?

Log in

No account? Create an account
Tsar-1998

December 2018

S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     
Powered by LiveJournal.com
Tsar-1998

ГОНЕНИЯ НА МИТРОПОЛИТА ВИТАЛИЯ - ноябрь 2001 г.

Свидетельство иеромонаха Владимира (Целищева)
Нижесвидетельствуемые события описываются так, как их увидел и воспринял автор, прямым очевидцем которых он являлся.
           Вечером 19 октября/1 ноября 2001 г. на день памяти великомученика Артемия в Свято-Преображенском скиту селения Мансонвилль мы начали в 6 ч. вечернее богослужение, на котором присутствовали: Митрополит Виталий, Еп. Варнава, архим. Варфоломей, игум. Стефан, прот. Сергий Петров, иеромонах Владимир (на тот момент служащий священник) и еще один паломник.
           Богослужение происходило тихо и спокойно, стараясь по мере духовных сил удерживаться в рамках монастырского уклада. Нужно отметить, что в здешней горной местности в это время года темнеет очень рано, поэтому уже к моменту описываемых ниже событий на улице установилась полная темнота.
           После обычного каждения на 8-й песни канона (было уже около 8-ми часов вечера) я, зайдя в алтарь, услышал (как, впрочем, и все присутствующие в храме) довольно внезапные и сильные стуки в дверь, которая была закрыта во избежание хотя и маловероятных, но все же порой неожиданных пришельцев-туристов, которые, случалось, если не были предупреждены о правилах поведения в православном храме, вносили сумятицу в молитвенный настрой богослужения. Но то, что случилось дальше, превзошло все возможные ожидания. Стуки в дверь становились все сильнее и настойчивее, создавая напряженность, и, видимо, имели целью быть с некоей претензией на психологическую обработку находящихся внутри храма.
            «Что это такое? Что происходит?» — спросил Вл. Митрополит.
            Ответив Владыке Виталию, что совершенно затрудняюсь представить, что бы это могло быть и попросив Владыку не волноваться, я посмотрел в окно, чтобы попытаться понять смысл внезапного и мало-деликатного вторжения непрошенных «гостей» в нашу тихую обитель. Во дворе между храмом и монастырским зданием стояло несколько машин и какие-то люди суетились, бегая от дома к храму и обратно. В темноте, при недостаточном внешнем освещении, было трудно разобрать, кто именно эти люди, а потому мы решили, до более точного выяснения, двери им не открывать. Для этой цели один священник вышел через алтарную дверь и направился к боковым входным дверям, где происходила вся эта излишне кем-то подогретая суматоха. Увидев полицейских и еще каких-то людей, потребовавших немедленно видеть Митрополита Виталия Устинова, этот священник им объяснил (на французском языке), что не нужно с таким нездоровым усердием брать приступом Божий храм — через 15-20 минут закончится богослужение и тогда они смогут спокойно встретиться с Митрополитом. Но они не пожелали внять этому мудрому совету, а с еще большей настойчивостью продолжали форсировать свое же неопределенное положение.
            Так как среди осаждающих наш монастырский храм были люди в полицейской форме, было решено открывать им входные двери.
            В алтарь, где находился Владыка Митрополит и я, как служащий священник, ворвалось сразу несколько вооруженных огнестрельным и другим оружием полицейских, в том числе молодая женщина, одетая в полицейскую форму, и адвокаты, представляющие интересы Михаила Донскова (т.е. «епископа» Михаила. Почему я пишу слово «епископ» по отношению к этому человеку в кавычках — этому я дам свое, полагаю, обоснованное объяснение ниже).
          «И, когда еще говорил Он, вот, Иуда, один из двенадцати, пришел, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных» (Матф. 26, 45).
«В тот час сказал Иисус народу: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольямивзять Меня; каждый день с вами сидел Я, уча в храме, и вы не брали Меня» (Матф. 26, 55).
