ПАВЕЛЪ ПАГАНУЦЦИ: ЦАРСКІЕ ОСТАНКИ - ПРАВДА И ВЫМЫСЕЛЪ – 1989 г.

Въ началѣ этого года, въ совѣтской печати появились сенсаці­онныя сообщенія о томъ, что извѣстный кинодраматургъ и публицистъ Гелій Рябовъ обнаружилъ гдѣ-то въ окрестностяхъ Екатеринбурга, теперь оскверненнаго именемъ Свердлова, скелеты членовъ Царской Семьи и ихъ вѣрныхъ слугъ, злодѣйски убитыхъ въ ночь на 17 іюля 1918 года. Западныя газеты подхватили это совѣтское сообщеніе. Не осталась въ сторонѣ и русскоязычная печать.

«Московскія Новости» въ №16 отъ 16 апрѣля с. г. помѣстили статью подъ названіемъ «Земля выдала тайну». «Найдено мѣсто захороненія семьи Романовыхъ — послѣдняго русскаго самодерж­ца и его близкихъ». Это, по существу, бесѣда обозрѣвателя упомя­нутой газеты Александра Кабакова съ Геліемъ Рябовымъ.

Большевики замалчивали Екатеринбургское злодѣяніе почти три года, а потомъ былъ данъ приказъ Быкову, смѣнившему Бѣлобородова на посту такъ называемаго предсѣдателя Екатеринбургскаго Совдепа, написать статью, въ которой цѣликомъ приз­нано убійство, но рѣшеніе разстрѣлять приписано Уральскому Совдепу. Наконецъ, наступило время и въ совѣтской печати появились признанія, что Центральный Комитетъ (ЦИК) распорядился разстрѣлять Царскую Семью. Этого мнѣнія придерживается и Рябовъ, добавляя, что Ленинъ на засѣданіи предупреждалъ — убійство дѣтей ляжетъ пятномъ на россійскую революцію.

На самомъ дѣлѣ все обстояло нѣсколька иначе. Въ 1918 году въ Совѣтской Россіи не было ЦИКа, а существовалъ ВЦИК, предсѣдателемъ котораго былъ Свердловъ, и «Дѣло Романовыхъ» онъ держалъ въ своихъ рукахъ. Свердловъ всячески добивался рѣшенія разстрѣлять Царскую Семью, и его поддерживалъ жад­ный до крови Крестинскій. По мнѣнію историка Мельгунова, планъ преступленія былъ выработанъ въ центрѣ и систематически осуществлялся лѣтомъ 1918 года. Въ изложеніи Керенскаго, пере­говоры Кремля съ Ураломъ были фиктивными, и планъ злодѣянія выработанъ задолго до угрозы Уралу бѣлыми, въ интимномъ кру­гу Ленина. Быть можетъ, въ основѣ была месть за брата Ленина Александра, казненнаго за покушеніе на жизнь Императора Алек­сандра III.

Надо отдать справедливость Рябову. Онъ возмущается преступленіемъ, совершеннымъ лѣтомъ 1918 года, считаетъ и себя виновнымъ и не соглашается раскрыть мѣсто «захороненія» до тѣхъ поръ, «пока не будетъ получено разрѣшеніе на подобающее людямъ и христіанамъ погребеніе», но все же называетъ жертвы «казненными», хотя надъ ними не было ни слѣдствія, ни суда. Рябовъ съ должнымъ уваженіемъ относится къ слѣдователю Со­колову, называя его «блестящимъ профессіоналомъ дореволюціонной школы», продѣлавшимъ гигантскую работу, но совершив­шимъ типичную слѣдовательскую ошибку, «оказавшись въ плѣну уже существовавшей версіи о захороненіи казненныхъ».

Рябовъ говоритъ, что онъ прочелъ «всѣ, пожалуй, труды, вышедшіе у насъ, врочемъ, такихъ практически не было и за рубежомъ, посвященные разстрѣлу въ Екатеринбургѣ». Далѣе онъ упоминаетъ о какихъ-то бумагахъ Соколова.

