?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

October 2018

S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

СВЯТАЯ РЕВНОСТЬ - Архиеп. Аверкий

"Огонь пришелъ Я низвести на землю,
и какъ желалъ бы, чтобы онъ уже возгорѣлся".

(Луки 12, 49).

Самое главное въ христіанствѣ, по ясному ученію Слова Божія, это — огонь Божественной ревности, рев­ности о Богѣ и о Его славѣ — та святая ревность, которая одна только и способна воодушев­лять человѣка на труды и подвиги Богоугожденія и безъ коей нѣтъ и подлинной жизни духовной — нѣтъ и не можетъ быть истиннаго христіанства. Безъ этой свя­той ревности христіане — только по имени «христіане»: они только «имя носятъ, будто живы», а въ дѣйствительности соей мертвы», какъ это было сказано св. Тайновидцу Іоанну (Апок. 3, 1). Истинная духовная рев­ность выражается, прежде всего, въ ревности о славѣ Божіей, чему учатъ насъ слова молитвы Господней, стоящія въ самомъ началѣ ея: «Да святится имя Твое! Да пріидетъ Царствіе Твое! Да будетъ воля Твоя, яко на небеси и на земли!»

Ревнующій о славѣ Божіей и самъ всѣмъ сердцемъ славитъ Бога — и въ мысляхъ, и въ чувствахъ, и сло­вами и дѣлами и всею жизнью своею — и естественно горячо желаетъ, чтобы и всѣ другіе люди такъ же сла­вили Бога, какъ и онъ, а потому, конечно, не можетъ равнодушно терпѣть, чтобы въ его присутствіи такъ или иначе хулили Имя Божіе или ругались надъ святы­ней. Ревнуя о Богѣ, онъ искренно, стремится самъ уго­ждать Богу и Ему Единому служить всѣми силами су­щества своего и готовъ до самозабвенія, вплоть до пожертвованія самою жизнью своею, всѣхъ людей приводить къ Богоугожденію и служенію Богу. Не можетъ онъ спокойно слушать кощунства, а потому не можетъ поддерживать общенія и вести дружбу съ кощунниками, хулителями Имени Божія и поносителями святыни.

Живой и чрезвычайно яркій примѣръ такой огнен­ной ревности о славѣ Божіей являетъ намъ еще въ глубинѣ вѣковъ Ветхаго Завѣта великій пророкъ Божій пламенный Илія, который скорбѣлъ душою, видя Богоотступничество своего народа, во главѣ съ нечестивымъ царемъ Ахавомъ, введшимъ въ Израилѣ язы­ческое служеніе Ваалу, вмѣсто Бога истиннаго.

«Ревнуя поревновахъ по Господѣ Бозѣ Вседержителѣ», такъ неоднократно восклицалъ онъ, выражая свою скорбь: «яко оставиша Тя сынове Израилевы, и олтари Твоя раскопаша, и пророки Твоя оружіемъ из­биша, и остахъ азъ единъ, и ищутъ души моея изъяти ю» (3 Царствъ 19, 10).

И вотъ эта святая ревность побудила его; силою почивавшей на немъ благодати Божіей, въ наказаніе отступившему отъ Бога Израилю, «заключить небо» (3 Царствъ 17, 1; 18, 42-45 и Іаков. 5, 17-18), такъ что не было ни дождя ни росы «лѣта три и мѣсяцъ шесть».
Эта же ревность побудила затѣмъ Илію заколоть ложныхъ пророковъ и жрецовъ Вааловыхъ, послѣ чудеснаго ниспаденія огня съ неба на горѣ Кармилъ, дабы эти обманщики не отвращали болѣе сыновъ Израилевыхъ отъ истиннаго Богопочитанія (3 Царствъ 18, 40).

Силою той же ревности Божіей св. Илія низвелъ огонь съ неба, который попалилъ посланныхъ царемъ схватить его пятидесятниковъ съ ихъ воинами (4 Царствъ 1, 9-14).

А то, что все это была дѣйствительно святая рев­ность, угодная Богу, засвидетельствовано было тѣмъ, что св. пророкъ Илія не умеръ обычной для всѣхъ людей смертью, а былъ чудесно вознесенъ на небо на огненной колесницѣ, какъ бы знаменовавшей его подлинно-огненную ревность о Богѣ (4 Царствъ 2, 10-12).

