pisma08

Category:

НОВОМУЧЕНИКИ МАРИУПОЛЯ – 1937 г.

Следственное дело №10536 2.

19 сентября 1937 года в г. Мариуполе, в соответствии с выписанным ордером, были арестованы: Шумаков Николай Семенович, Жежеленко Орест Игнатьевич, Станецкий Борис Васильевич, Гонтаревский Федор Викторович, Окиншевич Лев Федорович, Кретинин Василий Васильевич, Арнаутов Михаил Васильевич.

Все они были разного возраста. Всех их объединяло одно: принадлежность к Русской Православной Церкви. В ней они долгие годы несли нелегкий крест пастырства. Все они были священниками. О. Михаил Арнаутов был в свое время благочинным мариупольского округа.

Всем им было предъявлено обвинение в контрреволюционной деятельности

Вот строки из обвинительного заключения, датированного 23 октября 1937 года. «Я, опер. Уполномоченный 4 отд. УГБ Мариупольского Горотдела НКВД сержант Государственной Безопасности Пашков, рассмотрел 23 октября 1937г. следственное дело по обвинению служителей религиозного культа: Шумакова Николая Семеновича, 1888 г., уроженца с. Любимовка Нижнениколаевского района Днепропетровской области. Жежеленко Ореста Игнатьевича, 1879 г., с. Алферове Днепропетровской области. Станецкого Бориса Васильевича, 1899 г., с. Новоселовка Чубаровского района БССР. Кретинина Василия Васильевича, 1874г. Гонтаревского Петра Федоровича, 1871г. Арнаутова Михаила Васильевича, 1872 г. Группа попов - тихоновцев, в лице перечисленных, являются ярыми монархистами, тесно связанными между собой по контрреволюционной деятельности. Руководители Арнаутов и Жежеленко. Последние неоднократно устраивали у себя на квартире нелегальные контрреволюционные сборища, на которых давались установки вышеуказанным попам, проводить среди верующих контрреволюционную агитацию против Партии и Советской власти. Кроме того, вышеуказанные попы монархисты прививали среди окружающих повстанческие тенденции на борьбу с Советской властью..."

Сделаем небольшую паузу. Трудно через годы читать документы из прошлого. Разве в состоянии бумага передать чувства тех, кто оставил на ней свой след. Для одних это был след карандаша. Для других - след крови. Имеем непреложный исторический факт: следователь НКВД сам называет арестованных священников, на языке служителя трудового народа, попами-монархистами и тихоновцами. Подчеркивает, они призывали на борьбу против существовавшего тогдашнего строя - Советской власти. Считает группу священников непримиримыми врагами той же Советской власти. Для чего я останавливаю внимание читателя на этих фактах? Для того, чтобы впоследствии он не забыл их, ибо они стали не только основными в обвинении православных священников. Они станут позже обвинительным свидетельством против тех, кто, надев православные одежды, станет служить Советской власти и молиться за нее, за ее вождей и их сегодняшних наследников. Но продолжим вчитываться в материалы следственного дела.

Из показаний свидетелей. Я, намеренно не стану называть их имена. 

Один свидетель: «Станецкий Борис выполнял нелегально религиозные требы. Проводил антисоветскую агитацию, рассказывал о загробной жизни... Монархически настроены. Собирают систематические средства для помощи священникам, находящимся в ссылке. Проповедуют повстанческие идеи для борьбы с Советской властью, о. Михаил Арнаутов, когда приехал из области работник по реквизиту, вызвал к себе священников и инструктировал их, как себя вести. Что, если потребуют отречься от сана, не делать этого. Что скоро будет крестовое нашествие и тогда отрекшиеся не будут допущены к Церкви. Жежеленко ходит по квартирам и проповедует, что скоро конец Советской власти. Он создал из фанатичных верующих женщин отряд «кликуш», под названием «сестричества», проводит с ними антисоветские беседы, с помощью их распространяет слухи, дающие пищу контрреволюционным действиям».

