pisma08 (pisma08) wrote,
pisma08
pisma08

Письмо Епископа Дамаскина митрополиту Сергію - часть. 2


Ваше Высокопреосвященство! Вглядитесь, ради Хри­ста, вдумайтесь въ то, что творится въ Церкви и каковы результаты принятаго Вами курса! Прислушайтесь къ стонамъ и мольбамъ, несущимся со всѣхъ сторонъ! Иначе, если постигнетъ и Васъ неожиданно кончина, какъ м. Ми­хаила, то поздно будетъ исправлять ошибки, поздно бу­детъ и раскаиваться въ нихъ. Между тѣмъ, Вы, и только Вы, Ваше Высокопреосвященство, можете совершить необходимое исправленіе наиболѣе безболѣзненно для Церкви. Для сего требуется признаніе Вами совершенной ошибки и отказъ отъ нея, хотя-бы за это и пришлось Вамъ со всѣми другими іерархами испить новую чашу скорбей и заточенія.

Разсматривая настоящій скорбный путь Россійской Церкви въ перспективѣ вѣчности, приходишь къ прора­зумѣнію высокаго смысла всѣхъ настоящихъ испытаній. Угасаніе духа вѣры въ массахъ, приниженіе спаситель­ныхъ идеаловъ Церкви, забвеніе пастырями своего долга, умноженіе на этой почвѣ беззаконія и «изсяканіе любви многихъ» — не могло не привести къ тяжелымъ послѣд­ствіямъ. Во всякомъ организмѣ угасаніе духа вызываетъ конвульсіи. Слишкомъ далеко отошли мы въ нашей цер­ковной жизни отъ заповѣдей Христа, отъ руководства ученіемъ св. Апостоловъ, отъ завѣтовъ свв. Отцовъ, Мучениковъ и Исповѣдниковъ; тяжкія скорби необходи­мы стали, чтобы хоть такимъ путемъ обратить наше вниманіе на великій грѣхъ призванныхъ къ святости но­сителей Имени Христова.

Можетъ быть во всемъ этомъ уже начало суда Божія надъ грѣшнымъ міромъ, надле- жигъ-же «начаться суду съ дома Божія» (1 Петр. 4, 17). Благословлять подобаетъ Господа за ниспосланіе намъ настоящихъ испытаній, направленныхъ для пользы и спа­сенія нашего, а не прыгать въ паническомъ страхѣ въ бо­лото, гдѣ позорная гибель заранѣе обезпечена.

Настоящія скорби можно разсматривать какъ про­мыслительный отсѣвъ пшеницы отъ мякины, можетъ быть для новаго добраго посѣва на грѣшной землѣ, а можетъ быть для созданія кадровъ тѣхъ вѣрныхъ сы­новъ Небеснаго Царя, коимъ предстоитъ противостать близящемуся царству «сына погибели». Все-же мы да­димъ отвѣтъ Грозному Судіи за уходящихъ по нашей винѣ и гибнущихъ внѣ спасительной ограды Церкви овецъ Христова стада, за угасаніе свѣтильника Евангельской Правды и Свѣта на землѣ.

Задаетесь-ли Вы, Ваше Высокопреосвященство, иног­да вопросомъ, — какіе практическіе результаты принесла Ваша декларація?

Знающіе лично Ваше Высокопреосвященство держат­ся того мнѣнія, что къ пріятію настоящаго курса Вы побуждались самыми чистыми и добрыми намѣреніями. Вы думали путемъ дѣлаемыхъ внѣшнимъ уступокъ до­ставить Церкви миръ и спокойствіе, въ коихъ она такъ нуждается для залѣчиванія нанесенныхъ ей врагами многихъ ранъ. Но не слѣдовало при этомъ упускать изъ виду, что сколько бы ни дѣлать сатанѣ уступокъ, онъ будетъ требовать все новыхъ жертвъ себѣ, ибо такова природа зла; что сила Церкви и источникъ ея постояннаго обнов­ленія не вовнѣ, а внутри ея самой, такъ что наиболѣе обѣтный путь ея именно тотъ, который внѣшне выра­жается иногда въ значительныхъ жертвахъ съ ея сторо­ны. Этими жертвами больше всего выявляется сила духа Церкви, степень горѣнія въ ней благодати Христовой. Только слабодушные не понимаютъ и боятся такого пути. Только слабодушіемъ и отсутствіемъ вѣры въ побѣдную силу благодати Христовой объясняются уклоны обнов­ленцевъ, григоріанцевъ, а можетъ быть и деклараціи Вашего Высокопреосвященства.