Но уже тогда, въ суровомъ Ветхомъ Завѣтѣ, все же показано было Самимъ Господомъ Его вѣрному служителю, что къ такимъ строгимъ мѣрамъ можно прибѣгать только въ крайнихъ случаяхъ, ибо Господь «не въ большомъ и сильномъ вѣтрѣ, раздирающемъ го­ры и сокрушающемъ скалы» и «не въ землетрясеніи» и «не в огнѣ», а «въ вѣяніи тихаго вѣтра» (3 Царствъ 19, 11-12).

И вотъ почему, когда особенно горячо ревновавшіе о славѣ своего Божественнаго Учителя Іаковъ и Іоаннъ захотѣли, подражая св. пророку Иліи, низвести огонь съ неба, чтобы наказать самарянъ, не пожелавшихъ принять Его, когда Онъ шелъ черезъ самарянское селеніе во Іерусалимъ, Господь запретилъ имъ дѣлать это, сказавъ: «Не знаете, какого вы духа, ибо Сынъ Человѣческій пришелъ не губить души человѣческія, а спасать» (Луки 9, 51-56).

И тѣмъ не менѣе все же (во вниманіе неумѣреннымъ миролюбцамъ!) Самъ Господь Іисусъ Христосъ, говорившій: «Научитеся отъ Мене, яко кротокъ есмь и смиренъ сердцемъ» (Матѳ. 11, 29), находилъ иногда нужнымъ проявлять большую строгость и прибѣгать къ суровымъ мѣрамъ, уча тѣмъ самымъ и насъ, что кро­тость и смиреніе не означають мягкотѣлости и не дол­жны склоняться передъ явнымъ зломъ и что истинный христіанинъ долженъ быть далекъ отъ слащавой сентиментальности и не отступать передъ зломъ, нагло поднимающимъ голову, а долженъ всегда быть непримиримымъ ко злу, борясь съ нимъ всѣми доступными ему мѣрами и средствами, дабы рѣшительно пресѣчь распространеніе и укрѣпленіе зла среди людей.

Вспомнимъ, съ какой суровой обличительной рѣчью обратился Господь къ духовнымъ вождямъ еврейскаго народа книжникамъ и фарисеямъ, осуждая ихъ за лицемѣріе и беззаконіе: «Горе вамъ, книжники и фарисеи, лицемѣры!» и грозя имъ судомъ Божіимъ (Матѳ. 23, 39).

А тамъ, гдѣ словъ оказывалось недостаточно, Онъ примѣнялъ воздѣйствіе на беззаконниковъ самымъ дѣломъ. Такъ, найдя, что «въ храмѣ продавали воловъ, овецъ и голубей и сидѣли мѣновщики денегъ», Онъ, «сдѣлавъ бичъ изъ веревокъ, выгналъ изъ храма всѣхъ, также и овецъ и воловъ, и деньги у мѣновщиковъ разсыпалъ, а столы ихъ опрокинулъ» (Іоан. 2, 14-15; Матѳ. 21, 12-13).

Да и мало ли другихъ примѣровъ изъ Священной и Церковной исторіи мы знаемъ, когда одни слова убѣжденія оказывались недостаточными, и для пресѣченія зла необходимо было прибѣгать къ болѣе суро­вымъ мѣрамъ и рѣшительнымъ дѣйствіямъ.
Важно только, чтобы въ подобныхъ случаяхъ го­ворила въ человѣкѣ дѣйствительно одна чистая и свя­тая ревность о славѣ Божіей безъ всякой примѣси самолюбія и всякихъ иныхъ прираженій страстей человѣческихъ, только прикрываюшихъ себя якобы святой ревностью о Богѣ!

Такой подлинно-святой ревностью, съ рѣшительной непримиримостью ко злу, прославился въ исторіи Церкви великій святитель Христовъ Николай, Архіепископъ Мирликійскій Чудотворецъ, память котораго мы празднуемъ 6-го декабря по нашему православному календарю.

Кто не знаетъ этого дивнаго святителя Христова Николая?

Знаютъ его и благоговѣйно чтутъ не только хри­стиане, но даже магометане и язычники, какъ великаго и преславнаго чудотворца и скораго помощника людямъ во всѣхъ бѣдахъ и напастяхъ: Кто бывалъ на берегахъ Чернаго моря, могъ видѣть не разъ икону свя­тителя Николая на турецкихъ фелюгахъ. Можно было видѣть ее и въ убогихъ сакляхъ и юртахъ многочисленныхъ инородцевъ населявшихъ сѣверъ и востокъ Россіи вплоть до Манчжуріи и Китая.