Из показаний другого свидетеля: «Проводят монархическую агитацию. Поминают Царя. Рисуют перед верующими блаженства жизни при Царе. Что Царь жив и скоро Царь и религия снова станут утешениями в счастливой жизни людей. Говорят, что скоро рассчитаются с коммунистами и их вождями. В своих молитвах призывают проклятия на голову коммунистов и молятся о гибели Советской власти. Собирали подписи, писали коллективное письмо об освобождении епископа Антония. Посылали в ссылку человека с деньгами и продуктами. Требовали возвращения епископа Антония обратно в епархию».

Скупые строки, но за ними непримиримая борьба. Что ставят в вину арестованным священникам? Что монархисты и поминают Царя? Но вот свидетельство митрополита Киевского и Галицкого Владимира, принявшего мученическую смерть от слуг Советской власти: «Если священник не монархист, то как же он может молиться Богу, ведь на небе ЦАРЬ?». Что проклинают в своих молитвах Советскую власть? Но как можно молиться за тех, кто своей основной задачей поставил борьбу с Богом и его земным уделом - Святой Русью. Как можно молиться за слуг сатаны? Что собирают деньги и продукты в поддержку высланным священникам? Но, это - долг каждого христианина - помочь страждущим в неволе. Что отправляют нелегальные требы? Но, как оставить людей без исповеди, покаяния и причащения Святых Христовых Таин? Что проповедуют повстанческие идеи и призывают на борьбу с Советской властью? Но вот примеры из книг Священного Писания. Для начала из Ветхого Завета.

Величайший из пророков - Илия, сделал так, что Небесный Огонь попалил двух пятидесятников, отступивших от Бога, а четыреста человек он, собственноручно изрубил мечом. «И послал к нему пятидесятника с его пятидесятком. И он взошел к нему, когда Илия сидел на верху горы, и сказал ему: человек Божий! Царь говорит: сойди. И отвечал Илия, и сказал пятидесятнику, если я человек Божий, то пусть сойдет огонь с неба и попалит тебя и твой пятидесяток. И сошел огонь с неба и попалил его и пятидесяток его.»

Когда увидел Иуда Макковей, что отступили люди от Бога и поклоняются идолам, всех велел изрубить мечами. «И восстал вместо него Иуда, называемый Макковей... И помогали ему все братья его и все, которые были привержены к отцу его, и вели войну Израиля с радостью. Он распространил славу народа своего ...Он преследовал беззаконных, отыскивая их, и возмущающих народ его, сожигал» (1 Мак.3,1.8).

В Новом Завете святой апостол Павел силой молитвы предал смерти Симона волхва, основателя ереси. Подобным же образом святой Иоанн Богослов молитвою утопил в море Кинопса волхва. Точно так и святой апостол Филипп велел земле поглотить первосвященника, хулившего Господа нашего Иисуса Христа.