Приходится сомнѣваться, что Рябовъ имѣлъ возможность ознакомиться со всѣмъ матеріаломъ о Екатеринбургскомъ злодѣя­ніи, находящемся за рубежомъ. Основными источниками къ рабо­тамъ Соколова, Вильтона и Дитерихса послужили протоколы Си­бирскаго слѣдствія, озаглавленные «Предварительное слѣдствіе, проведенное судебнымъ слѣдователемъ по особо важнымъ дѣламъ Н.А. Соколовымъ», гдѣ находились и всѣ допросы, которые до Соколова велъ судья Сергѣевъ. Въ Екатеринбургѣ и Сибири было сдѣлано три копіи: главная — Соколова, по его письму къ генера­лу Дитерихсу, состоящая изъ 14 томовъ, вторая — Вильтона и третья — генерала Дитерихса, представляющая огромное досье болѣе чѣмъ въ 1.500 страницъ большого формата.

Почти до послѣдняго времени всѣ три копіи были недосягае­мы для изслѣдователей. Копіей Вильтона, которая въ настоящее время находится въ спеціальномъ отдѣлѣ библіотеки Харвардскаго университета, впервые воспользовались (при помощи переводчика) Саммерсъ и Мангольдъ, авторы нашумѣвшей и лживой книги «Досье на царя» (по-англійски), а затѣмъ пишущій эти строки. Копію генерала Дитерихса мнѣ удалось изучить раньше. Къ 70- лѣтію злодѣянія, ее, съ нѣкоторыми выпусками, издалъ «Посѣвъ» красивой массивной книгой. Копія Соколова, по всей вѣроятности разрозненная, была куплена у его дочери однимъ извѣстнымъ русскимъ музыкантомъ и помѣщена въ сейфъ швейцарскаго банка. Такимъ образомъ, Рябовъ не имѣлъ возможности познакомиться съ основными источниками, проливающими свѣтъ на Екатерин­бургское злодѣяніе, а въ СССР, по его же словамъ, «такихъ тру­довъ практически не было».

Постараемся воспроизвести нужные намъ факты трагическихъ событій въ Екатеринбургѣ по «Протоколамъ сибирскаго слѣд­ствія» и другимъ источникамъ, что дастъ возможность оспорить доводы Рябова и его догадки о томъ, что ему, якобы, удалось обнаружить Царскіе останки, а затѣмъ сравнимъ сказанное нами съ тѣмъ, что утверждаетъ Рябовъ.

Километрахъ въ 20-ти къ сѣверо-западу отъ Екатеринбурга, въ Уральской тайгѣ на берегу Исетскаго озера, расположена не­большая деревушка Исетская, которую чаще называли Коптяки. Соколовъ, возглавившій слѣдствіе по распоряженію адмирала Колчака, обратилъ вниманіе на районъ къ юго-востоку отъ этой деревушки и прошелъ туда пѣшкомъ отъ самаго Екатеринбурга. Километрахъ въ пяти на юго-востокъ отъ Коптяковъ находится урочище Четырехъ братьевъ, скрытое лѣсной гущей отъ человѣ­ческаго взора. Дорога, идущая отъ Екатеринбурга и Верхне-Исет­скаго завода, расходится, охватывая овальнымъ кольцомъ заброшенную открытую шахту и яму, въ которой добывали руду, полу­чившую названіе Ганиной ямы. Въ этомъ зловѣщемъ мѣстѣ и про­изошло уничтоженіе тѣлъ Царственныхъ мучениковъ и съ ними ихъ вѣрныхъ слугъ.

За три дня до злодѣянія въ домѣ Ипатьева, эти мѣста обслѣ­довали Юровскій съ чекистомъ Ермаковымъ, военнымъ комисса­ромъ Верхне-Исетска, и его подручнымъ матросомъ Вагановымъ. Ихъ встрѣтили техникъ Фесенко, рядъ крестьянъ и мѣстныхъ жителей. Наканунѣ злодѣянія туда же пріѣзжали на легковомъ автомобилѣ Голощекинъ, Юровскій и третье неопознанное лицо. Конечно, всѣ они тамъ побывали не ради прогулки, а, назначивъ злодѣйство на 17 іюля, они методично искали подходящее мѣсто для уничтоженія тѣлъ. Ермаковъ, хорошо знавшій всѣ окрестности Екатеринбурга и лѣсную глухомань, былъ спеціально привле­ченъ Голощекинымъ для выбора мѣста уничтоженія. И Соколовъ нашелъ, что лучшаго мѣста для укрытія грязной работы во всем округѣ не было.

