?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

July 2018

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

Письмо еп. Владимиру - авг./сент. 2004 г. Часть I

 

17/30 августа 2004 г. (начало написания письма).

Копии:

Высокопреосвященнейшему Митрополиту Виталию

Преосвященным членам Архиерейского Синода.

Дорогой о Господе Владыка Владимир!

Я Вам писал в надежде узнать подробнее о решении Синода относительно Вл. Варнавы, и в частности «в какой редакции я должен представить текст опроса архиереев на подпись Владыки Митрополита».

В Вашем ответе я нашел следующее важное указание на то, что, в отсутствии синодального решения по этому предмету: « все же мы обсудили этот вопрос и пришли к заключению, что прежде всего по делу архиеп. Варнавы необходимо выслушать мнение всех Преосвященных, Секретаря Синода и прот. Николая Семёнова, как помощника Первоиерарха по Зап. Европе».

Также принимаю к сведению, что в то же время «каждый из нас, «включая в первую очередь, конечно, Первоиерарха, Вл. Виталия, высказал свои соображения касательно процедуры суда над архиеп. Варнавой с последующим снятием с него епископского сана».

Вы также коснулись вопроса о сохранении, в случае снятия сана, монашеского звания за архиеп. Варнавой. Подобный вопрос вне всяких сомнений - события последних времен нам не раз напоминали о том, что не «отмстиши дважды за едину (вину)»; так было и в случае мон. Серафима Баранчикова. А слова Вл. Митрополита о том, что Вл. Варнава для него уже «мирянин» я понял как высказанное в сердцах мнение.

В Вашем письме ярко выступили две темы, вызвавшие у меня долгие размышления, которыми я должен с Вами поделиться.

Во-первых, напоминание о необходимости придерживаться в деле снятия сана с Архиеп. Варнавы строгого соблюдения Канонов «по смыслу и по букве», во избежание нареканий.

Во-вторых, сравнение дела о снятии сана с наказанием по гражданскому кодексу, и рассмотрение его как новое дело в отношении к предыдущему (о запрещении).  

А – Вопрос о применении Канонов должен в первую очередь нас беспокоить с точки зрения четкого руководства для нормального развития церковной жизни, т.е. принимая во внимание первичную цель Канонов. Это нас обязывает проявлять большую заботу о благосостоянии Церкви, об ограждении и соблюдении Её от вражеских поползновений с целью поглотить и уничтожить.

Тогда как, по выраженному Вами мнению создается впечатление, что нам нужно в этом деле действовать «со всей тщательностью соблюдения Канонов как по духу, так и по букве» для того, чтобы не «вызывать никаких придирок и нареканий».

И я тревожно вспомнил о недавних нареканиях в этой области О. Трофименко к Архиереям Синода 7-8 июля с.г.. Неужели они вылились в угрожающее общественное мнение. Ведь этот способный человек не остановится на своей первой попытке посеять в нас чувство виновности.

Почему, когда Указом Архиерейского Синода от 12/25 апреля 2001 года, заочно был запрещен Вл. Варнава, не подымалось столь упорной критики в неисполнении Канонов, как в случае вынесенного запрещения Архиерейским Синодом от 25 июня/ 8 июля с.г., при учёте письменного мнения всего епископата и при вызове, если и короткосрочном, обвиняемого? Причём, в 2001 г. не было сослужения обвиняемого с монахом без сана.

Если центр тяжести нашего внимания перенести с амплитуды действий виновного на предметы законодательства, то, что же получается? - Пока мы будем сражаться на подсказанном нам поле битвы, преступления будут продолжаться, преступники будут гордо расхаживать, и разочарованный народ, виня нас в безвластии, будет скрываться по домам. Страдает народ Божий, и чем продолжительней, тем опустошительней будут последствия нашего промедления. Зададим себе вопрос - чем причащается православный народ, находящийся официально еще под нашей ответственностью, из рук простого монаха Серафима Баранчикова?! Тогда грош нам цена, если, не взирая на это, мы будем говорить, что в МП причащаются «пищей демонов»!

Что касается указанной Вами процедуры вызова обвиняемого архиерея трижды на Собор – один раз за три месяца, второй – за два, третий – за один месяц, то такая программа, могущая затянуться как минимум на шесть месяцев, парализует нашу Церковь, заводя в тупик Её Управление. Кроме того, в Канонах я не нашел ничего о трехмесячном сроке для вызова. А читаю, что обвиняемый епископ должен явится «в суд... в назначенное время, то есть, в течение месяца от того дня, в который, по дознанию, получена им грамота (о призвании «к ответу»). Аще же представит истинныя и необходимыя причины, препятствовавшыя ему явитися к ответу противу того, что на него представлено : то  без предосуждения да имеет свободу к оправданию в течение другаго месяца...» (Карф. 28).  В этом Правиле дважды указано на возможное продление срока далее одного месяца : «... аще может доказати, яко не предстал ко суду не по нехотению, а по невозможности.»