Оцѣните объективно, чего достигли Вы изъ того, что почитали полезнымъ, «спасительнымъ» для Церкви?

До насъ доходили слухи о данномъ будто бы Вамъ обѣщаніи освободить и возвратить изъ тюремъ и ссы­локъ томящихся тамъ пастырей, — исполнились ли такіе Ваши расчеты? «Легализація» рисовала предъ Вами воз­можность мирнаго развитія церковной жизни, — не злой ли насмѣшкой кажутся теперь такія Ваши надежды? Вы собирали уже деньги на изданіе печатнаго церковнаго органа, — разрѣшаютъ ли Вамъ его?

Все совершается совершенно обратно всѣмъ Вашимъ человѣческимъ расчетамъ и упованіямъ. — Послѣдніе храмы отбираются. Путемъ непосильныхъ обложеній, пу­темъ квартирныхъ утѣсненій, путемъ всевозможныхъ иныхъ «нажимовъ» выживаются изъ селъ и удушаются въ городахъ православные священники, и о таковомъ расчетѣ не стѣсняются откровенно заявлять разные пред­ставители власти на мѣстахъ. Доходитъ до того, что за одно доказательство церковности даже рядовые кресть­яне лишаются права пользоваться пайками въ коопера­тивахъ. А повсемѣстное открытое кощунство надъ свя­тынями нашими? А возмутительная, связывающая каж­дый шагъ духовенства на Украинѣ «регистрація», коей духовенство приравнено къ уголовникамъ? А масса от­дѣльныхъ явленій, кои еще недавно могли бы приниматься нами лишь, какъ бредъ сумасшедшаго, которые не толь­ко превосходятъ они границы мыслимаго? Не правильнѣе-ли формулируютъ настоящее церковное положеніе простецы-украинцы, произнося слово не «легализація», а «нигилизація»?

Вотъ Вы мнѣ указывали положительныя стороны Ва­шихъ достиженій: — «мы легализованы, мы свободно мо­лимся, мы управляемъ»... Но мнѣ какъ-то стыдно ду­мать, чтобы Вы это говорили не въ шутку, настолько дѣйствительность зло подсмѣивается надъ такими Ваши­ми заявленіями. Простите, но невольно напрашивается мысль, что кромѣ хлопотливой Москвы, Ваше Высоко­преосвященство совершенно не видите и видѣть не хоти­те общей картины продолжающагося развала въ Цер­кви.

А положеніе таково, что всѣ, ставшіе на путь Вашей деклараціи, какимъ-то образоміэ утратили стимулъ къ жизни, какъ бы выдохнулись, лишились энергіи. Цер­ковная жизнь у нихъ протекаетъ кое-какъ лишь по инер­ціи, при полной ихъ неспособности чему-либо противо­стать. Таково настроеніе, какъ у пастырей, такъ и у мі­рянъ. Объясняется-же это со стороны пастырей — утра­той твердой почвы подъ ногами; со стороны мірянъ — утратой довѣрія къ своимъ пастырямъ; а со стороны тѣхъ и другихъ вмѣстѣ — утратой довѣрія къ личности Вашего Высокопреосвященства и иже съ Вами іерарховъ. Неудивительно посему, что отстраняющееся отъ Васъ меньшинство увѣренно говоритъ объ утратѣ вами благо­дати.