           Находясь у св. престола, и увидев эту картину осквернения св. храма (по правилам Православной Церкви входить в храм, а тем более - в алтарь с оружием строго запрещено; также Св. Церковь возбраняет входить во св. алтарь женщинам), меня охватило возмущение и, подойдя к ним, я стал стараться объяснить, как мог, в основном, полицейской даме, чтобы она покинула алтарь, так как ее присутствием в нем нарушается одно из преданий Церкви Христовой. Я также отметил, что после ее присутствия это св. место нужно будет окроплять св. водой (что впоследствии и было выполнено с прочтением «молитвы от осквернения храма от еретиков и отступников иже во святых отца нашего Никифора исповедника, Патриарха Константина града»). Необходимо отдать должное ее пониманию — она без споров и с готовностью вышла на солею. Между тем, вечернее богослужение продолжалось, не прерываясь ни на минуту. Конечно, никакое молитвенное внимание в то время уже не было возможным, так как приходилось вперемешку то возглашать ектеньи, то разговаривать с полицейскими, объясняя им всю абсурдность их насильственной ночной облавы. Им было указано на часы, которые беспристрастно свидетельствовали о довольно позднем уже времени: 8 часов 09 минут вечера. Также им было сказано, что их действия в точности напоминают «советские» кэгэбэшные методы — внезапные аресты под покровом темноты. На это представители полиции ответили, что лишь выполняют свой долг службы, после чего, правда, они заметно остепенили свою «активность» и вели себя дальше более корректно, попрежнему продолжая оставаться в алтаре и дожидаясь окончания богослужения. Они были «правы» — грех морального надругательства над престарелым Предстоятелем Русской Православной Зарубежной Церкви лежал не на них, нейтральных исполнителях, а на заказчиках этого позора, впоследствии вылившегося на их же головы.
          В чем же была причина их насильственного посещения с целью захвата Первоиерарха? «Судебное постановление: психиатрическая экспертиза Виталия Устинова» — мотивировали они. Этот судебный акт, предъявленный ими, мы рассмотрим ниже.
Вскоре в алтарь храма зашел сам заказчик, или «проситель» (как это именуется в судебном акте) этого надругательства над Митрополитом Виталием — «епископ» Михаил (Донсков).
           Прежде всего хочу отметить, что меня удивило то обстоятельство, почему «епископ» Михаил, в силу своих прямых и святых обязанностей архипастыря (учителя и защитника святого алтаря), не предупредил заранее полицейских о невозможности вхождения в алтарь женщины и внесения туда оружия, и хотя бы не попытался воспрепятствовать этому осквернению святыни, но, напротив, казалось, способствовал этому.
           Уместно здесь вспомнить одну из мотивировок синодалов об удалении личного секретаря Митрополита Виталия г-жи Л. Д. Роснянской из синодального здания — о «невозможности пребывания в Епископском доме женщины». В этом «каноническом преступлении» «блюстители синодальной чистоты» обвиняли Первоиерарха РПЦЗ... И вот мы видим, как представитель этих самых синодалов направляет в алтарь храма мужского монастыря вооруженную женщину...
           Войдя в алтарь, «епископ» Михаил не посчитал нужным сделать три положенных поклона перед св. престолом и облобызать его и Напрестольное Св. Евангелие, а сразу направился к Владыке Виталию и, без «братского» целования, на вопрос Митрополита. «В чем дело!?», взяв его за локоть, ответил: «Сейчас нужно успокоить мір».
           Мне показались странными эти слова викарного «епископа»: «успокоить», — через признание психически невменяемым Первосвятителя Русской Церкви, — предстояло не разыгравшуюся смуту в Церкви, не возлюбленную и соблазненную паству, не церковный народ, а именно «мір», лежащий во зле и враждующий против Бога. Поэтому я подошел к Владыке Виталию и, взяв его осторожно под руку, сказал: «Владыко, не поддавайтесь и не слушайте — это настоящая провокация». «Да, да!» — ответил Владыка Митрополит.
            На мое обеспокоенное предупреждение Вл. Виталия «епископ» Михаил, на мой взгляд, недостаточно любвеобильно, как подобает архипастырю, посмотрев на меня, с небольшим повышением голоса сказал: «Ты — молчи!». На это я ответил, что в данный момент разговариваю, вообще-то, не с ним, а с Владыкой Митрополитом.
           Тем временем, видя, что я продолжаю поддерживать Вл. Митрополита под руки, «епископ» Михаил стал насильно отталкивать мои руки (во св. алтаре! К тому же на мне была епитрахиль), надавливая своими ладонями на мои предплечья. Позже мне вспомнился из Книги Правил один из канонов, лишающий священнослужителя сана за рукоприкладство.
