СОБЫТИЯ В РУССКОЙ ЦЕРКВИ ПОСЛЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ ПАТРИАРХА ТИХОНА – письмо из России 1924 г.

Я постараюсь въ краткой формѣ обнять все существенное изъ пережитаго Русской Церковью, начиная съ освобожденія Патріарха.

Извѣстно, что всякій, пошедшій на малѣйшіе соглашеніе съ ГПУ стано­вится черезъ нѣсколько времени его полнымъ рабомъ. Патріархъ не учелъ этого, когда повѣривъ обѣщаніямъ полной свободы и независимости въ церковныхъ дѣлахъ, согласился выступить съ публичнымъ покаяніемъ и заявле­ніями о своей лойяльности по отношенію къ совѣтской власти. Выманивая эти заявленія, редактированныя въ такой унизительной для Патріарха формѣ, ГПУ расчитывало этимъ изолировать его, поколебавъ его авторитетъ въ массахъ, На первыхъ порахъ это не удалось: народъ встрѣтилъ Патріарха съ энтузіазмомъ, отчасти не повѣривъ въ подлинность этихъ заявленій, отчасти простивъ ему ихъ въ надеждѣ на упорядоченіе церковныхъ дѣлъ освобожден­нымъ, хотя бы и такой цѣной Пастыремъ. Но, предоставить Патріарху свободу въ управленіи церковью, вовсе не входило въ намѣренія гражданской власти, поэтому тотчасъ по его освобожденіи она поставила себѣ двойную задачу: всячески дискредитировать Патріарха въ глазахъ народныхъ массъ и опутать его такими сѣтями, которыя не оставляли бы ему никакой свободы движенія въ управленіи церковью.

Механизмъ порабощенія очень простъ. Когда Патріархъ вышелъ изъ своей тюрьмы, его естественно окружили епископы и священники, оставшіеся вѣрными ему во время его заточенія. Изъ этихъ лицъ предполагалось составить Патріаршее и епархіальное управленія. Но не прошло и мѣсяца, какъ всѣ они (около 25 чел.) были арестованы. Изъ нихъ уцѣлѣлъ только арх. Илларіонъ, только что возвратившійся изъ ссылки и ставшій правой рукой Патріарха.

Въ тоже время Патріаху были указаны лица, которыхъ желали бы видѣть его ближайшими сотрудниками. Это – Серафимъ, арх. Тверской (Александровъ), которого Вы, конечно, помните по Собору, и прот. Виноградовъ, профессоръ Московской Духовной Академіи. Вся Москва убѣждена, что эти два лица являются тайными агентами ГПУ и проводниками всѣхъ его замысловъ въ Патріаршемъ управленіи. Ихъ близость съ Тучковымъ, главнымъ слѣдователемъ по церковнымъ дѣламъ въ ГПУ, ихъ постоянные визиты къ Тучкову и таинственныя совѣщанія съ нимъ, ихъ поведеніе въ Патріаршемъ управленіи подтверж­даютъ это. Вы, конечно, недоумѣваете, какъ можно дойти до такой низости… Къ сожалѣнію, подобные случаи у насъ нерѣдки. ГПУ достигаетъ такихъ результатовъ очень простыми пріемами: человѣка хватаютъ, томятъ его мѣсяцами въ тюрьмѣ, выматываютъ ему всю душу допросами и угрозами и наконецъ, предлагаютъ свободу подъ условіемъ сотрудничества. И многіе противъ этого искушенія не могутъ устоять. Арх. Серафимъ и прот. Виноградовъ въ свое время много пострадали и вѣроятно купили свою свободу и безопасность подобными обѣщаніями. Такъ какъ всякое лицо, которое Патріархъ пожелалъ бы ввести въ свое управленіе вопреки желанію ГПУ, немедленно было бы арестовано, ему поневолѣ пришлось вести объ этихъ назначеніяхъ предварительные переговоры съ Тучковымъ. На присутствіи въ немъ предателей онъ настаивалъ, къ участію въ немъ допускалъ только тѣхъ кто не способенъ былъ къ противодѣйствію планамъ ГПУ. 

Исключеніе составлялъ арх. Илларіонъ, котораго терпѣли и которымъ надѣялись современемъ овладѣть.