О семъ своевременно крѣпко пораздумать, ибо на этой почвѣ углубляется гнусная работа безбожниковъ, и все большее число низовой массы вовсе отходитъ отъ Церкви.

О, Ваше Высокопреосвященство, пока не поздно, по­смотрите, къ какой пропасти подвели Вы довѣрившихся Вамъ, и, пока не поздно, торопитесь исправить свою ошибку!

Вспомните Вашъ достойный отвѣтъ на извѣстномъ совѣщаніи въ Москвѣ въ 1925 г. представителямъ власти (Т-ву, говорю со словъ участника) по поводу дѣлав­шихся тогда предложеній въ духѣ — увы! — тепереш­ней Вашей деклараціи. Вспомните, въ какихъ достойныхъ тонахъ была выработана сообща іерархами въ томъ-же году декларація правительству, которую чуть-чуть только не успѣлъ митр. Петръ представить прави­тельству. Вѣдь сами Вы были на сторонѣ выработанной тогда деклараціи.

Проанализируйте въ себѣ то возмож­ное чувство, которое испытывали-бы Вы, если-бы съ деклараціей, подобной Вашей, выступилъ епископъ Се­рафимъ Угличскій во дни его Замѣстительства.


Въ бесѣдѣ со мной Вы бросили фразу: «снимите съ меня замѣстительство, передайте власть другому». — Нѣтъ, Ваше Высокопреосвященство, слишкомъ далеко завели Вы довѣрившихся Вамъ, слишкомъ великое зло причинили Церкви, не такъ легко теперь Вамъ отмах­нуться отъ содѣяннаго, Владыко! Вы дерзнули отъ лица всей Церкви предложить свой унизительный актъ, — Вы- же обязаны отъ лица Церкви отказаться отъ него, ибо поистинѣ Вы дѣйствовали вопреки церковному сознанію, превысивъ свои полномочія и вразрѣзъ съ мнѣніемъ Епископата Россійской Церкви. Это Вы сами должны сознать, и сами открыто заявить объ ошибочности сво­его шага. Ваша мудрость, осѣненная благодатью Божіей, подскажетъ Вамъ, въ какихъ формахъ достоитъ сіе со­вершить.

Неужели никогда мысль Вашего Высокопреосвящен­ства не остановилась надъ тѣмъ обстоятельствомъ, что, раздѣляя своей деклараціей пастырей на «легализован­ныхъ» и «нелегализованныхъ», бросая въ сторону послѣд­нихъ неправедное обвиненіе въ контрреволюціи, Вы тѣмъ самымъ поставляете всю ссыльную Церковь, оставшихся еще на свободѣ нѣкоторыхъ іерарховъ и значительную часть остальныхъ пастырей подъ постоянные удары по­дозрительной сов. власти, которая только и выискиваетъ предлоги для большаго ущемленія ненавистнаго для нея духовенства? Не тѣмъ ли объясняется «безсрочность» ссылки нашихъ первоіерарховъ? Извѣстно ли Вамъ, на­примѣръ, въ какихъ невыносимѣйшихъ условіяхъ живутъ двое достойнѣйшихъ носителей православнаго церков­наго сознанія — «безсрочные» Патріаршій Мѣстоблюсти­тель митр. Петръ и митр. Кириллъ, — оба больные и загнанные въ такія условія съ неслыханнымъ жестокимъ расчетомъ? Не мелькнула ли когда-нибудь у Васъ мысль о томъ, что «свободой и покоемъ» Вы пользуетесь мо­жетъ быть за счетъ медленнаго умиранія «неугодныхъ» Первосвятителей нашихъ? Если-же подобная мысль хоть разъ прожгла сознаніе Ваше, — какъ можете Вы спокой­но спать, мирно предстоять св. Престолу?

