ПАМЯТИ ЦАРЯ МУЧЕНИКА - 1956 г.

Въ священномъ писаніи имѣемъ мы чудесныя слова, которыя, какъ нельзя болѣе, подходятъ къ житію Царя- Мученика:

„Тайну Цареву добро хранити, а дѣла Божіи открывати славно".

Смыслъ этихъ словъ тотъ, что имѣются чудеса Божіи, которыя таятся до времени, чтобы возсіять въ дивной сла­вѣ своей, во славу Божію. Мы знаемъ теперь, какой ада­мантъ вѣры и праведникъ въ жизни былъ умученный тем­ными силами Государь Императоръ Николай Александро­вичъ. Еще задолго до своей мученической кончины были о немъ Божіе благоволеніе и пророческіе глаголы. Его жерт­венный Путь, во мглѣ временъ, предвидитъ преп. Серафимъ Саровскій, который сказалъ: „Будетъ нѣкогда Царь, кото­рый прославитъ меня, а Богъ прославитъ Его".

Курскій вице-губернаторъ Курловъ, уже послѣ револю­цій, сходя въ могилу, счелъ себя вправѣ, одно изъ дѣлъ Божіихъ возвѣстити славно.

Въ ночь на 27 января 1904 года, въ день объявленія войны Японіи, Сергѣевъ, отецъ командира „Стерегущаго", имѣлъ сонъ-видѣніе. Видѣлъ онъ себя въ храмѣ, воздвигну­томъ, якобы, на водахъ, и храмъ былъ полонъ моряковъ, среди которыхъ и сынъ его и адмиралъ Макаровъ. На стѣ­нахъ вспыхиваютъ и зажигаются имена боевыхъ кораблей, которые погибли въ Портъ Артурѣ и Цусимскомъ бою. Всѣ въ храмѣ: воины, старцы, жены, дѣти поютъ „Царю Небесный“ и въ алтарь смотрятъ. Царскія врата открыты и въ алтарѣ совершается Тайная Вечеря. По правую руку Спасителя, въ ослѣпительно бѣлой мантіи, но въ терновомъ вѣнцѣ, вмѣсто короны, Государь, будущій Великомученикъ. При пѣніи „пріиди и вселися въ ны“, Государь встаетъ и напра­вляется къ отцу Сергѣева, котораго прикрываетъ своей мантіей и слезы Его и слезы Сергѣева смѣшиваются. Храня добро тайну Цареву, Государь запретилъ разсказывать о снѣ и Курловъ повѣдалъ о немъ лишь послѣ мученической кон­чины Государя. А во время жизни Государь претворилъ этотъ сонъ и воздвигъ храмъ «Спасъ на водахъ», святое дѣло строительство котораго было поручено королевѣ элиновъ, нашей Ольгѣ Константиновнѣ. Этогъ храмъ-памятникъ погиб­шимъ морякамъ былъ взорванъ совѣтской властью въ день 8 марта 1932 г. Онъ возродится, когда Россія воскреснетъ.

Это видѣніе о Тайной Вечерѣ было дано видѣть и старицѣ Дивѣевской, уже послѣ революціи. Видѣла она Тайную Вечерю и одесную Спасителя, первѣе апостола и евангелиста Іоанна, нашего Государя Великомученика. И слышала она гласъ Спасителя: «Дщерь, не печалься, возлюби своего Царя и Его Я поставлю первымъ у Себя въ Царствѣ».

У близко стоявшаго къ Царской Семьѣ графа Влади­міра Шеленберга мы находимъ еще свидѣтельство о томъ, что два схимника покинули свой многолѣтній затворъ на Аѳонѣ чтобы пасть къ ногамъ Государя: «Мы видѣли надъ главой Твоей сіяніе мученика и пришли поклониться ему». Старецъ Гефсиманскій предрекаетъ славу имени Его. Старецъ Агапій покинулъ двадцативосмилѣтній затворъ, чтобы прочесть акафистъ Государю, какъ Великомученику».

Въ памяткѣ «Огонь неугасимый», о Серафимѣ Саров­скомъ, находимъ еще одинъ вѣщій сонъ: Въ кругу Царской Семьи, въ заточеніи, въ обстановкѣ, до мельчайшихъ подробностей напоминающей Корниловскій домъ въ Тобольскѣ, старецъ наставляетъ и укрѣпляетъ Государя, на мучени­ческій подвигъ. А сверху, на всѣхъ ихъ, на Царскую Семью и на Серафима Саровскаго падаютъ ослѣпительные лучи не­бесной славы.