Такъ опредѣлился составъ Патріаршаго синода:

Предсѣдатель: Архіеп. Серафимъ (Александровъ)

Члены: Архіеп. Илларіонъ, Архіеп. Тихонъ Уральскій (его Вы должны помнить по Собору – теперь это разслабленный во всѣхъ отношеніяхъ старикъ), Еписк. Петръ Полянскій (ничѣмъ не выдающійся, но честный – онъ только что возвратился изъ ссылки, освобожденный за несколько месяцевъ до срока).

Предсѣдателемъ епархіального управленія былъ назначенъ Виноградовъ.

Хотя тотчасъ послѣ сформированія Синода было возбуждено ходатайство о регистраціи его, но до сихъ поръ на это ходатайство не получено ника­кого отвѣта. Изъ этого вытекаетъ то практическое послѣдствіе, что со­браніе Синода и дѣятельность канцеляріи при немъ являются съ точки зрѣнія совѣтскихъ законовъ нелегальным и лица, участвующіе въ нихъ могутъ быть арестованы въ любой моментъ за недозволенныя собранія. Не было раз­рѣшено Патріарху и имѣть печать. Не такъ давно дано разрѣшеніе имѣть печать, но съ тѣмъ, чтобы Патріархъ не именовался въ ней Всероссійскимъ.

Въ настоящее время въ Москвѣ живутъ до 30 православныхъ епископовъ. Созвать ихъ къ себѣ для совѣщанія Патріархъ не имѣетъ возможности, такъ какъ собраніе безъ разрѣшенія ГПУ неминуемо повлекло бы за собой арестъ участниковъ, а на просьбу о разрѣшеніи отвѣчаютъ отказомъ. Распоряженія Синода лишь съ большимъ трудомъ могутъ быть оглашены, такъ какъ въ совѣтской печати ихъ замалчиваютъ, а имѣть свой органъ для этого не позволяютъ.

Пробовали печатать опредѣленія Синода отдѣльными листами для разсылки по церквамъ и епархіи. Несмотря на это всякій разъ испрашивалось разрѣшеніе цензуры и все печаталось съ соблюденіемъ общихъ законовъ, готовые листы отбирались агентами ГПУ какъ только ихъ привозили изъ типографіи въ Донской монастырь. Дѣятельность Патріаршаго управленія протекаетъ подъ непосредственнымъ управленіемъ Тучкова: сначала онъ посѣщалъ только Патріарха, потомъ сталъ вызывать къ себѣ повѣстками членовъ Синода для инструкцій, наконецъ сталъ ѣздить на засѣданія Сино­да, и такимъ образомъ превратился въ настоящаго оберъ-прокурора. Теперь ни одно назначеніе, ни одно рѣшеніе не проходитъ безъ его соизволенія. Но онъ не ограничивается ролью наблюдателя и протестами, но диктуетъ Си­ноду свою волю, требуетъ постановленій, очень вредныхъ для церкви, и при помощи своихъ подручныхъ и угрозъ умѣетъ ихъ провести... Серафиму и Виноградову дается распоряженіе поддерживать въ Синодѣ проектъ ГПУ. Про­чіе члены вызываются къ Тучкову и онъ угрожаетъ имъ ссылкой. Основаніемъ служитъ для арх. Илларіона какое нибудь неосторожное выраженіе въ пропо­вѣди или на публичной лекціи, для арх. Петра его досрочное освобожденіе. Послѣ этого они возвращаются въ Донской монастырь въ подавленномъ настроеніи и сила ихъ сопротивленія оказывается ослабленной. Противодѣйствовать ГПУ можетъ только Патріархъ, потому что какая то сила явнымъ образомъ охраняетъ его, и надъ нимъ при всемъ своемъ желаніи не рѣшаются учинить явнаго насилія. Но Патріархъ къ сожалѣнію обнаруживаетъ слабость воли, легко поддаваясь вліянію окружающихъ. 

Я не сомнѣваюсь, что имъ не руководитъ малодушный страхъ за свою личную безопасность, но ему постоянно ставятъ въ вину безчисленные арес­ты, ссылки и разстрѣлы духовенства, и онъ невольно останавливается передъ новыми жертвами, такъ какъ во всѣхъ случаяхъ сопротивленія Синода намѣреніямъ ГПУ месть поражаетъ не Патріарха, а кого нибудь изъ его ближайшихъ сотрудниковъ, обвиняемаго въ противосовѣтскомъ вліяніи на ходъ церковныхъ дѣлъ.