Проповедуя Евангелие в Греции, апостол Филипп творил многие чудеса, исцелял болезни, воскресил одного мертвеца силою Христовою. Это чудо привело в изумление живших там иудеев и они послали в Иерусалим к архиереям и князьям иудейским известия, что пришел к ним какой-то неизвестный человек, именем Филипп, и, проповедует имя Иисусово, которым изгоняют бесов и исцеляют всякие болезни, и, даже, воскресил одного умершего именем Иисусовым, и уже многие уверовали во Христа. Вскоре прибыл из Иерусалима в Грецию один архиерей с книжниками, озлобленный и раздраженный на Филиппа. Облекшись в свою архиерейскую одежду, он гордо воссел на судейское место в присутствии множества народа, как иудеев, так и язычников. Приведен сюда был и апостол Филипп и поставлен среди собрания. Окинув его грозным взглядом, архиерей с гневом стал говорить: «Не довольно ли было с тебя Иудеи, Галилеи и Самарии, чтобы прельщать простых и неученых людей, но ты и сюда пришел к мудрым эллинам, чтобы распространять соблазн, которому научился от Иисуса, противника закона Моисеева, за что Тот был осужден, распят на Кресте и умер позорною смертью, и только ради бывшего в то время праздника Пасхи был погребен, а, вы, ученики Его, украли Его тайно и, для обольщения многих всюду разглашали, что Он Сам воскрес из мертвых». Когда архиерей произнес эти слова, толпа закричала на Филиппа: «Что ответишь ты, Филипп?» И произошел большой шум в народе. Одни стояли за то, чтобы Филипп был тотчас же убит, а другие, чтобы он был отведен на казнь в Иерусалим. Тогда святой апостол отверз уста свои и сказал архиерею: «Напрасно возлюбил ты суету и говоришь ложь. Зачем сердце твое остается окаменелым и не хочешь исповедывать Истины? Не вы ли приложили печать ко гробу и приставили стражу, а золото дали воинам, чтобы они солгали, будто во время их сна Его мертвого украли ученики Его? Как же ты теперь не стыдишься искажать истину?. Самые печати гробные послужат в день суда ясными обличителями вашей лжи, как свидетели истинного Воскресения Христова». На эти слова апостола архиерей разгневался еще более и в безумной злобе бросился на него, желая сам схватить и убить апостола, но в ту же минуту ослеп и почернел. Присутствующие, видя совершившееся, приписали это волнованию, и, бросившись на Филиппа, хотели погубить его, как волхва, но всех желающих постигло то же наказание, что и архиерея. При этом земля сильно колебалась, и все затрепетали от страха и признали великую силу Христову. Апостол Филипп, видя их слепоту душевную и телесную, прослезился над ними и обратился с молитвою к Богу, прося просветить их, и вот по молитве святого, свыше было послано исцеление всем пострадавшим. Это чудо заставило многих обратиться ко Христу и уверовать в него. Но, архиерей, все еще ослепленный злобой, не только не хотел, после постигшего его наказания исправиться и познать Истину, но вновь стал произносить многие хулы на Господа нашего Иисуса Христа. Тогда его поразила еще большая казнь. Внезапно земля, разверзшись, поглотила его, как некогда Дафана и Авирона (житие ап. Филиппа, 14 ноября).

Если так поступали с врагами Господа святые пророки и апостолы, то как же могли не призывать Божью кару на врагов Православия, заливших кровью и распявших Святую Русь, православные священники? Вот, если бы они молились за тех, кто распинал, насиловал Русь, хулил и кощунствовал над святыми мощами, разрушал церкви, вот тогда бы они были настоящими преступниками, иудами в рясах. Скоро, увы, найдутся и такие. Но тогда, сидя в подвалах мариупольской тюрьмы после допросов, они истово и горячо молились Господу, дабы дал силы выдержать муки и не поступиться верой ради жизни земной. И Господь даровал им эти силы. Они выдержали и не стали иудами. А стали мучениками за Христа. Ни один из них не признал себя виновным в контрреволюционной деятельности. Они честно исполняли свой долг пастырей Русской Православной Церкви. Они свято следовали по пути, указанном Патриархом-мучеником Тихоном, предавшем анафеме Советскую власть.

В материалах следственного дела не раз и не два можно прочесть «попы-тихоновцы». Следователь, словно подчеркивает последнее слово. Заостряет на нем внимание. Почему написано не просто попы, а «попы-тихоновцы»?

О. Михаила Арнаутова арестовывали до последнего ареста дважды: в 1926 и 1933 году. Причина для ареста: контрреволюционная агитация и связь с епископом Мариупольским Антонием.

Николай Шумаков родом из крестьян-бедняков. Окончил Екатеринославскую церковно-учительскую семинарию, служил священником до января 1930 года. В том же году был арестован по статье 54. Был выслан на Соловки, потом на Беломорканал.