Извѣстно-ли Вашему Высокопреосвященству, что введенная Вами новая формула поминовеній многими называется провокаціонной? — Вѣдь она служить для властей блестящимъ поводомъ къ обвиненію въ контр­революціи всѣхъ, непринимающихъ ея, хотя таковая фор­мула отметается всѣми по чисто догматическимъ убѣж­деніямъ (1 Іоан. 5, 18).
Вы какъ-то просмотрѣли, въ какихъ цѣляхъ была навязана (вѣдь Вы не совсѣмъ по своей волѣ ввели ее!) Вамъ «новая формула молитвенныхъ возношеній». Вѣдь она служитъ къ очевидному выявленію пріемлющихъ и непріемлющихъ Вашу декларацію.

Теперь-же возношеніе имени Вашего въ сознаніи вѣрующихъ отождествляется съ признаніемъ деклараціи, почему и вызываетъ столько противодѣйствій. Выступая со своей деклараціей Вы, можетъ быть, не имѣли мысли навязывать ее всѣмъ (м. б. думали обмануть сатану? Но его можно только отметать, но не обмануть), но помимо Вашей воли, ловкимъ маневромъ введеніемъ формулы достигается точное разграниченіе вѣрующихъ, въ резуль­татѣ коего, можетъ быть, опредѣляется формулировка обвиненія со стороны извѣстныхъ органовъ: — Вы не поминаете митр. Сергія потому, что не признаете его деклараціи; а разъ вы не признаете деклараціи — вы контрреволюціонеры.

Знаменательно, что первымъ вопросомъ, заданнымъ мнѣ спеціально пріѣзжавшимъ въ Полой въ 1926 г. аген­томъ ГПУ, былъ — «Какъ вы относитесь къ деклараціи митр. Сергія?»

Вотъ какое, несомнѣнно, неожиданное для Васъ поло­женіе усматривается Вашимъ необдуманнымъ шагомъ.

Ради Христа, Ваше Высокопреосвященство, не пріимите все мною сказанное, какъ плодъ моего недоброже­лательства къ Вамъ. Свидѣтельствуюсь Богомъ, что и тѣни такого недоброжелательства къ Вамъ у меня нѣтъ. Все время я продолжаю служить сдерживающимъ нача­ломъ по отношенію всѣхъ «нетерпѣливыхъ», и только тяжкая скорбь при видѣ разрушительныхъ послѣдствій принятаго Вами курса церковной политики, только боязнь не выполнить своего пастырскаго долга предъ Госпо­домъ, только боязнь своимъ молчаніемъ усилить Вашъ гибельный для Церкви уклонъ, и желаніе раскрыть предъ Вашимъ Высокопреосвященствомъ истинную картину церковной разрухи — побудили меня вкратцѣ сказать то, что, вѣроятно, весьма болѣзненно воспринимается Вами.

Но и еще не все я сказалъ Вашему Высокопреосвя­щенству изъ того, чего ожидаетъ отъ Васъ Церковь, что почитаетъ она долгомъ со стороны своего Первостоятеля.
Многимъ, можетъ быть, покажется то требованіе страшнымъ, однако, въ деклараціи іерарховъ, приготов­ленной было для представленія правительству въ 1925 году, къ сему частично было приступлено. И я — убогій, считаю, что Церковь не выполнила-бы своего назначе­нія въ жизни, какъ хранительница Евангельской Правды, Истины и Любви, если-бы не выступила со своимъ предо­стерегающимъ голосомъ противъ тѣхъ проводимыхъ новой культурой идей, кои насильственно внѣдряются въ жизнь и ведутъ народъ къ аморализаціи. Церковь можетъ и должна указать, что всѣ мѣропріятія совѣтской власти, направленныя, повидимому, ко благу народа, но строя­щіяся на основѣ полнаго вытравленія изъ души народа нравственныхъ принциповъ, — является постройкой на пескѣ, ибо единственнымъ зиждущимъ началомъ жизни является широкая любовь, а никакъ не насиліе, злоба и ненависть, ведущія народъ къ одичанію, къ разложенію. Идея устройства рая земного безъ Бога въ небѣ и безъ совѣсти въ душѣ — больше похожа на гримасу сатаны. Церковь повелительнымъ долгомъ своимъ почитаетъ не отказываться отъ попытокъ возвратить извращенное теченіе жизни къ нормальному руслу. Опять таки это можетъ быть сдѣлано въ формахъ совершенно пріемле­мыхъ и потому не могущихъ быть разсматриваемыми правительствомъ, какъ актъ контрреволюціи. Вѣдь, по существу власть давно уже убѣдилась въ аполитичности Православной Церкви, и жалкія фразы отдѣльныхъ пред­ставителей ея о нашей контрреволюціи являются лишь тактическимъ пріемомъ низкаго пошиба.