Психологію Патріарха прекрасно изучили Тучковъ, Серафимъ и Виноградовъ и умѣютъ ею пользоваться. Окруженный этимъ кольцомъ, онъ поддается вліянію, быть можетъ и вслѣдствіе физическаго ослабленія, связаннаго съ его болѣзнью. Несмотря на свои, сравнительно молодые годы (59 лѣтъ), онъ производитъ впечатлѣніе старца. Постоянныя тревоги и волненія, а также болѣзнь подтачиваютъ его силы. Въ теченіи года у него трижды повторялся глубокій обморокъ, длившійся минутъ 20-30. Сначала думали, что это лег­кіе удары, но консиліумъ лучшихъ врачей, созванный послѣ послѣдняго об­морока, открылъ у него нефритъ, не слишкомъ сильный, но неизлѣчимый: бѣлка выдѣляется довольно много, но цилиндровъ нѣтъ, нѣтъ и отековъ, обморки происходятъ отъ всасыванія мочевины.

Самъ по себѣ нефритъ въ такой степени развитія не представляетъ та­кой опасности для жизни, но всасываніе мочевины въ большихъ количествахъ можетъ повести къ неожиданной катастрофѣ, которая будетъ страшнымъ ударомъ для нашей церкви, т.к. только Патріархъ служитъ для нея объединяю­щимъ центромъ и препятствуетъ наступленію полнаго разложенія.

Вотъ какимъ образомъ Патріаршее управленіе оказалось въ рукахъ ГПУ.

Вліяніе, пріобрѣтенное ГПУ, нужно ему для разрушенія церкви ея соб­ственными руками. Хорошо понимая значеніе Патріаршества и расположеніе народа къ Патріарху, ГПУ стремится подорвать авторитетъ Патріарха и от­толкнуть отъ него вѣрующихъ, чтобы потомъ устранить и его самого. Вскорѣ послѣ освобожденія Патріарха изъ заключенія, отъ него потребовали, чтобы онъ ввелъ моленіе за властей во время богослуженій въ разсчетѣ на небла­гопріятное впечатлѣніе, которое должно было произвести на вѣрующихъ такое распоряженіе. Патріархъ вынужденъ былъ издать такое распоряженіе. Оно не принесло большого вреда, потому что не вошло въ жизнь; приходы его не послушались и не стали поминать гонителей вѣры въ церквахъ. По­томъ начались попытки устроить примиреніе старой церкви съ обновленчес­кой. Для этого всѣ острые углы были сглажены: изъ обновленческаго сино­да были удалены наиболѣе одіозные элементы (Антонинъ, Красницкій, Вве­денскій) а во главѣ его поставленъ Евдокимъ, широковѣщательныя обновлен­ческія программы сведены на нѣтъ.

Этотъ обновленческій синодъ вошелъ въ сношенія съ патріаршимъ сино­домъ и предложилъ ему удалить Патріарха на покой. Это предпріятіе, на­шедшее себѣ сочувствующихъ и въ патріаршемъ управленіи, разбилось о стойкость Патріарха, который рѣшительно отказался покинуть свой постъ. Послѣ этого у Патріарха стали вынуждать переходъ на новый стиль. Подъ вліяніемъ окружающихъ и вслѣдствіе недостаточной информаціи съ востока Патріархъ уступилъ и новый стиль былъ введенъ съ І-го Октября. Москва покорно подчинилась этому распоряженію за исключеніемъ немногихъ непри­миримыхъ во главѣ съ Епис. Феодоромъ, но провинціи рѣшительно отказались послѣдовать за Патріархомъ... Патріархъ убѣдился, что необходимо считаться съ этимъ противодѣйствіемъ народа и воспользовавшись болѣе точными свѣдѣніями, наконецъ полученными изъ заграницы и тѣмъ, что посланіе о переходѣ на новый стиль не было выпущено изъ типографіи и къ концу Но­ября отмѣнилъ свое распоряженіе. Москва съ радостью возвратилась на старый стиль. Въ ГПУ поднялась цѣлая буря. Отмѣна распоряженія о реформѣ церковнаго календаря была приписана вліянію Арх. Илларіона и другихъ. У многихъ епископов живущихъ въ Москвѣ былъ произведенъ обыскъ и два изъ нихъ, Арх. Илларіонъ и Еп. Николай Звенигородскій (Добронравовъ) были арестованы. Еп. Николай черезъ два дня былъ освобожденъ, но съ него взята подписка, что онъ не будетъ посѣщать Патріарха и принимать участія въ патріаршемъ управленіи, а Арх. Илларіонъ высланъ на-два года въ Со­ловки и находится въ настоящее время на островѣ Поповѣ близъ Кеми въ ожиданіи открытія навигаціи для перевозки на Соловецкіе острова. Остав­шіеся въ Москвѣ Епископы были терроризованы. Снова началось давленіе на Патріарха съ цѣлью вынудить у него распоряженіе о празднованіи по край­ней мѣрѣ Рождества по новому стилю. Патріархъ и на этотъ разъ не устоялъ но въ Москвѣ никто уже не подчинился его приказанію. Нѣтъ надобности го­ворить о томъ, насколько эта колеблющаяся политика, подорвала авторитетъ Патріарха. Тѣмъ не менѣе всѣ чувствовали, что отдѣляться отъ Патріарха нельзя. Въ концѣ концовъ создалось какъ бы молчаливое соглашеніе: общенія съ Патріархомъ ни въ коемъ случаѣ не порывать, но его ВЫНУЖДЕННЫМЪ рас­поряженіямъ не подчиняться.