Есть слава Божія и слава человѣческая. Великое цар­ствованіе Императора Николая ІІ-го было славнымъ, но не дано было Ему вкусить славы человѣческой. Самъ Государь зналъ и чувствовалъ, что Господь уготовалъ Его быть жерт­вой за Россію. Французскій посолъ Морисъ Палеологъ, въ своихъ «воспоминаніяхъ», приводитъ слѣдующій эпизодъ: однажды, во время всеподданнѣйшаго доклада, Государь прервалъ Столыпина и спросилъ его читалъ ли онъ Житія Святыхъ? Столыпинъ отвѣтилъ, что читалъ, но не полно­стью, ибо сочиненіе это имѣетъ болѣе 20 томовъ. Тогда Го­сударь спросилъ помнитъ ли онъ день рожденія его и какого святого въ этотъ день память празднуютъ? День рожденія Государя, 6 мая, Столыпинъ конечно зналъ, но святого не помнилъ. Тогда Государь ему напомнилъ: — Іова многостра­дальнаго. Столыпинъ отвѣтилъ, что если это такъ, то и царствованіе Государя Императора Николая Александровича окончится въ славѣ, ибо Іовъ претерпѣвъ со смиреніемъ са­мыя тяжкія, испытанія, былъ Господомъ вознагражденъ счастьемъ и благоденствіемъ. На это Государь отвѣтилъ: «Нѣтъ, повѣрьте, Петръ Аркадьевичъ, у меня болѣе чѣмъ предчувствія, что я обреченъ на страшныя испытанія и что я не буду за нихъ вознагражденъ на этомъ свѣтѣ». Затѣмъ добавилъ словами святого Іова: «Ибо ужасное, чего я опа­сался, то и постигло меня, и чего я боялся, то и пришло мнѣ». Въ другой разъ Государь промолвилъ слѣдующія слова: «Быть можетъ для спасенія Россіи нужна искупитель­ная жертва. Я буду этой жертвой. Да будетъ воля Божія».

Это были пророческія слова Царя-праведника, одарен­наго самыми высокими качествами и одухотвореннаго самы­ми высокими побужденіями. Этотъ Царь, сдѣлавъ все что могъ для блага своего народа, получилъ въ удѣлъ униженія и мученическую смерть. Исторія царствованія Императора Николая ІІ-го требуетъ самого внимательнаго изученія. Это было царствованіе славное, богатое реформами, давшими на­роду благополучіе и странѣ нашей громадное развитіе. Сов­ременники судятъ по результатамъ, но Россія пала, пораженная въ спину, въ моментъ, когда ея военныя усилія должны были покрыть ее блескомъ славы. Въ позорные февральскіе дни Іуды предали своего Государя и Главноко­мандующаго и вынудили у него отреченіе.

Тьма объяла Россію, но черезъ нее уже пробивается на свѣтъ Божій истинная правда.

Намъ остается сказать нѣсколько словъ о смыслѣ и значеніи жертвы, принесенной Государемъ во имя Россіи. Смыслъ ея тотъ, что Государь Великомученикъ съ честью вынесъ самую идею монархіи, питавшуюся изъ Божествен­наго источника. Самъ онъ вѣрою и правдою выполнилъ принятый на себя обѣтъ царскаго служенія и намъ заповѣ­далъ этотъ принципъ и основу царской власти почитать. Если мы измѣнимъ, хоть частично, вѣрѣ въ божественное происхожденіе царской власти, — то тѣмъ самымъ и измѣ­нимъ памяти Царя-Мученика. Еъ этой измѣнѣ основнымъ законамъ нашей Имперіи и весь смыслъ нашего бѣженскаго страданія, разсѣянія и несчастья Россіи. Отрѣкшись отъ него, отъ Духа Свята своего бытія, мы преступаемъ и клят­ву нашихъ предковъ, которая дѣйствительна и по нынѣ, какъ само Слово Божіе, на которомъ она зиждется.

Если не дѣйствительна клятва за потомковъ, то какъ же можетъ дѣйствовать втеченіе двухъ тысячъ лѣтъ клятва тѣхъ, кто распяли Господа нашего Іисуса Христа и сказали: «Кровь Его на насъ и на дѣтяхъ нашихъ».

Русскій Царь былъ Помазанникомъ Божіимъ и олице­творялъ собой совѣсть и правду. Въ Его лицѣ были убиты священныя начала на чемъ строилось отечество наше. Слуги Антихриста убили Помазанника Божія и кровь Его смѣ­шалась съ кровью той части русскаго народа, которая не поклонилась звѣрю и вмѣстѣ со своимъ Царемъ взошла на Голгоѳу страданія. Царь - Мученикъ и погибшая Царская Семья олицетворяютъ собой всѣхъ русскихъ людей, уби­тыхъ революціей и въ этомъ славенъ Ихъ путь передъ Господомъ.

Будемъ же вѣрны завѣтамъ покойнаго Царя, будемъ вѣрить въ дары Святаго Духа, почивающіе на Помазанникѣ Божіемъ, не отъ народа, а отъ Бога свою власть принима­ющаго. Завѣты Императора Николая II — это символы ве­ликой Россіи; это крестъ, императорская корона и держав­ный гербъ.

В. Мержеевскій.

«Владимирскій Вѣстникъ», № 64, ноябрь-декабрь 1956 г.
 

Comments for this post were locked by the author