17 іюля, жительница Коптяковъ Зыкова съ сыномъ и невѣ­сткой передъ разсвѣтомъ отправилась въ Екатеринбургъ. Въ рай­онѣ Четырехъ братьевъ они были встрѣчены пѣшими и конными красноармейцами или чекистами, среди которыхъ она узнала Ваганова, ко времени допроса уже убитаго. Въ Коптякахъ Зыкова разсказывала, что видѣла и грузовикъ. Вагановъ, размахивая и угрожая револьверомъ, вернулъ Зыкову назадъ. И такихъ свидѣтельствъ было не одно. Движеніе на Коптяковской дорогѣ было закрыто двое сутокъ. Заставы со стороны Екатеринбурга находи­лись въ 9 км. отъ города, около желѣзнодорожнаго переѣзда, помѣченнаго на картѣ подъ номеромъ 184. Путевой сторожъ на этомъ переѣздѣ Лобухинъ показалъ слѣдствію, что ночью 17 іюля черезъ его переѣздъ къ урочищу Четырехъ братьевъ прошелъ грузовикъ, на которомъ сидѣло нѣсколько вооруженныхъ винтов­ками людей. Никогда до сихъ поръ, показывалъ Лобухинъ, по этой глубокой, узкой и плохой дорогѣ такія машины не ходили. Тотъ же сторожъ Лобухинъ и его сынъ Василій показали, что грузовикъ возвратился обратно къ городу 19 іюля ночью, а за переѣздомъ онъ застрялъ въ болотѣ, и его вытаскивали и стелили мостикъ. Вмѣстѣ съ нимъ было 10-12 телѣгъ и еще какія-то под­воды.

Слѣдствіе безъ труда установило, что къ Ганиной ямѣ было доставлено 444 фунта сѣрной кислоты и 1.600 фунтовъ керосина и бензина. Все это привозилось на грузовикахъ только до переѣзда №184, а дальше агенты везли на лошадяхъ. На мѣстѣ уничтоженія тѣлъ нашли два большихъ кострища, размѣромъ въ 9 футовъ, изъ которыхъ одно было разметано. А въ шахтѣ, пеплѣ кострищъ и вокругъ нашли большое количество обгорѣлыхъ остатковъ вещей и драгоцѣнностей, принадлежавшихъ Царской Семьѣ, большое количество почти сгорѣвшихъ костей и женскій палецъ. Эксперти­за установила, что палецъ принадлежалъ рукѣ женщины средняго возраста съ холеными руками. Вильтонъ изъ найденнаго выдѣля­етъ брилліантъ замѣчательной воды, оцѣниваемый по тѣмъ вре­менамъ въ 20.000 рублей.

Соколовъ писалъ: «Экспертиза установила, что нѣкоторыя изъ драгоцѣнностей разрушены сильными ударами какихъ-то твердыхъ предметовъ, не остро рѣжущихъ орудій. Это тѣ именно драгоцѣнности, которыя были зашиты въ лифчикахъ княженъ и разрушены въ самый моментъ убійства пулями на ихъ тѣлахъ. Части труповъ сожгли на кострахъ при помощи бензина и уничто­жили сѣрной кислотой. Оставшіяся въ тѣлахъ пули падали въ костры, свинецъ вытапливался, растекался по землѣ и, охлаждаясь затѣмъ, принималъ форму застывшихъ капель». Эти застывшія капли свинца въ пеплѣ кострищъ и сбоку ихъ отъ множества пуль, которыя остались въ тѣлахъ жертвъ, являются однимъ изъ дока­зательствъ, гдѣ именно происходило уничтоженіе разстрѣлянныхъ членовъ Царской Семьи и ихъ слугъ.

Теперь посмотримъ, что новаго «открылъ» Рябовъ. Онъ ска­залъ Кабакову: «Мое вниманіе привлекло упоминаніе, имѣющееся какъ въ бумагахъ Соколова, такъ и въ запискѣ Юровскаго: на пути между шахтой и Екатеринбургомъ грузовикъ заѣхалъ въ болота и застрялъ».

А далѣе Рябовъ разсуждаетъ такъ: прибывъ въ урочище Четырехъ братьевъ, къ открытой шахтѣ и Ганиной ямѣ (т.е. къ мѣсту, на которомъ, по Сибирскому слѣдствію, произошло уни­чтоженіе тѣлъ. П.П.), «Юровскій и его люди убѣдились, что здѣсь не удастся скрыть содѣянное, заваливъ шахту взрывами гранатъ. Убитые были раздѣты, поэтому на мѣстѣ и остались пуговицы и драгоцѣнности, трупъ собаки былъ сброшенъ въ шахту... а тѣла были снова погружены на платформу «фіата», и чудовищный ка­тафалкъ тронулся въ обратный путь. Надо было искать подходя­щее мѣсто, но болотистая дорога подвела. Тѣла сбросили въ яму» (курсивъ нашъ. П.П.).