Орест Жежеленко к моменту ареста безприходный священник. Происходил из духовного звания. За контрреволюционную агитацию был арестован на четыре месяца. Борис Станецкий к моменту ареста не имел советского паспорта. Из крестьян-кулаков. Раскулачен с лишением избирательных прав. По профессии - хлебороб. После революции - служитель религиозного культа.

Лев Окиншевич из духовного звания. Окончил Мариупольское духовное училище. До 1932года дьяк- псаломщик.

Василий Кретинин. Сын священника. До революции - священник. В 1933 году отказался от сана.

Федор Гонтаревский - безприходный священник.

Без труда можно заметить, что к моменту ареста никто из арестованных не служил в храмах Мариуполя. Храмы только-только начали уничтожать. Почему же арестованные священнослужители оказались вне стен храма? Для выяснения этой причины перевернем календарь на десять лет назад.

1927 год. В свет выходит Послание пастырям и пастве тогдашнего заместителя местоблюстителя Патриаршего престола Митрополита Сергия (Страгородского). В историю Русской Православной Церкви этот документ вошел под названием «Декларации митрополита Сергия». Чтобы не получить упреков в сознательном подборе фактов из Послания митрополита Сергия, приведу дословно полный текст.

ПОСЛАНИЕ ПАСТЫРЯМ И ПАСТВЕ (29 июля 1927 г.) 

Божиею милостию, Смиренный Сергий, Митрополит Нижегородский, заместитель Патриаршего Местоблюстителя и временный патриарший Священный Синод — преосвященным архипастырям, боголюбивым пастырям, честному иночеству и всем верным чадам Святой Всероссийской Православной Церкви «о Господе радоваться».

Одною из забот почившего Святейшего отца нашего Патриарха Тихона перед его кончиной было поставить нашу Православную Русскую Церковь в правильные отношения к Советскому правительству и тем дать Церкви возможность вполне законного и мирного существования. Умирая, Святейший говорил: «Нужно бы пожить еще годика три». И, конечно, если бы неожиданная кончина не прекратила его святительских трудов, он довел бы дело до конца. К сожалению, разные обстоятельства, а главным образом выступления зарубежных врагов Советского государства, среди которых были не только рядовые верующие нашей Церкви, но и водители их, возбуждая справедливое недоверие Правительства к церковным деятелям вообще, «мешали» усилиям Святейшего, и ему не суждено было при жизни видеть своих усилий увенчанными успехами.

Ныне жребий быть временным заместителем Первосвятителя нашей Церкви опять пал на меня, недостой­ного Митрополита Сергия, а вместе со жребием пал на меня и долг продолжать дело почившего и всемерно стремиться к мирному устроению наших церковных дел. Усилия мои в этом направлении, разделяемые со мною и православными архипастырями, как будто не остаются безплодными: с учреждением при мне временного патриаршего Священного Синода укрепляется надежда на приведение всего нашего церковного управления в должный строй и порядок, возрастает и уверенность в возможности мирной жизни и деятельности нашей в пределах закона. Теперь, когда мы почти у самой цели наших стремлений, выступления наших зарубежных врагов не прекращаются: убийства, поджоги, налеты, взрывы и им подобные явления подпольной борьбы у нас у всех на глазах. Все это нарушает мирное течение жизни, созидая атмосферу взаимного недоверия и всяческих подозрений. Тем нужнее для нашей Церкви и тем обязательнее для нас всех, кому дороги ее интересы, кто желает вывести ее на путь легального и мирного существования, тем обязательнее для нас теперь показать, что мы, церковные деятели, не с врагами нашего Советского государства и не с безумными орудиями их интриг, а с нашим народом и Правительством. Засвидетельствовать то и является первой целью настоящего нашего (моего и синодального) послания. Затем извещаем вас, что в мае текущего года по моему приглашению и с разрешения власти организовался временный при заместителе патриарший Священный Синод в составе нижеподписавшихся (отсутствуют преосвященный Новгородский Митрополит Арсений, еще не прибывший, и Костромской архиепископ Севастиан, по болезни). Ходатайство наше о разрешении Синоду начать деятельность по управлению Православной Всероссийской Церковью увенчалось успехом.