Б – Относительно сопоставления Церковного права с гражданским и

приравнивания «снятие сана» к наказанию по уголовному делу, и рассматривания его как новое дело.

Вы пишите: «Так как Дело о снятии сана совершенно новое, иное и отличное от Дела о запрещении в священнослужении, то принимать во внимание вызов по старому делу, относя его к новому, не имеет под собой никаких оснований. В телефонной беседе с о. Николаем я привёл аналогию (с которой он согласился) в этом вопросе с тем случаем, как если бы, например, преступник, осуждённый за преступление и находящийся в тюрьме, вдруг сбежал бы из тюрьмы и стал бы убивать людей, то в случае его поимки было бы невероятным не возбуждать против него нового дела и не устраивать бы новый над ним суд (который, возможно, вынес бы даже ему смертный приговор), мотивируя это тем, что суд за прошлое преступление уже был, и он уже вызывался на тот прошедший суд».

Мне кажется, что не правильно утверждать, что «Дело о снятии сана совершенно новое, иное и отличное от Дела о запрещении в священнослужении».

Во-первых, в гражданском праве акцент ставится на самом преступлении, а не на личности преступника; гражданское право руководится степенью опасности человека для общества в связи с совершенным им преступлением и вероятностью совершения повторного преступления; в силу чего этот человек заключается под стражу т.е. лишается свободы.

Тогда как в церковном праве доминирует личность провинившегося  в сочетании с евангельским законом. Каноны часто дают целый список нравственных преступлений, также как в Писании перечни грехов, ведущих к одному и тому же приговору. Наказание, в таком случае, принимает во внимание духовное состояние человека и духовное оздоровление его среды – верующего народа; в силу этого провинившегося снимают с должности, на которой он может быть духовно опасным, или исключают его из самого общения. 

Во-вторых, в церковном суде доминирует понятие о покаянии и приговор часто выносится «вплоть до раскаяния»; в положительном случае, заново пересматривается бывшее решение. Чего не происходит в случае гражданских приговорах, если не принимать во внимание условные сокращения сроков заключения.  

В-третьих, в церковном приговоре, если не последует покаяние, пребывает духовное положение приговора. Дальнейшее суждение относительно обвиняемого идет вслед предыдущему суждению, и не начинается новое дело, как с нуля.

В-четвертых, в данном случае допускались разные практики, и трудно сказать, что одни правы, другие нет : в некоторых случаях, считалось, что осужденный за непослушание приговору сам себя осудил на вытекающие из приговора последствия. В других случаях, выносилось соборно подобное же заключение. Вспоминается решение, вынесенное на священников французского благочиния (о. Амвросий Фонтрие и иже с ним) в 1987 году. Они вышли из подчинения Вл. Антонию, заявив о его, якобы, измене Православию. Постановление по этому случаю определило, что они себя сами подвели под церковное осуждение по таким то Правилам. Вспомним, что и «Решении касательно Архиепископа Варнавы» от 25 июня /8 июля 2004 г. заканчивается словами : «Напомнить Архиепископу Варнаве, что дерзнувший совершать Богослужения в состоянии запрещения лишается священного сана». 

Из выше сказанного следует, что максимально можно вызвать осужденного один раз на Собор, но только с тем, чтобы он ответил о предмете непослушания им приговора и принес бы по возможности покаяние (хоть и эта акция была в большей мере исполнена возложенной Синодом на Вл. Антония миссией). 

Хоть и не обязательно, по Канонам, вызывать обвиняемого епископа на Собор: «По невозможности же собраться Собору, епископа судят двенадцать епископов» (Карф. 12). Что касается числа 12 епископов, в 1964 году, в нашей Церкви, ввиду малочисленности Её епископата, было внесено в «Положении» изменение числа 12 на 6. Справедливо считать, что нынешний Собор, учитывая нашу еще меньшую численность и раскинутость по всей вселенной, может применить соответствующую пропорцию и считать необходимым числом епископов в судебной инстанции значительно ниже шести. Это и был тот состав судебной инстанции на заседании Архиерейского Синода 25 июня/8 июля 2004 г., на который был приглашен Архиеп. Варнава, в качестве обвиняемого. Секретарь зачитал мнение всех архиереев. Тогда суд над Архиеп. Варнавой состоялся.  

На основании вышесказанного, попытаюсь составить проект на усмотрение Владыки Митрополита для созыва Собора.

Прошу, Владыка, Ваших святых молитв.

Митроф. Прот. Вениамин Жуков

ПС: Посылаю Вам для ознакомления поступившее мне письмо по наболевшему вопросу от нашего прихожанина -  своего рода глас народа. 


Comments