          «Не прикасайтесь ко мне» — сказал я «епископу» по английски. После этих слов один из адвокатов «Майкла Донскова» тут же набросился на меня (сделал угрожающий выпад), с весьма исказившимся от ужаса и злобы лицом. Видимо, он прекрасно осознавал (как мне объяснили позже), что и сам «Майкл Донсков» за подобные действия (физического контакта) может быть привлечен к уголовной ответственности. После этого тот адвокат уже никогда не мог успокоиться, с тревожным выражением лица расхаживая взад и вперед и жуя непрестанно жевательную резинку. Позже адвокаты особо предупредят полицейских, что «при посадке Митрополита в полицейскую машину, только бы они не трогали его».
            Митрополит в алтаре продолжал объяснять полицейским, что он находится у себя дома, что он является канадским гражданином и что он никуда не поедет. Не соглашаться куда либо ехать, «на ночь глядя», Вл. Митрополиту посоветовал его адвокат, с которым уже успела связаться личный секретарь Первоиерарха. Владыка Виталий был очень взволнован, как он позже выразился, этим «насильственным» вторжением.
           Богослужение благополучно (благодарение Богу!) закончилось и все проследовали в жилой дом напротив храма для более спокойного обсуждения причин хамского вторжения в монастырь незваных, неприветливых и вооруженных «гостей».
          В это время произошла ужасная для «епископа» Михаила трагедия. «Бог поругаем не бывает». «Яко весть Господь путь праведных и путь нечестивых погибнет» (Пс. 1, ст. 6). Владыка Митрополит Виталий, увидев стоящего неподалеку от дорожки «епископа» Михаила, подошел к нему и, подняв указательный палец правой руки и направив его в грудь «владыки» Михаила, решительно и твердо ему сказал: «Если ты это сделаешь (т.е. если меня по твоему наущению все же повезут в психиатрическую больницу) — АНАФЕМА тебе!».
            «Епископ» Михаил своей рукой очень цепко схватил руку Митрополита и залепетал: «Владыко, Владыко...». Вл. Митрополит выдержав небольшую паузу и видя нежелание «епископа» Михаила раскаяться в коварном предательстве, унижении и досаждении Первоиерарху такими нецерковными действиями, попытался вырвать свою руку из «рукопожатия» (скорее — рукосжатия) «еп.» Михаила. Но не тут-то было. «Еп.» Михаил продолжал сжимать руку Владыки Виталия, не выпуская ее. Каждому монаху и даже послушнику известно, что такие произвольные, вне церковного чина, прикосновения совершенно недопустимы. Тем более — «прикосновения» насильственные, как, например, самочинное хватание руки старшего (да и младшего) по духовному чину. Тогда сам Митрополит, с помощью одного священника, большим усилием воли вырвал свою руку из руки «еп.» Михаила. Владыка Виталий, сделав два шага по направлению к дому, опять громко и отчетливо сказал: «АНАФЕМА тебе!». И уже зайдя в дом еще раз печально, но торжественно произнес: «АНАФЕМА тебе!»...
            Таким образом, Первоиерарх РПЦЗ Митрополит Виталий трижды анафематствовал «епископа» Михаила (Донскова).
            Вспоминаются знаменитые слова св. Исповедника Патриарха Тихона, который единоличной властью анафематствовал большевиков и всех им пособствующих: «Властью, данной нам от Бога, анафематствую вас, извергов рода человеческого...». Тут важно отметить, что, ко всему прочему, «епископ» Михаил также презрел 6-е Правило Св. Апостолов: «Епископ, или пресвитер, или диакон, да не приемлет на себя мирских попечений. А иначе да будет извержен от священного чина». Всех нас, сторонников Митрополита Виталия, удивил один немаловажный возникший вопрос, объяснение которому пусть каждый даст себе сам: как мог «епископ» Михаил не только участвовать в «группе захвата» Митрополита, но и совершать это вместе с вооруженными людьми? Епископ?.. Хотя, должен откровенно признаться, этот человек своим поведением (особенно в алтаре) напоминал мне больше инструктора «коммандос» или настоящего ОМОНовца, чем епископа.
           Митрополит сел в кресло и, опустив голову, задумался. Затем, подняв голову, он сказал в сторону «еп.» Михаила: «Как он может после всего этого еще служить?..». Свидетели анафематствования Первоиерархом «епископа» Михаила следующие: Епископ Каннский Варнава, архимандрит Варфоломей, протоиерей Сергий Петров и иеромонах Владимир.