Зная о недовольствѣ общинъ ГПУ сочло моментъ благопріятнымъ для попытки организовать новый расколъ, на этотъ разъ уже справа. Епископов стали, приглашать въ ГПУ и предлагать имъ "организовать здоровое консервативное теченіе въ Церкви” ввиду того, что Патріархъ своими распоряже­ніями о поминовеніи властей и о реформѣ календаря оттолкнулъ отъ себя вѣрующихъ. Между прочимъ бывшему Московскому Митроп. Макарію, разбитому параличемъ и прикованному къ креслу, но все еще сохраняющему ясность сознанія, было предложено "взять въ свои руки управленіе Церковью", т.к. онъ незаконно лишенный кафедры оберъ-прокуроромъ Львовымъ имѣетъ на это всѣ права. Къ чести Епископовъ надо сказать, что ни одинъ изъ нихъ не поддался внушеніямъ ГПУ и не возсталъ противъ Патріарха.

Уже давно Тучековъ настаивалъ на введеніе въ патріаршее управленіе обновленческихъ Епископовъ. Уступая этимъ настояніямъ Патриархъ принялъ въ общеніе послѣ публичнаго покаянія Митр. Сергія и тотчасъ же пригласилъ его войти въ составъ своего синода. Тучковъ этимъ не удовлетворился и потребовалъ, чтобы принятъ былъ такъ же и Красницкій, и не только при­нятъ, но чтобы онъ сдѣланъ былъ замѣстителемъ Патріарха въ синодѣ и что­бы ему поручено было обновить составъ Синода, пригласивъ въ него лицъ, которымъ довѣряетъ правительство. На это требованіе слѣдовало бы отвѣтить рѣшительнымъ отказомъ и даже не входить въ его обсужденіе. Но поступили не такъ. Красницкій одинъ, то съ Тучковымъ, сталъ ѣздить съ начала ве­ликаго поста къ Патріарху и такимъ образомъ начались переговоры о принятіи его въ общеніе и о дальнѣйшемъ положеніи. Тучковъ основывалъ свое требованіе на томъ, что правительство довѣряя лично Патріарху, не можетъ довѣрять его Епископамъ и тѣмъ, объяснялъ всѣ гоненія на церковь. Въ слу­чаѣ же выполненія своихъ требованій, обѣщалъ легализацію Патріаршихъ уч­режденій, прекращеніе всякихъ стѣсненій, разрѣшеніе на созывъ Собора, освобожденіе и возвращеніе изъ ссылокъ всѣхъ арестованныхъ и сосланныхъ въ административномъ порядкѣ Епископовъ и священниковъ. Красницкій велъ себя со своимъ обычнымъ цинизмомъ: онъ заявилъ, что ни отъ чего не от­рекается, что признаетъ соборъ 23-го года законнымъ и принимаетъ всѣ его постановленія, за исключеніемъ низложенія Патріарха. Въ патріаршемъ синодѣ противъ принятія Красницкаго съ полной опредѣленностью выступилъ Арх. Петръ Полянскій, заявившій въ присутствіи Тучкова и Красницкаго, что онъ на это ни за что не согласится и выйдетъ изъ состава синода, какъ только это произойдетъ. Арх. Серафимъ держался двусмысленно: не возра­жая противъ принятія Красницкаго, онъ требовалъ, чтобы его возсоединенію съ церковью предшествовало серіозное покаяніе. Виноградовъ же оказался ярымъ защитникомъ требованій Тучкова, безпрестанно напѣвая Патріарху о томъ, какъ было бы, выгодно для церкви и какъ было бы красиво ко днямъ Св. Пасхи на все излить елей всепрощенія. Внѣ патріаршаго управленія къ этому проекту отношеніе двоякое: есть священники сочувствующіе Виноградову и наивно думающіе, что обѣщанія Тучкова будутъ исполнены: они изму­чены всевозможными притѣсненіями и готовы купитъ спокойствіе какой угод­но цѣной. Но огромное большинство духовенства к всѣ мирянѣ относятся къ проекту съ негодованіемъ и его осуществленіе, безъ сомнѣнія послужило бы началомъ новаго раскола, т.