Въ случаѣ-же, если совѣтская власть, разсудку во­преки, будетъ упорно продолжать разсматривать Право­славіе вообще, какъ контрреволюцію, — ну, что-жъ? — Пойдемъ на Голгоѳу. Предварительно-же Церковь долж­на выполнить свой долгъ предъ міромъ и въ этомъ на­правленіи, — выступить съ авторитетнымъ словомъ пре­дупрежденія къ погибающему народу.

Вотъ путь, къ которому Вы, Ваше Высокопреосвя­щенство, призваны, на который Вы и согласились, разъ рѣшились возсѣсть на каѳедрѣ Первостоятеля Церкви Православной въ такой грозный моментъ ея исторіи. И Вы уже не можете быть вычеркнуты со страницы ея исторіи: — или въ сонмъ Исповѣдниковъ своихъ впишетъ имя Ваше Россійская Церковь, или-же отнесетъ къ числу измѣнниковъ ея міроспасительнымъ идеаламъ.

Не выполните этого долга Вы, — сдѣлаетъ это дру­гой, но слово предупрежденія, слово вразумленія должно быть сказано Православной Церковью хотя бы и врагамъ ея. Сдѣлаете это Вы, Ваше Высокопреосвященство, и Церковь забудетъ всѣ Ваши ошибки и заблужденія, она благословитъ Васъ на вѣки.

Во всякомъ-же случаѣ, Ваша ближайшая задача — исправить причиненное Церкви зло путемъ отказа отъ ошибочныхъ актовъ Вашихъ — должна быть Вами вы­полнена, иначе сами Вы рискуете оказаться за оградой Св. Православной Церкви.

Ваше Высокопреосвященство! Не подумайте, что я одинокъ, рѣшившись выступить предъ Вами со словомъ правды. — Смѣю быть увѣреннымъ, что большинство ссыльныхъ іерарховъ почти такъ-же мыслятъ разрѣшеніе созданнаго Вами невыносимаго положенія. Въ каждомъ городѣ, въ каждомъ селѣ есть значительныя группы достойнѣйшихъ пастырей и мірянъ, которые вполнѣ ясно разсуждаютъ такъ-же. Да и подавляющая масса осталь­ныхъ вѣрующихъ втайнѣ, неосознанно о семъ-же возды­хаютъ.

Увѣренъ, что даже за оградой Церкви предостере­гающій отъ общей гибели голосъ ея привлечетъ общее вниманіе, и, можетъ быть, многихъ заставитъ задуматься надъ своимъ путемъ.

Настоящій грозный моментъ исторіи Россійской Цер­кви, если всѣ мы по достоинству не оцѣнимъ его значенія, можетъ закончиться грознымъ приговоромъ: «отнимется отъ васъ Царство Божіе и дано будетъ народу, прино­сящему плоды его». Да не будетъ-же имя Вашего Высоко­преосвященства заклеймено исторіей, какъ одного изъ гасителей свѣтильника Россійской Церкви!