Теперь наша Православная Церковь в Союзе имеет не только каноническое, но и по гражданским законам вполне легальное центральное управление; а мы надеемся, что легализация постепенно распространится и на низшее наше церковное управление: епархиальное, уездное и т. д. Едва ли нужно объяснять значение и все последствия перемены, совершающейся таким образом в положении нашей Православной Церкви, ее духовенства, всех церковных деятелей и учреждений...

Вознесем же наши благодарственные молитвы ко Господу, тако благоволившему о Святой нашей Церкви. Выразим всенародно нашу благодарность и Советскому правительству за такое внимание к духовным нуждам православного населения, а вместе с тем заверим Пра­вительство, что мы не употребим во зло оказанного нам доверия.

Приступив, с благословения Божия, к нашей синодальной работе, мы ясно сознаем всю величину задачи, предстоящей как нам, так и всем вообще представителям Церкви. Нам нужно не на словах, а на деле показать, что верными гражданами Советского Союза, лояльными к советской власти, могут быть не только равнодушные к православию люди, не только изменники ему, но и самые ревностные приверженцы его, для которых оно дорого, как истина и жизнь, со всеми его догматами и преданиями со всем его каноническими богослужебным укладом. Мы хотим быть православными и в тоже время сознавать Советский Союз нашей гражданской родиной, радости и успехи которой - наши радости и успехи, а неудачи - наши неудачи.

Всякий удар, направленный в Союз, будь то война, бойкот, какое-нибудь общественное бедствие или просто убийство из-за угла, подобное варшавскому, сознается нами как удар, направленный в нас. Оставаясь православными, мы помним свой долг быть гражданами Союза «не только из страха, но и по совести», как учил нас апостол (Рим. XIII, 5). И мы надеемся, что с помощью Божиею, при нашем общем содействии и поддержке, эта задача будет нами разрешена.

Мешать нам может лишь то, что мешало и в первые годы советской власти устроению церковной жизни на началах лояльности. Это — недостаточное сознание всей серьезности совершившегося в нашей стране. Учреждение советской власти многим представлялось недоразумением, случайным и потому недолговечным.

Забывали люди, что случайностей для христианина нет, и что в совершившемся у нас, как везде и всегда, действует та же Десница Божия, неуклонно ведущая каждый народ к предназначенной ему цели. Таким людям, не желающим понять «знамений времени», и может казаться, что нельзя порвать с прежним режимом и даже с монархией, не порывая с православием. Такое настроение известных церковных кругов, выражавшееся, конечно, и в словах и в делах и навлекавшее подозрение советской власти, тормозило и усилия Святейшего Патриарха установить мирные отношения Церкви с Советским правительством. Недаром ведь апостол внушает нам, что «тихо и безмятежно жить» по своему благочестию мы можем, лишь повинуясь законной власти (1 Тим. II, 2), или должны уйти из общества. Только кабинетные мечтатели могут думать, что такое огромное общество, как наша Православная Церковь, со всей ее организацией, может существовать в государстве спокойно, закрывшись от власти. Теперь, когда наша Патриархия, исполняя волю почившего Патриарха, ре­шительно и безповоротно становится на путь лояльности, людям указанного настроения придется или переломить себя и, оставив свои политические симпатии дома, приносить в церковь только веру и работать с нами только во имя веры, или, если переломить себя они сразу не смогут, по крайней мере не мешать нам, устранившись временно от дела. Мы уверены, что они опять и очень скоро возвратятся работать с нами, убедившись, что изменилось лишь отношение к власти, а вера и православная жизнь остаются незыблемы.

