, и такъ, что Онъ наканунѣ его вкусилъ Пасху ветхозавѣтную, и преподалъ ученикамъ своимъ Пасху новозавѣтную, не усомнясь употребить для нее хлѣбъ квасный (когда уже съѣдены были всѣ опрѣсноки). Все это Онъ премудро устроилъ, дабы исполнилось вотъ и это пророчество о Немъ: „ Ты еси іерей во вѣкъ по чину Мельхиседекову" (Псал. 9, 4.). А что принесъ Мельхиседекъ? хлѣбъ и вино. Ааронъ же что? - агнца, опрѣсноки и горькія травы. Ясно и внушительно это пророчество о величайшемъ таинствѣ (совершенномъ на хлѣбѣ, а не на опрѣснокахъ.) Если же Латинамъ угодно придерживаться закона древняго, то пусть они приносятъ ужъ и агнца, какъ прообразъ Христа, спасавшаго прообразованіями, и пусть такимъ образомъ зооѳѵтствуютъ, (ζωοѳντητωσαν) т. е. приносятъ въ жертву жи­вотное, да опять обличитъ ихъ тотъ же пророкъ (Давидъ), глаголющій: «жертвы и приношенія подзаконнаго не восхотѣлъ Ты, тѣло же уготовалъ мнѣ(Псал. 39, 7-8.). Если же ни того ни другаго не восхотѣлъ Богъ хотя оба прообразовали жертву Христову, то къ чему опрѣсноки ветхозавѣтные, тщедушные и напоминающіе только неотрадное путешествіе по пустынѣ? Да и апостолъ громко вопіетъ: «древняя мимоидоша, се быша вся нова». Пусть слышать, что все ново! А ежели все обновлено, то главизна нашей вѣры - Господне тѣло, которымъ мы знаме­нуемся и отличаемся отъ Іудеевъ и отъ всѣхъ народовъ инославныхъ, есть Таинство новое, превысшее всего. Да и самъ Господь назвалъ оное завѣтомь новымъ; если же новымъ, то оно отлично отъ всѣхъ древнихъ празднованій и священнодѣйствій. Я если нѣтъ, то Латины, явно, іудействуютъ, и падаютъ въ иную пропасть на смерть, предпочитая святому Евангелію ученіе Аполлинарія.

Comments