pisma08 (pisma08) wrote,
pisma08
pisma08

Св. Тихон Задонский (1724-1783 г.)

Въ мірѣ Тимоѳей, Соколовъ родился въ семьѣ бѣднаго дьячка Валдайскаго уѣзда Новогородской губ. Мать-вдова (отца онъ не помнилъ) въ такой нуждѣ жила, что рѣшила, было, отдать сына въ дѣти сосѣдку-ямщику. Вымолилъ Тимоѳея братъ старшій. Предъ смертію удалось матери отдать Тимоѳея въ новгородскую семинарію на «ка­зенный коштъ». Великую терпѣлъ онъ нужду. Однако, половину «казеннаго хлѣба» продавалъ, чтобы купить книгъ. Соученики смѣялись надъ нимъ, махали на него ошметками лаптей: «величаемъ тя...» Впослѣдствіи, вернувшись въ Новгородъ епископомъ, добродушно напомнилъ о томъ встрѣчавшему его духовенству Владыка. Онъ не искалъ епископства: душа его прилежала монашескому подвигу. Богъ судилъ иначе. Въ бытность его архимандритомъ и ректоромъ Твер­ской семинаріи шелъ вопросъ о новомъ епископѣ въ Синодѣ, и ме­тали жребій. Семь написано было именъ — и три раза вышло имя Тихона. Такъ и сталъ онъ архіереемъ. Проявивъ большую заботу о просвѣщеніи паствы и добромъ воспитаніи духовенства, на каѳедрахъ сначала Ладожской, а потомъ Воронежской, св. Тихонъ вернулся къ исходному своему намѣренію и удалился на покой; въ Задонскомъ монастырѣ провелъ онъ послѣдніе 16 лѣтъ жизни. Его образъ стоялъ передъ глазами Достоевскаго, когда онъ обдумывалъ старца Зосиму.

Тихонъ далеко выходитъ за предѣлы своего вѣка, принадлежа къ узкому кругу тѣхъ, кого можно именовать нашими отечественными «святыми отцами». Въ отличіе отъ св. Димитрія Ростовскаго, онъ не былъ не только изслѣдователемъ, но даже и просто «книжным». Библіотека его исчерпывалась семинарскими учебными пособіями, въ значительной мѣрѣ принадлежавшими школамъ или схоластической или протестантской, и немногими святыми отцами. Схоластика дала св. Тихону формальную выправку, никакого внутренняго слѣда не оставивъ; протестантская обращенность къ сердцу утонула въ «умномъ дѣланіи». Живымъ оставалось общеніе съ Іоанномъ Златоустомъ (преимущественно), съ Макаріеыъ Египетскимъ, съ блаженньшъ Августиномъ. Но основной источникъ вдохновенія былъ иной. О томъ, какъ писалъ свои творенія св. Тихонъ, повѣдали намъ просто и ясно келейники его, по счастію оставившіе записки: Иванъ Еѳииовъ и Чеботаревъ.

«Какъ я изъ устъ его слыхалъ, сообщаетъ первый, да и по моему замѣчанію, когда я что писывалъ у него, слово его столь иногда ско­ротечно изъ устъ его проистекало, что я не успѣвалъ писать. А когда не столь Духъ Святый въ немъ дѣйствовалъ, то отъ непространныхъ его мыслей или малой задумчивости, отсылалъ онъ меня въ свою ке­лью, а самъ, вставъ на колѣна, а иногда крестообразно распростертъ, маливался со слезами Богу о ниспосланіи Вседѣйствующаго. Призвавъ же паки меня, начнетъ говорить такъ пространно, что я не успѣвалъ иногда рукою водить пера». Однажды «во время сочиненія» своей шеститомной книги объ Истинномъ Христіанствѣ, «лежа на кровати и какъ бы въ нѣкоемъ восторгѣ бывши, слышитъ онъ надъ собою ан­гельское пѣніе, котораго пріятность онъ не въ состояніи былъ изъяс­нить языкомъ, и, что было пѣто, кромѣ множества голосовъ согласныхъ, не понималъ. Это продолжалось болѣе 10 мииутъ; потомъ какъ бы по удару въ небольшой колокольчикъ, пѣніе тое тотчасъ окончилось, и онъ очувствовавшись всталъ въ великомъ прискорбіи, что малое вре­мя продолжалось тое пѣніе». Были и другія видѣнія, которыя «были ему немалымъ побужденіемъ къ лучшему выраженію сочиненій своихъ». Было видѣніе ему съ самого креста идущаго Христа, когда св. Тихонъ размышлялъ о страстяхъ Господнихъ—для «сочиненія». Бро­сился онъ къ ногамъ Христовымъ, лобызая ихъ, и воскликнулъ: «И Ты ли Спасителю мой, ко мнѣ идеши?» «Отъ того часа онъ еще болѣе сталъ углубляться въ размышленіе о страданіяхъ Его и объ искупленіи рода человѣческаго».