Свидетельство протоиерея Спиридона (Шнейдера)
            После этого Митрополит был отвезен в Шербрукский госпиталь и зарегистрирован там в 23:30, после чего его привели в палату психиатрической скорой помощи, где он был помещён в небольшую камеру со стальными койкой и стулом. Выход из камеры был открыт на круглое помещение с медицинским пунктом посередине, с которого можно было наблюдать за пациентами. При этом помещении также были камеры с кроватями, оснащёнными ремнями для привязывания пациентов, не могущих контролировать себя и буйных.
          Несмотря на то, что Митрополит подвергся такому насилию и унижению, и несмотря на то, что он не мог спать, он оставался спокоен, полностью сознавал происходящее и молился всю ночь.
          Пока я сидел с Митрополитом, я молился, читая акафист Божией Матери, молитву Господу Иисусу Христу, канон Божией Матери и другие молитвы. Во время этого Митрополит спокойно отдыхал.
          В 08:45 заведующая медсестрами и дежурный врач пришли за Митрополитом и отвезли его в смотровую. Здесь он подвергся медицинскому осмотру, были взяты все его данные и оказалось, что он был в добром здоровье. После этого проверили его дееспособность (при помощи опросного листа в несколько страниц) и оказалось, что у него замечательная способность рассуждать, прекрасная память, способность понимать свои обязанности и способность принимать соответствующие решения, касающиеся его дел. Кроме этого, Митрополит перевёл для меня с французского на английский объяснения врача сути этой проверки и о том, как он прекрасно прошёл эту проверку. После этого заведующая психиатрическими медсестрами поблагодарила Митрополита за его сотрудничество и заявила, что она надеется прожить также долго как и он и, если это произойдёт, она надеется, что она окажется в таком же психическом состоянии как и он.
          Митрополита и меня отвели в психиатрическую смотровую, где производились оценки в порядке скорой помощи. Комната ожидания здесь была в виде большого коридора с кабинетами с обеих сторон. На одной стороне были кабинеты с небольшими столиками и двумя или тремя стульями. На другой стороне были три "усмирительных" кабинета с твёрдыми, низкими койками, снабжёнными различными усмирительными приспособлениями для буйных. Кроме нас в комнате ожидания было ещё четыре человека, находящихся в разных степенях возбуждения. Два из них курили сигарету за сигаретой и кружили взад и вперёд. Двое других находились в кататоническом состоянии (как бы отсутствовали). Тут я попросил дежурного не могли бы они поместить Митрополита в отдельную комнату. Внезапно другой дежурный предложил Митрополиту стул и поместил нас в вестибюль одного из усмирительных кабинетов. Митрополит и я просидели там полтора часа. Вскоре я, учитывая наши усталость и возбуждённое состояние, стал думать, что это ожидание длится целую вечность. Поразительно, однако, но Митрополит вдруг начал рассказывать мне, со всеми подробностями (по-английски) житие св. Марии Египетской. Во время своего рассказа жития и его внутреннего духовного значения, он также пояснил тонкости смысла, заключённого в русском оригинале жития, написанного на не-литургическом церковно-славянском языке. Обсудив житие св. Марии Египетской, мы также говорили о литургическом языке и его предпочтении английского языка времён Елизаветы, использованного в написании библии короля Якова. Митрополит убеждал меня всегда пользоваться этим языком в нашем богослужении на английском языке. И, наконец, Митрополит и я обсуждали значение предательства Иуды, истинное значение Гефсимании и то, как истинные христиане должны нести крест Божий в нашей жизни.
          Внезапно пришла доктор и попросила Митрополита идти с ней в смотровую. Меня туда не пустили. Примерно час спустя доктор вышла из кабинета с радостной улыбкой, что сразу ободрило меня. Она с довольным видом сообщила мне, что Митрополит находится в замечательно хорошем психическом здоровье и обладает умом гораздо более молодого человека.