Особенную остроту при данной обстановке получает вопрос о духовенстве, ушедшем с эмигрантами за границу. Ярко противосоветские выступления некоторых наших архипастырей и пастырей за границей, сильно вредившие отношениям между Правительством и Церковью, как известно, заставили почившего Патриарха упразднить заграничный Синод (5 мая—23 апреля 1922 года). Но Синод и до сих пор продолжает существовать, политически не меняясь, а в последнее время своими притязаниями на власть даже расколол заграничное Церковное общество на два лагеря. Чтобы положить этому конец, мы потребовали от заграничного духовенства дать письменное обязательство в полной лояльности к Советскому правительству во всей своей общественной деятельности. Не давшие такого обязательства или нарушившие его будут исключены из состава клира, подведомственного Московской Патриархии. Думаем, что, размежевавшись так, мы будем обеспечены от всяких неожиданностей из-за границы. С другой стороны, наше постановление, может быть, заставит многих задуматься, не пора ли и им пересмотреть вопрос о своих отношениях к советской власти, что бы не порывать со своей родной Церковью и Родиной.

Не менее важной своей задачей мы считаем и при­готовление к созыву и самый созыв нашего второго По­местного Собора, который изберет нам уже не временное, а постоянное центральное церковное управление, а также вынесет решение и о всех «похитителях власти» церковной, раздирающих хитон Христов. Порядок и время созыва, предметы занятий Собора и прочие подробности будут выработаны потом. Теперь же мы выразим лишь наши твердые убеждения, что наш будущий Собор, разрешив многие наболевшие вопросы нашей внутренней церковной жизни, в то же время своим соборным разумом и голосом даст окончательное одобрение и предпринятому нами делу установления правильных отношений нашей Церкви к Советскому правительству.

В заключение усердно просим вас всех, преосвященные архипастыри, пастыри, братия и сестры, помогите нам каждый в своем чину вашим сочувствием к делу Божию, вашей преданностью и послушанием Святой Церкви, в особенности же вашими за нас молитвами ко Господу, да даст Он нам успешно и богоугодно совершить возложенное на нас дело к славе Его Святого Имени, к пользе Святой Нашей Православной Церкви и к нашему общему спасению.

Благодать Господа Нашего Иисуса Христа и любы Бога и Отца и причастие Святого Духа буди со всеми вами. Аминь.

За Патриаршего Местоблюстителя —

СЕРГИЙ МИТРОПОЛИТ Нижегородский. 

Члены Временного Патриаршего Священного Синода: 

СЕРАФИМ — Митрополит Тверской.

СИЛЬВЕСТР — Архиепископ Вологодский.

АЛЕКСИИ — Архиепископ Хутынский, управляющий Новгородской Епархией.

АНАТОЛИИ — Архиепископ Самарский.

ПАВЕЛ — Архиепископ Вятский.

ФИЛИПП — Архиепископ Звенигородский, управляющий Московской епархией,

КОНСТАНТИН — епископ Сумской, управляющий Харьковской епархией.

СЕРГИИ - епископ Серпуховской — управляющий делами.

29 июля 1927 г.

Москва

Из всего текста «Декларации», дорогие братия и сестры, хочу обратить ваше внимание на фразу: «Всякий удар, направленный в Союз, будь то война, бойкот, какое-нибудь общественное бедствие или просто убийство из-под угла, подобно варшавскому, сознается нами как удар, направленный в нас».

Остановимся на словах о варшавском убийстве. Кого убили в Варшаве? О ком так горюет митрополит Сергий? В Варшаве русским патриотом Борисом Ковердой был убит советский полномочный представитель Воейков. Настоящая его фамилия -Пинхус. Советский полпред был одним из тех изуверов, что осуществили ритуальное убийство Царской Семьи. Вот за кого призывал молиться митрополит Сергий. За изуверов, растерзавших, аки хищные звери, Православную Россию. Митрополит Сергий льет слезы по изуверу, участвовавшему в уничтожении Царской Семьи, а мариупольские священники молятся за Царя. 