Чтеніе св. Писанія занимало всѣ досуги св. Тихона, вызывая сле­зы умиленія. Особенно, сообщаетъ Чеботаревъ, умиляло его чтеніе прор. Исаіи. За трапезой, бывало, прикажетъ: «паки читай сію главу; самъ же, положа ложку, начнетъ плакать». Даръ слезный былъ ему данъ. Отдавался онъ молитвѣ нерѣдко и на свѣжемъ воздухѣ, причемъ приказывалъ: «когда тебѣ необходимая надобность ко мнѣ, не доходя покашляй, чтобы я оглянулся». Однажды Чеботаревъ «много кашлялъ, но онъ въ такомъ глубокомысліи былъ, что ничего не чувствовалъ, самъ же на колѣняхъ стоялъ лицомъ на востокъ, руки подняв­ши къ небесамъ». Такъ былъ напуганъ Владыка, когда подошелъ все же к нему келейникъ, что «даже потъ пошелъ отъ него», и онъ сказалъ: «вотъ сердце у меня какъ голубь дрожитъ». «Когда на него на­ходило искушеніе, то онъ говаривалъ: «не знаю, куда себя дѣвать, братецъ; или ты не чувствуешь, что въ келліи смрадъ?» Скажешь: я не чувствую. Онъ скажетъ: «возьми дегтю и налей на полъ», ибо дегтяной запахъ любилъ».

Творенія св. Тихона сплошное духовное поученіе, отъ сердца идущее. Слово Божіе изъясняется житейскими образами и подобіями и становится доступнымъ самому простому сознанію. Это достигает­ся не «упростительствомъ», низводящимъ великое до уровня обыден­ности, а той небесной простотой, которой овѣяно Евангеліе. Свою спо­собность эту, или, какъ говорилъ архіеп. Филаретъ «свой небесный даръ объяснять невидимое видимымъ», самъ св. Тихонъ, въ своемъ главномъ сочиненіи «О истинномъ христіанствѣ» изъяснялъ такъ, примѣнительно къ 146 «пунктамъ» на тему: «Случай и духовное отъ того разсужденіе»:

«Примѣчай здѣ, христіанине: 1) Сіи пункты служатъ къ изъясненію слѣдующихъ моихъ предложеній и разсужденій.. 2) Сіи пун­кты, взятыя отъ различныхъ вещей, чувствамъ подлежащихъ, и приложенныя къ невидимымъ, наипаче полагаются ради простаго народа, который не можетъ понять ученія о духовныхъ вещахъ. Ничимъ бо такъ не изъясняется и понятнымъ дѣлается и въ память углубляется чтеніе, какъ подобіями тѣхъ вещей, которыя чувствамъ нашимъ подлежатъ и передъ глазами нашими обра­щаются. Откуду видимъ, что и въ священныхъ книгахъ премного таковыхъ подобій имѣется, которыми спасительное ученіе изъясняется и небесныя и духовныя вещи земными и видимыми доказываются, какъ-то: слово Божіе — сѣмени, грѣшники — болящимъ, непросвѣщенные благодатію Божіею — слѣпымъ, неизвѣстный втораго Хри­стова пришествія день татю, въ нощи приходящему, уподобляются и проч. 3) Вещь едина другой подобна бываетъ не во всемъ, но въ нѣкоторыхъ только свойствахъ: того ради и о подобіяхъ, какъ здѣ, въ семъ параграфѣ, такъ и въ прочихъ мѣстахъ приведенныхъ, разумѣть должно тоежде, что они въ нѣкіихъ только свойствахъ сходны съ тѣми вещами, которыя изъясняютъ. 4) Чтобы отъ видимыхъ къ неви­димымъ разсужденіе обращать и тако духовно пользоваться, требуется размышленіе вѣрою, которое за основаніе свое имѣетъ Божіе сло­во, управляемое и утверждаемое, безъ которой удобно погрѣшить мо­жно».
Желаніе приблизить Слово Божіе елико возможно народу побу­дило св. Тихона думать о переводѣ Новаго Завѣта на русскій языкъ — «на нынѣшній штиль, дабы простолюдинамъ было внятно и чтобы для полезнаго чтенія многихъ было напечатано на одной сторонѣ, какъ нынѣ есть, славянскъ, а на другой внятнымъ переводомъ». Самъ святитель задумывалъ исполнить этотъ переводъ, но за слабостію здоровья долженъ былъ отказаться отъ этого намѣренія.