           После этого доктор пригласила меня в смотровую, где находился Митрополит. Когда я сел, она спросила меня как это оказалось возможным, что еп. Михаил смог получить распоряжение суда на его обследование, так как Митрополит был совершенно дееспособен и в замечательном умственном и душевном здоровье. Я пояснил ей, что Церковь является Святой Семьёй и что Митрополит является отцом и старейшим в семье. Поэтому, как нормально в семьях, Митрополит, в соответствии с Церковной Традицией и Законом, есть глава Церкви пожизненно. Более того, что, если даже Отец и Старейшина семьи заболевает физически или душевно, святая обязанность старших членов семьи вести дело Отца в строгом соответствии с его принципами без отклонений или перемен. Доктор поняла это и согласилась, что это как раз то, что суды требуют от душеприказчиков.
           Я также объяснил ей, что члены семьи (т.е., Архиерейский Синод) стремились в течение последних нескольких лет изменить направление Церкви против воли их Отца и Старейшины. 10 лет тому назад остальные епископы были уверены, что Митрополит помрёт к тому времени, когда ему наступит 85 лет; но он продолжал жить. Тогда они стали надеяться, что он умрёт, когда ему станет 90 лет, но он всё ещё оставался здоровым и бодрым. В течение этого времени епископы вступили в тайные соглашения с людьми вне нашей Церкви с целью изменить курс Церкви.                   Взятые ими таким образом обязательства ставили их в затруднительное положение, так как они не могли исполнить их поскольку жив был их Отец Митрополит, глава семьи. В конце концов, на Архиерейском Соборе в октябре 2000 г., епископы приняли решения, полностью противоречащие воле Митрополита. И, хотя они и сумели заставить его согласиться с этими решениями в пылу заседания, после Собора, очутившись один, когда он смог подумать над этими решениями в спокойной обстановке, он осознал, что его принудили к согласию в момент, когда он был усталый. С целью исправить эти ошибки, он написал очень сильное осуждение решений, с которыми его заставили согласиться. Доктор тут заметила, что, конечно, решения вынужденные силой, юридически недействительны и были бы моментально аннулированы судом. Я продолжил свой рассказ о том, что Архиерейский Синод после этого попытался узурпировать власть Митрополита, который по правилам избирается пожизненно, после трёх дней запугиваний заставили его подписать письмо об уходе на покой, которое они подготовили. Отдохнув, Митрополит снова отозвал своё письмо об уходе на покой, назвав последний Архиерейский Собор собранием "безответственных".
           После открытия Собора и отказа Митрополита принимать в нём участие, епископы решили атаковать Митрополита путём удаления от него его личного секретаря, служившей Митрополиту в течение 12 лет. Когда Митрополит отказался смириться с этим и уехал из Синода в Канаду, Архиерейский Синод в отчаянии бросился в суд. Первым делом они обратились к суду в Нью-Йорке с заявлением, что Митрополит был похищен. Когда из этого ничего не вышло и он благополучно прибыл в Канаду, они обратились в канадский суд с просьбой объявить его недееспособным.
          Дорогие мои, слушайте правду: отчаявшись, Синод пытался объявить Митрополита недееспособным с тем, чтобы получить через суд то, что они не могли получить от руки Божией через вдохновение Духа Святого. Короче говоря, Архиерейский Синод продал своего Отца во Христе, Митрополита Виталия, за тридцать сребреников и выдал его в Синедрион на суд. Но, к изумлению Архиерейского Синода, даже Синедрион признал, что не было никаких оснований для обвинений и Митрополит был найден полностью дееспособным и был отпущен, чтобы продолжать свой труд в качестве Первоиерарха РПЦЗ.