Не стану я здѣсь входить ни въ критику Вашего окруженія, ни повторять протестовъ возмущенія противъ незаконныхъ увольненій православныхъ іерарховъ, про­тивъ незаконныхъ прещеній, расточаемыхъ на несоглас­ныхъ съ Вашимъ курсомъ; не стану касаться вопроса о блазнительной системѣ раздаянія наградъ и титуловъ Вашимъ сторонникамъ, — все это такимъ мелкимъ ка­жется предъ лицемъ главнѣйшей задачи настоящаго момента.

Какъ-то не хочется вѣрить, чтобы Ваше Высокопрео­священство продолжали упорствовать въ своемъ курсѣ среди ясно выраженнаго общаго возмущенія имъ. И я — мній изъ меньшихъ іерарховъ Церкви, побуждаемый искренней любовью, какъ къ Церкви Христовой, такъ и къ Вашему Высокопреосвященству, дерзаю усердно умо­лять Васъ: внемлите, Владыко, скорби и стонамъ вѣрую­щихъ, кои отовсюду несутся къ Вамъ, кои даже за по­лярнымъ кругомъ не давали намъ покою, внемлите об­щему голосу вѣрующаго народа, каковой несомнѣнно является и «голосомъ Божіемъ», трезво оцѣните отри­цательные результаты Вашего курса; вглядитесь въ от­крывающуюся предъ Вами пропасть неизбѣжнаго ра­скола; ужаснитесь отвѣтственности за угасаніе огня вѣры въ массахъ, произведенное Вашей деклараціей; поду­майте объ отвѣтственности Вашей предъ исторіей и объ отвѣтѣ на Страшномъ Судѣ Божіемъ — и откажитесь отъ Вашего курса, отъ Вашихъ компромиссовъ; анулируйте Вашу декларацію, какъ актъ личнаго Вашего за­блужденія и выходящій за предѣлы Вашихъ правомочій; явите себя глашатаемъ Вѣчной Правды и истинной Люб­ви Евангельской предъ міромъ; отбросьте человѣческіе мудрованія и расчеты, и станьте на путь твердаго испо- вѣдничества во Имя Христово; не бойтесь возможности горшихъ скорбей и испытаній для Церкви (они неизбѣж­ны, и Ваши компромиссы лишь принижаютъ ихъ зна­чимость), — ибо Церковь возликуетъ, идя вслѣдъ за симъ на новую Голгоѳу, и даже въ страданіяхъ своихъ благословитъ имя Ваше, зная, что главнѣйшій источникъ разлагавшаго ее начала Вами уничтоженъ.

Но, увы! — если Вы, Ваше Высокопреосвященство, станете упорствовать въ Вашемъ курсѣ и открыто пре­небрежете голосомъ Церкви, то она, продолжая свой крестный путь, откажется отъ Васъ, какъ отъ соучаст­ника съ ея распинателями.

Большинство ссыльныхъ іерарховъ до сихъ поръ не предполагали, что въ дѣйствительности Вы и Ваши едино­мышленники (чего стоитъ одинъ беззаконный кіевскій актъ объ увольненіи всѣхъ (настоящихъ Украинскихъ православныхъ іерарховъ!) ушли гораздо дальше, чѣмъ мы въ состояніи были предположить; что Вы перешаг­нули далеко за намѣченную Вами раньше черту, и дальше путь Вашъ идетъ уже съ очевиднымъ уклономъ по на­правленію за ограду Церкви. Постепенно истина эта от­крывается для всѣхъ. Мы всѣ остановились, не идя съ Вами, и продолжаемъ умолять, звать Васъ вернуться, вновь соединиться съ нами. Но вѣдь жизнь не можетъ остановиться, и мы вынуждаемся идти впередъ своей прежней дорогой. Мы умоляемъ, зовемъ Васъ, Владыко, мы всѣ еще возлѣ Васъ и готовы подать Вамъ руки...

Если Вы все-же не внемлите, не возвратитесь, — то пойдете Вашимъ уклономъ дальше, НО БЕЗЪ НАСЪ.

29 марта 1929 г.
Епископъ Дамаскинъ.

***

Subscribe

Recent Posts from This Journal

Comments for this post were disabled by the author