Самой большой извѣстностію пользуется изъ твореній св. Тихона сочиненіе его, написанное на склонѣ лѣтъ, подготовленное имъ къ печати, но вышедшее уже послѣ его смерти (1784 г.), а потомъ много­кратно переиздаваемое: «Сокровище духовное, отъ міра собираемое. Какъ купецъ отъ различныхъ странъ собираетъ различные товары, и въ домъ свой привозитъ, и скрываетъ ихъ; такъ христианину мо­жно отъ міра сего собирать душеполезныя мысли и слагать ихъ въ клѣти сердца своего, и тѣмъ душу свою созидать». Чего только не найдемъ мы въ заглавіяхъ! Міръ; солнце; отецъ и дѣти ; лоза и розги ; брань; путникъ; завѣса, или покрывало; воротись, не туда пошелъ! плачъ; свѣща горящая; тина или грязь на днѣ ключа; зеркало; вода мимотекущая и т. д. Больше всего къ этому исполненному Христовой благодати сочиненію подходятъ выразительныя слова, сказанныя вообще по поводу св. Тихона авторомъ монографіи, ему посвященной, священникомъ Тихономъ Поповымъ: «Христосъ Спаситель у св. Ти­хона ходитъ по русской территоріи, мыслитъ русскими понятіями, говорить русскимъ языкомъ».

Остались отъ св. Тихона наставленія его по отдѣльнымъ случаямъ. Остались нѣкоторыя письма: то, что не успѣлъ при свиданіи ска­зать поучительнаго святитель — въ догонку пишетъ порою онъ. Въ каждой строчкѣ, вышедшей изъ подъ его пера, сіяетъ духъ его свѣтлый, неся утѣшеніе, радость, назиданіе, возбуждая къ духовной жизни, вводя въ духовную жизнь. «Возстани спяй» — не случайно такъ наименовалъ Ѳеофанъ Затворникъ выпущенный имъ сборникъ поученій св. Тихона. И если учительство было особенно дѣйственно въ устахъ св. Тихона, то потому, что неизреченно было его смиреніе. Оно слышится въ тонѣ его голоса неизмѣнно. Оно проявлялось и въ его жизни въ формахъ изумительныхъ.

Сидѣлъ однажды святитель на крылечкѣ своей кельи. Подбѣгаетъ юродивый, тутъ же игравшій съ дѣтьми — и ударяетъ святителя по щекѣ. И говоритъ при этомъ: «не высокоумь!» А дѣйствительно — налетѣлъ на святаго соблазнъ высокоумія въ это время, и боролся онъ съ нимъ. Всталъ владыка, поблагодарилъ юродиваго за урокъ, и до конца дней помогалъ ему. . . Но малымъ, слишкомъ малымъ считалъ себя св. Тихонъ въ своемъ смиреніи. Началъ онъ молить Бога, чтобы посѣтила его болѣзнь, и тогда удобнѣе стало бы ему бороться съ горячностью своей и обучиться дѣйствительному смиренномудрію и кротости. Сонное видѣніе было отвѣтомъ. Священникъ выходитъ изъ царскихъ вратъ съ младенцемъ на рукахъ. Спрашиваетъ очень любившій дѣтей святитель младенца, прекраснаго собою, какъ имя его. Отвѣтъ - Василій (Царь). Цѣлуетъ младенца святой въ правую щеку, а тотъ ударяетъ его въ лѣвую. Отъ боли просыпается св. Ти­хонъ — «вставъ чувствуетъ и видитъ у себя лѣвую руку трясущеюся и ослабленіе лѣвой ноги». И такъ онъ съ той поры преуспѣлъ въ кротости и смиреніи, что «и за правильный выговоръ послѣднему келейнику изъ простыхъ и грубыхъ мужиковъ, повару, если увидитъ его оскорбившагося на него, кланялся объ-руку, испрашивая проще­нія». Передъ уходомъ изъ этой жизни были вновь свѣтлыя видѣнія...

Митрополитъ Филаретъ сказалъ о твореніяхъ св. Тихона: «жи­вая проточная рѣка съ золотымъ пескомъ». Самъ святитель тайну доходчивости своихъ твореній до сердецъ простыхъ раскрылъ въ слѣдующихъ простыхъ словахъ, сказанныхъ имъ о собственныхъ своихъ сочиненіяхъ: «Здѣ ищется польза, а не услажденіе; спасеніе, а не человѣкоугодіе ... разсужденіе полагается просто и кратко, просто ра­ди лучшаго понятія простѣйшему народу, кратко, чтобы не скучно было чаще прочитывать читателю». Еп. Ѳеофанъ и мірянамъ и священникамъ совѣтовалъ чаще и больше читать творенія св. Тихона.

Архимандритъ Константинъ.
Православная Жизнь, 1965, 9.
***
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author