Вот вам и объяснение, почему после выхода Декларации мариупольское священство, в основной массе, отказалось ее принимать. И очень скоро священники, не принявшие «Декларацию», другими словами, не желавшие покориться красному дракону, начинают удаляться из мариупольских храмов. Вместе с ними оттуда уходят и прихожане. Вот с этого-то 27 года, тех, кто не принял Декларацию митрополита Сергия, оставшись верным заветам Патриарха- мученика Тихона, предавшего Советскую власть анафеме, начинают называть тихоновцами. В тогдашней Советской России это название становилось синонимом слова «разбойник, нежелательный элемент, враг, контрреволюционер, белогвардеец». Эти бранные слова в устах комиссаров, а затем сменивших их партработников, долгие годы отравляли жизнь многих людей. Людей достойных, настоящих патриотов своего Отечества - ПРАВОСЛАВНОЙ РОССИИ.

Священников лишили всего: насущного куска хлеба, обрекая на голод их семьи. Лишили дела, которым они жили - служения людям. Их запугивали и обещали все вернуть, только признайте Сергия и его детище - «Декларацию». Не признали. Не поклонились красному дракону и его слугам.

Когда я читал документы уголовного дела, меня переполняла радость: Православная Россия пошла на свою Русскую Голгофу. И среди миллионов православных были и наши мариупольские священнослужители. Они взошли на свою мариупольскую Голгофу. Тем самым, оставив нам возможность вырваться из духовного плена красного дракона. Из простых священнослужителей они стали новомучениками и исповедниками Христовыми. Они молятся за нас там, у престола Господня. И ждут, когда мы, отбросив суету и перестав верить лжи, станем молиться им, новомученикам и исповедникам мариупольским, и наша совместная молитва умилостивит Господа Иисуса Христа и Пресвятую Богородицу, имя которой носит наш город, и они простят нам наши прегрешения, среди которых одно из самым тяжких — непочитание тех, кто своей кровью исповедал Христа.

Семеро мариупольских священнослужителей, арестованных в один день, в один день были приговорены к расстрелу. Приведу лишь одну выдержку: «Выписка из протокола №37 Тройки УНКВД Донецкой области. Дело Мариупольского ГО НКВД №200 по обвинению Жежеленко О.И. Ярого монархиста. Обвиняется в том, что был тесно связан с протоиереем Арнаутовым и другими, проводил активную повстанческую и контрреволюционную деятельность. Приговор: расстрелять. Имущество конфисковать». Тот же приговор в отношении всех остальных. И еще одна справка, подписана неким Соломоновым: «Приговор над Арнаутовым Михаилом Васильевичем в порядке приказа НКВД № 00447 приведен в исполнение. Дата 1.03.38г». Запомните, дорогие братие и сестры, эту дату.

В этот день были расстреляны семеро мариупольских священнослужителей. Истинных пастырей. Не предавших Христа. Не изменивших Ему. Они предпочли смерть, но не предательство Спасителя. Этот день должен стать для каждого истинного православного днем памяти новомучеников и исповедников мариупольских. Пока нам известны имена семерых. Но их было неизмеримо больше, истинных православных, не предавших Христа. Среди них были миряне. О них наш рассказ впереди. А пока, давайте станем на колени и помолимся им, новомученикам мариупольским: Михаилу, Оресту. Борису, Льву, Василию, Феодору, Николаю. 

[…]

Святые новомученики и исповедники мариупольские: Михаиле, Оресте, Борисе, Льве, Николае, Феодоре, Василие, и иже с ними, доселе нам неведомые, но Богу знаемые, молите Бога о нас, грешных. О нашем граде Мариуполе, да не превратится он в вертеп разбойников, а станет градом благочестивых людей, свято почитающих заповеди Божьи, Пресвятую Богородицу, память Святителя Игнатия и вашу светлую память.

Написана сия рукопись рабом Божиим (недостойным и многогрешным) Александром Таненковым во граде Мариуполе. Сентябрь 2002 года от Рождества Христова.

87512, г. Мариуполь, до востребования.

(распространяемый оттиск)

Comments for this post were locked by the author