?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

November 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

Народное сопротивление большевикам - Георгий Батухтин - март 2013 г.

РОНС-Информ ronsrubezh@gmail.com

07 марта 2013 г.

Принято считать, что главной причиной крестьянских выступлений против большевиков была продразверстка, или – экономический режим военного коммунизма в целом. Но не хлебом единым жив человек. Первыми, кстати, это оценили якобинцы. Французские крестьяне стерпели казнь короля и его семьи, но нападки на церковь в итоге вылились в Вандею…

Не нашли поддержки «воинствующие безбожники» и у русских крестьян.

Первые выступления начались вскоре после принятия декрета от 23 января 1918 года «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». За ним последовали изъятие из церквей метрических книг, конфискация церковного имущества и аресты сельских священников (тех самых, которые). И здесь соединились три фактора. Во-первых, сельское население было намного религиознее городского, и одно дело – разжиться на разделе барской усадьбы, а другое – разорять родной храм. Во-вторых, сельский батюшка десятилетиями крестил детей, венчал молодых и отпевал усопших, а порой – еще и учил грамоте, разрешал семейные ссоры… Да еще и работал на своем огороде как все. И жил не богаче большинства односельчан. Короче, как правило, был человеком совсем не посторонним и уважаемым. А теперь приезжали непонятные чужаки и пытались с ним расправиться. В-третьих, церковный инвентарь приобретался на пожертвования многих поколений сельских прихожан и воспринимался как часть общинной собственности. Естественно, попытки «изъятия» церковных ценностей комиссарами оценивались как грабеж среди бела дня.

Сопротивление со стороны крестьян принимало самые разные формы. Одни надеялись добиться своего уговорами. Так, крестьяне Покровского прихода села Соколовское Тюменской губернии на сельском сходе постановили: «Осмеливаться коленнопреклонно просить народную власть не допускать насилий над православным духовенством, которое нам необходимо». А сельский сход села Палех (известного центра народных промыслов) обращался в ВЦИК с ходатайством об освобождении священника Иоанна: «о. Иоанн Рождественский много поработал… на пользу родного прихода и всего Палехского района и снискал к себе всеобщее уважение… благодаря трудам и энергии о. Иоанна в селе Палехе в разное время были открыты следующие общественно-полезные учреждения, как то: 1) Палеховское общество потребителей; 2) Палеховская библиотека-читальня и 3) Палеховское кредитное товарищество… Палеховская школа II ступени обязана своим открытием больше всех – все ему же». Увы, для «народной власти» библиотека и школа не были серьезной заслугой и о. Иоанна расстреляли за «контрреволюционную агитацию».

Знакомство с людоедским характером товарищей революционеров привело к тому, что гораздо чаще (особенно в период Гражданской войны, когда большевистский режим еще не окреп) крестьяне выбирали другие методы защиты храмов и сельских батюшек.

Весной 1918 года в Раифской пустыни Соловецкого округа крестьяне сожгли шестерых коммунистов, явившихся национализировать церковное имущество. В ряде других районов масштабы волнений были еще больше. В частности, гонения на церковь стали одной из главных причин «вилочного восстания» (январь-март 1920 года), охватившего десятки сел Казанской, Самарской, Симбирской и Уфимской губерний.

Интересна позиция, которую в данной борьбе заняло само духовенство. Еще в октябре 1918 года в обращении к советскому правительству патриарх Тихон писал: «Сначала под именем «буржуев» грабили людей состоятельных, потом, под именем «кулаков», стали уже грабить и трудолюбивых крестьян, умножая таким образом нищих, хотя вы не можете не сознавать, что с разорением великого множества отдельных граждан уничтожается народное богатство и разоряется сама страна. Соблазнив темный и невежественный народ возможностью легкой и безнаказанной наживы, вы отуманили его совесть и заглушили в нем сознание греха, но какими бы названиями не прикрывались злодеяния, - убийство, насилие, грабеж всегда останутся тяжкими и вопиющими к небу об отмщении грехами и преступлениями».

Многие из сельских священников, следуя правилу, что вера без дела мертва есть, принимали активное участие в крестьянских восстаниях, причем иногда в качестве руководителей. Другие обличали суть «советской власти» во время своих проповедей. И так сложилось, что часто те, кто в рядах Белой армии или примкнувших к ней отрядов повстанцев, в итоге оказались в эмиграции, став костяком РПЦЗ. А те, кто выбрал путь отказа от активного противостояния большевикам – в лагерях ГУЛАГа, пополнив список новомучеников…

Очередное наступление на Церковь началось в 1921 году.