Вернемся опять къ Протоколамъ и посмотримъ, что показалъ будочникъ Лобухинъ и его сынъ: «Около 12 часовъ ночи по доро­гѣ изъ Коптяковъ прошелъ черезъ нашъ переѣздъ грузовой авто­мобиль. Вмѣстѣ съ нимъ шло 10-12 (коробковъ) телѣгъ и, кажет­ся, нѣсколько дрогъ. Грузовой автомобиль, коробки и дроги проѣхали въ городъ прямо отъ нашего переѣзда. Тамъ въ логѣ у нихъ автомобиль застрялъ. Кто-то изъ нихъ взялъ изъ нашей ограды шпалъ и набросалъ тамъ мостикъ» (курсивъ нашъ. П.П.) Такимъ образомъ, грузовикъ застрялъ на виду желѣзнодорожнаго разъѣзда, двухъ сторожевыхъ будокъ и переѣзда черезъ желѣз­ную дорогу. А Рябовъ утверждаетъ: «Болотистая почва подвела и тѣла сбросили въ яму». А это значитъ на виду Лобухиныхъ, такъ какъ убійцы брали шпалы отъ ихъ забора, быть можетъ на виду и другихъ людей. Черезъ нѣсколько дней приходятъ бѣлые, обыски­ваютъ всѣ окрестности, даже заброшенныя ямы и шахты, допра­шиваютъ Лобухиныхъ и другихъ многочисленныхъ свидѣтелей и не могутъ найти мѣста закапыванія, оказавшагося по Рябову на виду у многихъ. Вся исторія Рябова неправдоподобна!

Передо мной рѣдкая карта Верхне-Исетской волости, состав­ленная картографомъ Ярутинымъ въ іюнѣ 1919 года. На основаніи изученія этой карты также можно убѣдиться въ ошибочности заключеній Рябова. Онъ ссылается на Соколова, который устано­вилъ, что грузовикъ застрялъ за переѣздомъ №184 въ пяти кило­метрахъ отъ Верхне-Исетскаго завода, гдѣ уже начинались жилыя мѣста. Здѣсь, по Рябову, «тѣла сбросили въ яму». Совершенно неправдоподобно.

Очень странно, что Юровскій, Голощекинъ, Ермаковъ и дру­гіе чекисты, облюбовавшіе за нѣсколько дней до злодѣянія укром­ное мѣсто для уничтоженія тѣлъ въ районѣ урочища, вдругъ, яко­бы, рѣшаютъ, что оно не подходитъ и везутъ тѣла въ городъ! Но Юровскій не дѣлаетъ этого сразу. Онъ теряетъ драгоцѣнныхъ двое сутокъ. Многочисленные свидѣтели показали слѣдствію, что въ эти два дня и двѣ ночи у открытой шахты и Ганиной ямы все время происходило что-то важное. А вѣдь у убійцъ горѣло подъ ногами. Наканунѣ злодѣянія въ Екатеринбургѣ былъ слышенъ артиллерійскій гулъ. Бѣлые съ боемъ подходили къ городу. Что же на двухъ огромныхъ кострищахъ жгли двое сутокъ? Нужны-ли были 444 фунта сѣрной кислоты и 1.600 фунтовъ керосина и бен­зина для уничтоженія одежды 11-ти жертвъ? Извѣстно, что эти средства были истрачены на мѣстѣ. Назадъ ихъ не везли.

Откуда Рябовъ взялъ, что уничтоженіемъ тѣлъ руководилъ Юровскій? Онъ былъ только грязнымъ убійцей-исполнителемъ. Для этой цѣли Свердловъ послалъ на Уралъ своего родственника Шаю Голощекина. Техническимъ руководителемъ уничтоженія былъ Войковъ, химикъ по профессіи, будущій полпредъ въ Вар­шавѣ, застрѣленный Борисомъ Ковердой.

Былъ рядъ и косвенныхъ доказательствъ, подтвержающихъ заключеніе слѣдствія о сожженіи тѣлъ, напримѣръ:

1. Члены банды Ермакова, исполнившіе свое грязное дѣло, спасаясь отъ бѣлыхъ, по дорогѣ въ Тагилъ въ нетрезвомъ состоя­ніи бахвалились въ Коптякахъ о томъ, «какъ они сожгли царя, какая у него негодная была шинелишка» и тому подобное.