Наиболѣе характерная черта святителя Николая, давшая ему такую славу, это его необыкновенное христианское милосердіе: «Никола-Милостивецъ» — такъ обычно звали его среди простого русскаго народа, основываясь на данныхъ его дивнаго житія и безчисленныхъ случаяхъ помощи его людямъ.

И вотъ этотъ великій святитель, столь просла­вившейся своимъ милостивымъ отношеніемъ къ ближнимъ, однажды допустилъ поступокъ, который многихъ смущалъ и доселѣ смущаетъ, хотя достовѣрность его свидетельствуется церковнымъ преданіемъ, запечатлѣннымъ въ нашей иконописи и богослуженіи.

Согласно преданію, святитель Николай принималъ участіе въ Первомъ Вселенскомъ Соборѣ, бывшемъ въ Никеѣ, который вынесъ осужденіе еретика Арія, отвергавшаго божество Второй Ѵпостаси Св. Троицы — Сына Божія. Во время происходившихъ при этомъ преній, святитель Николай не могъ равнодушно слушать богохульныхъ рѣчей одержимаго гордостью надменнаго еретика Арія, унижавшаго Божественное досто­инство Сына Божія, и при всемъ Соборѣ «заушилъ его», то-есть ударилъ рукой по лицу. Это выззало та­кое общее смущеніе, что Отцы Собора постановили лишить дерзновеннаго святителя епископскаго сана. Но въ ту же ночь они были вразумлены дивнымъ видѣніемъ: они увидѣли какъ Господь Іисусъ Христосъ подавалъ святителю Николаю Свое Св. Евангеліе, а Пречистая Матерь Божія возлагала на его плечи архіерейскій омофоръ. И тогда они поняли, что святитель Николай руководился въ своемъ поступкѣ не какими- либо недобрыми, страстно-грѣховными побужденіями, а единственно одной чистой, святой ревностью о славѣ Божіей. И помиловали святителя, отмѣнивъ свой приговоръ о немъ.

Приводя этотъ столь красочный примѣръ, мы от­нюдь не хотимъ сказать, что и каждый изъ насъ мо­жетъ и долженъ слѣдовать этому примѣру буквально: для этого нужно самому быть такимъ же великимъ святителемъ, каковъ былъ св. Николай. Но это безусловно должно убѣждать всѣхъ насъ въ томъ, что мы не смѣемъ оставаться безразличными и равнодушно относить­ся къ проявленіямъ зла въ мірѣ, особенно, когда дѣло касается славы Божіей, нашей святой вѣры и Церкви. Тутъ мы должны проявлять себя совершенно непри­миримыми и не смѣемъ идти ни на какіе лукавые ком­промиссы, примиреніе, хотя бы чисто-внѣшнее, или какое бы то ни было соглашательство со зломъ. Личнымъ своимъ врагамъ, по заповѣди Христовой, мы дол­жны все прощать, но съ врагами Божіими мира у насъ быть не можетъ! Дружба съ врагами Божіими дѣлаетъ и насъ самихъ врагами Богу: это — предательство и измѣна Богу, подъ какими бы самыми благовидными предлогами это бы ни дѣлалось, и тутъ никакое лу­кавство и изворотливое самооправданіе намъ помочь не можетъ!

Интересно отмѣтить то, какъ не нравится этотъ поступокъ св. Николая всѣмъ современнымъ соглашателямъ со зломъ, пропагандистамъ мнимой «христіанской любви», готовой мириться не только съ еретиками, гонителями вѣры и Церкви, но и съ самимъ діаволомъ, во имя «всеобщаго мира» и «единенія всѣхъ» — лозунговъ, ставшихъ въ наши дни столь модными. Ради этого, они — соглашатели эти — стараются даже отвергнуть самый фактъ участія св. Николая въ Первомъ Вселенскомъ Соборѣ, хотя этотъ фактъ принимается нашей св. Церковью, а потому всѣми нами долженъ почитаться, какъ достовѣрный.

Все это, конечно, потому, что нѣтъ уже у современныхъ людей, даже изъ числа именующихъ себя «христіанами», подлинной святой ревности о Богѣ и о Его славѣ, нѣтъ ревности о Христѣ, Спасителѣ нашемъ, ревности о св. Церкви и о всякой святынѣ Божіей. Вмѣсто этого преобладаетъ теплохладное безразличіе, равно­душное отношеніе ко всему, кромѣ своего собственнаго земного благололучія, съ забвеніемъ о неминуемо-ожидающемъ всѣхъ насъ неумытномъ судѣ Божіемъ и открывающейся по смерти вѣчности.