к. отдѣлиться отъ Патріарха пришлось бы лю­дямъ всецѣло ему преданнымъ. Ихъ взглядъ на дѣло сводится къ слѣдующимъ положеніямъ. Принятіе въ общеніе обновленцевъ съ соблюденіемъ правилъ о церковномъ судѣ канонически допустимо и по соображеніямъ церковной пользы можетъ быть облегчено, но снисходительность при настоящихъ условіяхъ является съ этой точки зрѣнія совершенно нецелесообразной. Соглашеніе съ обновленцами въ массѣ не даетъ Церкви никакихъ выгодъ. Обновленческая церковь - это духовенство безъ паствы. Если бы за обновленческими епископами и священниками шелъ народъ и стояли епархіи, то возсоединяя ихъ паствы можно было бы пойти на большія уступки, но за ними никто не стоитъ кромѣ ГПУ. И вотъ въ этомъ то кроется огромная опасность для церкви отъ соглашенія съ ними. Этихъ людей готовыхъ на все, правительство не перес­танетъ ''поддерживать и послѣ присоединенія ихъ къ православной Церкви, а напротивъ отдастъ именно въ ихъ руки всю церковную власть. Теперь почти въ каждой епархіи по два епископа: одинъ православный всячески утѣсняе­мый, второй обновленческій, пользующійся покровительствомъ гражданской власти, кто же изъ этихъ двухъ останется управляющимъ епархіей? Конечно "красный", а православный будетъ удаленъ въ административномъ порядкѣ. Такимъ образомъ вся церковь перейдетъ подъ управленіе обновленческихъ епископовъ, канонически узаконенныхъ принятіемъ въ общеніе и общины не будутъ имѣть никакихъ каноническихъ основаній имъ не подчиняться. Изъ нихъ будетъ составлено патріаршее управленіе, и Патріархъ будетъ вынужденъ подписывать все, что они по требованію ГПУ найдутъ нужнымъ провести въ жизнь. Цѣль правительства, имѣть своимъ послушнымъ орудіемъ высшій органъ церковнаго управленія, - ради которой былъ организованъ обновленческій расколъ, будетъ достигнута. По вынужденному приглашенію Патріарха будетъ составленъ соборъ изъ этихъ, лицемѣрно покаявшихся и реабилитированныхъ епископовъ, которые сдѣлаютъ то, чего не удалось сдѣлать собору 23- го года, т.е. низложить Патріарха и отмѣнить патріаршество, а Патріархъ самъ созвавшій этотъ соборъ и тѣмъ сдѣлавъ его законнымъ, долженъ будетъ подчиниться его рѣшеніямъ. Если бы все это пошло такъ, какъ мы опасаемся, то для людей искренно преданныхъ церкви ничего не оставалось бы, какъ только отдалиться отъ Патріарха. Само по себѣ принятіе въ общеніе Красницкаго еще не было бы опасно, но при уступчивости Патріарха на этомъ дѣло не остановится, и черезъ мѣсяцъ-другой Красницкій сдѣлается пред­сѣдателемъ и диктаторомъ патріаршаго синода.