2. Въ апрѣлѣ 1919 года въ Екатеринбургѣ былъ задержанъ крупный большевикъ Антонъ Валекъ, котораго послали изъ Москвы на Уралъ съ большой суммой денегъ организовать въ тылу у бѣлыхъ большевицкія террористическія пятерки. На до­просѣ онъ показалъ, что слышалъ отъ Бѣлобородова: «Вся Цар­ская Семья убита и сожжена».

3. Невозвращенецъ Бесѣдовскій передалъ разсказъ полпреда Петра Войкова, который подъ вліяніемъ выпитаго въ новогоднюю ночь, откровенно описалъ бойню въ домѣ Ипатьева «и уничтоже­ніе тѣлъ». Въ доказательство онъ показалъ перстень съ руби­номъ, переливавшимся цвѣтомъ крови, который былъ снятъ съ одной изъ жертвъ.

Въ то время когда Рябовъ, какъ онъ заявилъ въ своемъ ин­тервью, занялся поисками царскихъ останковъ, одинъ русскій интеллигентъ (житель СССР) посѣтилъ Екатеринбургъ и его окрестности съ цѣлью воскресить память объ убіенной Царской Семьѣ. Онъ прислалъ въ Парижъ пок. князю С.С. Оболенскому письмо, въ которомъ писалъ: «Никому не дано уничтожить память о пролитой здѣсь крови, ставшей истокомъ рѣкъ, морей и океа­новъ крови, въ изобиліи затопившихъ съ тѣхъ поръ нашу землю. Нѣтъ, не забыли мы всѣхъ этихъ дѣяній, хотя минуло съ тѣхъ поръ 60 лѣтъ. Мы разсказывали объ этомъ нашимъ дѣтямъ и увѣрены, что дѣти нашихъ дѣтей обо всемъ, что произошло въ бывшемъ Екатеринбургѣ, носящемъ теперь названіе одного изъ отвратительнѣйшихъ выродковъ 20-го вѣка, разскажутъ слѣдую­щимъ поколѣніямъ». Авторъ письма сообщилъ, что онъ предпри­нялъ попытку разыскать мѣсто уничтоженія Царской Семьи, но большевицкая власть и 60-лѣтняя рука времени усердно сметала слѣды преступленія. Его попытка осталась тщетной. Къ письму былъ приложенъ хорошій снимокъ дома Ипатьева передъ самымъ его сносомъ. Князь Оболенскій прислалъ его мнѣ, и онъ былъ помѣщенъ въ моей книгѣ «Правда объ убійствѣ Царской Семьи». Рябовъ же утверждаетъ, что ему, якобы, удалось найти слѣды въ урочищѣ Четырехъ братьевъ.

Онъ надѣется, что сможетъ установить подлинность остан­ковъ при помощи изученія зубныхъ протезовъ (?). Дентистомъ Царской Семьи былъ Сергѣй Кострицкій. Неизвѣстно, велъ-ли онъ картотеку о состояніи зубовъ своихъ кліентовъ, какъ это дѣлается на Западѣ. Во всякомъ случаѣ, до сихъ поръ объ этомъ не было никакихъ свѣдѣній.

Можно предположить, что Гелій Рябовъ натолкнулся на одну изъ могилъ разстрѣлянныхъ чекистами лѣтомъ 1918 года до при­хода бѣлыхъ, а еще вѣрнѣе лѣтомъ 1919 года послѣ ихъ ухода, когда «Чрезвычайка» до предѣла усилила свой терроръ и, не забо­тясь о сокрытіи слѣдовъ преступленія, закапывала свои жертвы гдѣ попало.

Пока еще трудно понять причину шумихи, которая поднята въ СССР по поводу «нахожденія захороненія царскихъ останковъ» и угадать степень причастности къ этому органовъ совѣтской вла­сти.

Однако, необыкновенное «открытіе» Гелія Рябова имѣетъ и свои положительныя стороны. Широкіе слои русскаго населенія ближе познакомятся съ преступленіемъ вѣка, которое совершила «родная партія» въ лицѣ всесильнаго тогда ВЦИК’а.

Павелъ Пагануцци

Церковная Жизнь, №№ 3-4, май, іюнь, іюль, августъ 1989 г.

Comments for this post were locked by the author