Была объявлена массовая кампания по изъятию церковного имущества в пользу голодающих Поволжья. О том, что справиться с голодом органы государственной власти Совдепии самостоятельно не смогли, советские историки предпочитали скромно умалчивать. Как и о том, что, значительная часть выручки от реализации изъятого до голодающих не дошла, но это уже другая история.

Характерно, что Русская православная церковь сама первой выступила с инициативой помощи голодающим. Патриарх Тихон 22 августа 1921 года издал воззвание «О помощи голодающим», где призывал всех верующих и духовенство православных приходов страны к добровольным пожертвованиям в помощь голодающим. Но советская власть запретила Церкви заниматься сбором средств и организацией взаимопомощи. Равно как и международным благотворительным организациям. И лишь полгода спустя, когда стало ясно, что «голод сам не рассосется» и скоро новая власть может остаться без населения, «агентам госдепа» того времени разрешили слать продовольствие. С Церковью поступили еще круче – 16 февраля 1922 года вышел тот самый декрет о конфискации церковного имущества. Сколько этого имущества (изделий из золота, серебра и драгоценных камней) растеклось по закромам «голодающих» партработников неизвестно до сих пор. Но зато, как отмечают исследователи, можно оценить результат замены добровольного сбора средств насильственной конфискацией: на практике главной задачей стало не спасение жизней голодающих, а ускоренная ликвидация церкви как таковой. Со всеми вытекающими последствиями.

И снова на местах люди протестовали против этого. В сводках ГПУ за март 1922 года отношение населения во многих губерниях к кампании по изъятию оценивалось как враждебное. Часто «изъятчиков» не пускали в храмы. В одной из волостей Калужской губернии имело место вооруженное выступление крестьян, подавленное крупным отрядом ЧОНовцев. Схожие выступления прошли в Тамбовской и Липецкой губерниях, Шуйском уезде Иваново-Вознесенской губернии и т.п.


Параллельно советская власть пыталась расколоть духовенства через проект «обновленцев»

Одним из главных его идеологов был Троцкий. Он же предложил сместить в агитации акценты: с антирелигиозного на тему «помощи голодающим». И допустить к организации помощи т.н. «советскую» часть духовенства (тех священнослужителей, которые открыто признали легитимность большевистского режима).

При этом, в своих докладах Политбюро сам Троцкий именовал этих «советских» священников «врагам завтрашнего дня», которых можно сегодня использовать для уничтожения «контрреволюционного священства», а уже потом, за ненадобностью и самих пустить в расход… Для этого партийным кадрам на местах ставилась двойная задача: заставить»советских попов» открыто выступить за изъятие церковных ценностей «в пользу голодающих» и спровоцировать этим раскол внутри церкви… Так возникло пресловутое «обновленческое движение» внутри Русской Православной Церкви – по большевистским рецептам и для антихристианских целей. История этого проекта – тема для отдельного разговора. Мне же в заключение хотелось бы провести одну параллель. На исходе советского периода истории, когда рост интереса населения к Православию стал очевидным (вспомним массовые мероприятия 1988, посвященные тысячелетию Крещения Руси), наследники Троцкого и Ульянова-Бланка вернулись к опробованным рецептам. Но, поскольку, слепо скопировать «обновленческую риторику» на фоне падения популярности коммунистической идеологии было непрактично, сюжет немного изменили. Так на Старой площади родился проект «исконно славянской религии – родноверия» как подмены христианства. Проект оказался популярным и сегодня на просторах нашей Родины существует немало «общин» «родноверов», «инклингов» и прочих «древлян 80-го уровня», которые часто и не знают, что являются старательными продолжателями дела Бланка-Бронштейна. Бог им судья…


Ну и как обычно - немного об историографии вопроса. Очень подробно данная тема рассмотрена в книге П.Ф. Алешкина и Ю.А. Васильева "Крестьянские восстания в России в 1918-1922 гг", Москва, 2012 г. Много фактов можете найти в изданиях "Архивы Кремля. в 2-х кн. Политбюро и церковь. 1922-1925 гг." Новосибирск, 1997 г. и "Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД. Документы и материалы". Москва, 2000 г.

Comments