Когда слухъ о переговорахъ Патріарха съ Красницкимъ распространился, Еп. ___ , вокругъ котораго группируются и другіе Епископы, осуждающіе настоящую политику патріаршаго управленія, отправился къ Патріарху и изложилъ ему всю опасность принятія Красницкаго. Съ такимъ же предупрежде­ніемъ были у Патріарха и другіе лица. Подъ вліяніемъ этого Патріархъ пись­менно сообщилъ Тучкову, что онъ не можетъ единолично, до собора, исполнить его требованія. Отвѣтомъ на этотъ отказъ былъ обыскъ почти у всѣхъ проживающихъ въ Москвѣ епископовъ и арестъ 8-ми изъ нихъ (Еп. Феодора, Гурія, митр. Серафима Чичагова и др) - такихъ, которые убѣждали Патріарха не поддаваться настояніямъ Тучкова. Двое скоро были освобождены, остальнымъ предстоитъ ссылка. Послѣ этого Патріархъ согласился при­нять Красницкаго единолично послѣ покаянія, но къ нему снова стали яв­ляться депутаціи съ просьбой не дѣлать этого. Во вторникъ 1З-го мая Красницкій былъ у Патріарха за окончательнымъ отвѣтомъ, но велъ себя съ такою наглостью, что Патріархъ отказалъ ему въ принятіи и прервалъ съ нимъ дальнѣйшіе разговоры. Въ среду 14-го мая митр. Петръ, митр. Серафимъ и митр. Сергій были увезены ГПУ, гдѣ имъ было поставлено въ вину, что они своимъ вліяніемъ помѣшали Патріарху исполнить желаніе совѣтской влас­ти. Митр. Петръ долженъ былъ подписать обязательство выѣхать въ слѣдую­щій вторникъ 20-го мая въ Зырянскій край а митр. Серафимъ задержанъ ГПУ. Говорятъ, что арестованъ и Виноградовъ. Что означаетъ странный арестъ Серафима и Виноградова - пока неизвѣстно. Опасаюсь, что Красницкому при­казано будетъ подписать какую угодно покаянную форму, а Патріархъ совер­шенно изолированный, не устоитъ передъ новымъ натискомъ. Вотъ его поло­женіе: оставаясь твердымъ онъ не только служитъ причиной для арестовъ и высылокъ епископовъ, но и теряетъ людей, сколько нибудь способныхъ и стойкихъ. 

Я нарисовалъ Вамъ печальную картину Патріаршаго управленія. Въ та­кихъ условіяхъ дѣйствительное управленіе Церковью невозможно даже и въ предѣлахъ совѣтскихъ республикъ. Епископы назначенные въ епархіи Патрі­архомъ, хотя за ними идетъ весь народъ, по большей части высылаются, за­ключаются въ тюрьму или отправляются въ ссылку. Объ управленіи же загра­ничными церквами и говорить нечего. Патріархъ окруженъ шпіонами, и каж­дое его движеніе извѣстно ГПУ. Сношеніе его съ міромъ, лежащимъ по ту сторону границы, невозможно. Каждый офиціальный актъ, посылаемый туда, не можетъ укрыться отъ правительства и тогда возникаетъ вопросъ о спосо­бѣ его передачи заграницу. Если Патріархъ послалъ его частнымъ образомъ, его обвиняютъ въ незаконныхъ заграничныхъ сношеніяхъ, если онъ обращает­ся къ представителю правительства съ просьбой о пересылкѣ бумагъ, ему или отказываютъ въ этомъ, или согласившись, въ дѣйствительности ихъ не передаютъ. Изъ за подтвержденія назначенія митр. Платона управляющимъ американскою церковью была целая буря, въ результатѣ которой Патріархъ вынужденъ былъ его уволить, но такъ какъ ему не позволили назначить другого, то офиціальнаго извещеніе объ этомъ въ Америку не послано…

Съ настоящимъ письмомъ прошу Васъ ознакомить Митр. Евлогія. Ему не пишу непосредственно, потому что не знаю гдѣ онъ находится. Прилагаю при этомъ сообщеніе о положеніи заключенныхъ и сосланныхъ епископовъ и ихъ списки. Въ изложеніи пришлось отказаться отъ всѣхъ конкретныхъ подробностей, т, к, это можетъ очень отягчить положеніе потерпевшихъ. Если возможно огласите о сообщаемомъ во французскихъ и англійскихъ газетахъ. Для помощи пострадавшимъ мы очень нуждаемся въ средствахъ. Если бы можно было достать ихъ за границей и переслать ихъ сюда, мы были бы очень признательны.

Въ прошломъ году я выслалъ Митр. Евлогію много сообщеній съ просьбой разослать копіи ихъ всѣмъ представителямъ инославныхъ церквей и широко огласить заключающіяся въ нихъ данныя въ иностранной и русской за­граничной печати. Не слышно, однако, чтобъ это въ какой-либо мѣрѣ было исполнено. 

О положеніи русской Церкви за истекшій годъ изготовляется тоже под­робная записка. Когда она будетъ закончена, вышлю ее Вамъ, а Вы позаботьтесь использовать ее въ смыслѣ оглашенія въ возможно широкой степени.

Изъ письма С.   май 1924 г.

Comments for this post were locked by the author