А безъ этой святой ревности, какъ мы подчеркнули въ началѣ, нѣтъ и истиннаго христіанства, нѣтъ под­линной жизни духовной — жизни во Христѣ. Вотъ и замѣнено все это теперь всякими дешевыми суррогатами, порою весьма низкопробными, но часто отвѣчающими вкусамъ и настроеніямъ современнаго человѣка. А по­тому такіе псевдо-христіане, искусно прикрывающіе свою духовную пустоту лицемѣріемъ, нерѣдко имѣютъ боль­шой успѣхъ въ современномъ, выхолощенномъ отъ подлинной духовности, обществѣ — подлинные же рев­нители славы Божіей презираемы и гонимы, какъ «люди тяжелые», «нетерпимые фанатики», «люди отставшіе отъ вѣка».

Такъ уже теперь, на нашихъ глазахъ, происходитъ «отсѣиваніе» : кто остается со Христомъ до конца, а кто легко и естественно примкнетъ къ стану Его противника — Антихриста, особенно, когда наступитъ часъ грозныхъ испытаній для нашей вѣры, когда именно и нужно будетъ проявить во всей полнотѣ всю силу нашей святой ревности, которой сейчасъ многіе гнуша­ются, какъ «фанатизмомъ».

Но нельзя въ то же время забывать, что кромѣ истинной-святой ревности, бываетъ еще «ревность не по разуму» — та ревность, которая обезцѣнизается отсутствіемъ въ ней важнѣйшей христіанской добродѣтели — разсужденія,и потому, вмѣсто пользы, можетъ приносить вредъ.

А есть также и мнимая, ложная ревность, подъ личиной которой скрывается кипѣніе обычныхъ грехов­ныхъ страстей — чаще всего гордости, властолюбія и честолюбія и интересы партійности. подобной той, какая играетъ главную роль въ политической борьбѣ. и которой не можетъ быть мѣста въ жизни духовной, жизни общественно-церковной, что, къ несчастію, въ наше вре­мя очень часто встрѣчается и бываетъ главнымъ возбудителемъ всевозможныхъ распрей и смутъ церковныхъ, заправилы и вдохновители коихъ нередко прикрыва­ются какой-то будто бы идейностью, а въ действитель­ности преследуютъ только свои собственныя личныя цели, стремясь угодить не Богу, а своей «самости», и ревнуя не о славе Божіей, а о своей собственной славе и славе своихъ партійныхъ коллегъ и единомышленниковъ.

Все это, само собой понятно, — глубоко чуждо истинной святой ревности, противно ей, греховно и пре­ступно, ибо только компрометируетъ нашу святую веру и ЦерковьІ

Итакъ, намъ предстоитъ выборъ: со Христомъ мы или съ Антихристомъ?

«Время близко!» (Апок. 22, 10) — предостерегали насъ, христіанъ, еще св. Апостолы. А если оно было «близко» тогда, въ апостольскія времена, то насколько же оно стало «ближе» теперь, въ наши зловещіе дни явнаго отступленія отъ Христа и гоненія на нашу св. веру и Церковь?!

И если мы твердо решаемъ въ эти судьбоносные дни остаться со Христомъ, не на словахъ только, но и на деле, то намъ совершенно необходимо теперь же, не откладывая, порвать всякія дружественныя связи, всякое взаимообщеніе со слугами грядущаго Антихриста, которыхъ уже такъ много завербовано имъ въ современномъ міре, подъ льстивыми предлогами «всеобщаго мира» и «благоденствія», а особенно — безусловно освободить себя отъ всякой подчиненности имъ и за­висимости отъ нихъ, хотя бы это было связано съ ущербомъ для нашего земного благополучія или даже съ опасностью для самой нашей земной жизни.

Вечность важнее нашего кратковременнаго существованія на земле, и къ ней именно должны мы себя готовить!

А потому одна святая ревность о Богѣ, о Христе, безъ всякой примеси какого бы то ни было лукавства и двусмысленной лукавой политики, должна руководить нами во всѣхъ дѣйствіяхъ и поступкахъ.

Иначе грозитъ намъ строгій приговоръ: «Такъ какъ ты ни горячъ и не холоденъ, то извергну тебя изъ устъ Моихъ» (Апокал. 3, 16).

Архиеп. Аверкий

***

Comments