Неудавшееся похищение Митрополита Виталия.
22 ноября 2001 г.

          22 ноября, утром Св.-Преображенский скит подвергся очередному вторжению полиции, сопровождавшей Михаила Донскова, одетого под епископа, иерея Павла Ивашевича и их адвоката.
          Митрополит увидав Донскова тихо промолвил: «анафема». Донсков вызвал Митрополита на частную беседу и они поднялись в митрополичьи покои, куда проникли и полицейские. Вскоре, внутри раздались крики, дверь распахнулась и Митрополита, одетого в пальто, вывели милиционеры и насильственно повели вниз. Митрополит громким голосом сказал присутствующим по английски: «Фотографируйте, покажите миру, как незаконно арестовывают главу Церкви». «Меня задерживают против моей воли и хотят меня увезти; я канадский гражданин и никуда не хочу уезжать, не хочу ехать в Нью-Йорк».               Друзья попытались оградить Митрополита, но полиция применила к ним физическую силу. Адвокат Михаила Донскова, со всей сатанинской злобой, схватил Митрополита за горло. Михаил Донсков также приложил усилия, чтобы ускорить движение. Увидав его, Митрополит сказал ему: «Я Вам запрещаю служить» и «Я с Вас снимаю сан», и предал его еще раз анафеме.
            Чтобы заглушить возражения Митрополита, ему приложили на лицо подушку. Митрополита буквально потащили к машине. Он упал. Его ослабевшего подняли и, подхватив под руки, затолкнули в машину.
            Свидетель, пытавшийся заснять все это на камеру, подвергся нападению, камера у него была отобрана и разбита.
            Эскорт уже собирался отъезжать, но в это время подъехала полиция, вызванная кем-то из насельников.
            Этим вопиющим фактом бесчиния, так называемый синод РПЦЗ Лавра показал свою звероподобную сущность: когда на Соборе 2000 г. было принято решение к пятидесятилетнему юбилею архиерейского служения Митрополита Виталия присвоить ему именование «блаженнейшего» с правом ношения второй панагии, — лишь бы Первоиерарх пропустил мимо своего внимания все планы отступления, предательства, — они хотели лестью добиться своего. Когда же этого не вышло и владыка выступил с рядом обличений в своих послесоборных посланиях, волки в овечьих шкурах показали себя, — никакого присвоения именования не последовало, была потребована от него отставка, а, впоследствии, им понадобилось еще и заглушить его голос, прибегнув к покушению. Увидав фотографии адвокаты воскликнули: «За 35 лет практики, мы никогда такого не видели»!
           Имущество Митрополита в США было захвачено. Его счета в Канаде и в США арестованы (впоследствии освобождены судеб­ным решением от марта 2003 г.).
Было захвачено также имущество и счета Общества Св. Иова Почаевского в ведении которого находится подворье в Монреале.

***

Comments